Сергей Анисимов – Рождённый Хаосом (страница 15)

А его личное сообщение будто вернуло меня к реальности.

– Привет, я в курсе твоей ситуации. Разбираемся.

Вскоре пришло уведомление: требуется явиться в отдел безопасности.

Сердце забилось чаще. Вчера я подробно расписал все файлы, объяснил каждую деталь. Возможно, сейчас они скажут: «Прости, мы ошиблись». Может быть, даже попросят подтвердить что-то, засвидетельствовать.

Собравшись с духом, я отправился по знакомому маршруту.

В кабинете Анатолия, казалось, кондиционер гудел изо всех сил. Кроме самого хозяина, в комнате стояли двое незнакомцев – оба в строгих тёмных костюмах, молчаливые и будто застывшие, словно их присутствие было неотъемлемой частью этого холодного пространства.

Один из них – мужчина средних лет с короткой стрижкой и пронзительным взглядом – внимательно смотрел на экран планшета.

– Следователь Кузнецов, – коротко представился он, бросив на меня испытующий взгляд. – Вы пришли пораньше – похвально.

Говорил он тихо, но в голосе ощущались решимость и твёрдый авторитет. Второй был заметно моложе и не сводил с меня взгляда.

– Прошу, – кивнул он на стул.

На столе передо мной лежали аккуратно разложенные документы и мой пропуск.

– Кирилл Александрович Крестов, – сказал он, не глядя на меня, – вас вызвали, чтобы вы дали объяснения по поводу несанкционированного доступа к защищённой информации нашей компании. Прошу отвечать обстоятельно и честно. Любая попытка уйти от ответа будет отмечена. Всё ли ясно, или повторить?

Я кивнул.

– Кирилл, – продолжил он, не отрываясь от экрана, – вы подозреваетесь в передаче исходного кода третьим лицам.

Внутри что-то оборвалось. На секунду захотелось просто встать и уйти, но ноги будто приросли к полу.

– Я не согласен, – выдавил я, с трудом сглотнув. – Я к этому не причастен.

– Разве кто-то позволял вам говорить? – протянул он, губы его сжались в недовольстве. – Гражданин, наберитесь терпения.

Руки предательски дрожали, и я, не замечая этого, скрестил их на груди.

– Мы просмотрели логи вашей работы в системе, – продолжил он ровным голосом. – Доступ к защищённым данным осуществлялся именно с вашей рабочей учётной записи. Ваш цифровой след – вот неопровержимое тому доказательство.

Казалось, он тянул каждое слово намеренно, чтобы ничего не ускользнуло мимо ушей. Он внимательно отслеживал каждое моё движение и реакцию. Вздохнув, он словно сбросил с себя маску официальности:

– Короче, слушай сюда. У тебя сейчас два варианта. Первый: ты рассказываешь нам всё до последней детали. Кто, когда, какие ключи, какие доступы, что именно передавали, в каком объёме, за сколько. Без лишних соплей и недомолвок. Ты меня понял?

Он резко ударил кулаком по столу. Я вздрогнул.

– Врать мне – себе дороже. Ложь я чую за версту и терпеть её не намерен. Попробуешь юлить – пожалеешь, что на свет появился. Сядешь так, что забудешь, как солнце выглядит.

Наклонившись ко мне почти вплотную, он продолжил:

– У тебя ещё осталась возможность выбраться, облегчить себе участь. Поможем – пару лет отсидишь, не больше, – голос его был почти мягок, но тут же сорвался на крик: – Думай быстрее! Я не намерен тратить своё время на твои жалкие уловки.

Он швырнул на стол папку с делом.

Всё стало предельно ясно, хотя от этого не становилось легче. Всё зашло слишком далеко, чтобы быть розыгрышем. Леденящий страх сковал меня, хотелось просто исчезнуть. Я онемел. Но стоило следователю открыть рот, как я выдохнул:

– Постойте, – мой голос предательски дрогнул. – Это какая-то ошибка. В тот день, в то время меня там вообще не было. – Оля подтвердит, и Нина, и камеры, вы ведь видите? Почему вы это игнорируете? Я промаркировал каждый файл – там ничего особенного, взгляните сами. Всё уже рассказал Анатолию Евгеньевичу вчера, – бросил я на него взгляд, полный недоумения и, быть может, последней надежды.

– Кирилл! – гаркнул Анатолий почти приказным тоном. – Это сотрудники бюро, держи себя в руках!

Кузнецов отвернулся, задумчиво посмотрел в сторону и, слегка покачав головой, произнёс:

– Анатолий Евгеньевич, напомню: вы здесь лишь в роли наблюдателя, – произнёс он, обернувшись к нему с едва заметной тенью усталости в голосе. – Если позволите себе вмешаться ещё раз – вас отстранят.

– Кирилл, – он выключил планшет и с нарочитой аккуратностью положил его на стол. – Конечно же, мы всё проверили. Не желаете пойти навстречу – что ж, придётся следовать протоколу.

– Опишите подробно, как прошёл ваш рабочий день десятого мая. Во сколько вы появились на работе?

Наш разговор стал напоминать сухой обмен вопросами и ответами.

– Пришёл, как обычно, около девяти утра.

– Дальше?..

– Зашёл в офис, поздоровался с коллегами, оставил вещи, отправился на кухню. Позавтракал, взял кофе.

– Что потом?

– Вернулся на рабочее место, проверил почту, начал работать. Всё как всегда.

– В течение дня вы покидали рабочее место? – спросил он с такой интонацией, будто уже знал ответ и просто ждал, когда я начну врать.

– Да, после обеда я вышел в парк минут на тридцать. Просто пройтись, проветриться.

Он едва заметно кивнул.

– Когда вернулись?

– Примерно через полчаса.

– Чем занимались последние три месяца?

– Работал по спринтам, даже опережали график. Задачи сдавал вовремя.

– Были какие-то необычные поручения? Внеплановые задачи? – не отставал он.

– Только переработки.

– Вы уверены, что никто не мог воспользоваться вашими доступами?

Я кивнул:

– Абсолютно. Настроена автоблокировка. Я всегда следил за обновлениями системы и безопасностью, и при любых подозрительных действиях сразу пишу в службу безопасности! – протараторил я.

Следователь склонился ближе:

– Тем не менее, доступ был именно с вашего аккаунта и устройства, – этой фразой он словно оборвал единственную нить надежды, что всё ещё удерживала меня.

– Но…

Он перебил меня, не дав договорить:

– Всё зафиксировано, – устало добавил он, вновь взяв в руки планшет.

Злость и бессилие жгли меня изнутри. Следователь смотрел на меня так, будто я был очередным клоуном на допросе, а не человеком. Я не выдержал, резко поднялся со стула, чуть не опрокинув его:

– Да что здесь происходит?! Вы вообще слушаете меня или просто время тянете? Почему вы даже не пытаетесь разобраться? Я сам, чёрт возьми, не понимаю, как это произошло! Я ничего не нарушал, всегда играл по вашим правилам! Хотите – проверяйте меня хоть с ног до головы, мне скрывать нечего!

– Сядьте! – рявкнул он, будто этим криком швырнул меня в спину, и я, не успев осознать, уже снова опустился на стул.

Следователь смерил меня взглядом, в котором не было ни капли сочувствия, и сухо выдал:

– Напоминаю, что ответственность за безопасность вашего оборудования полностью лежит на вас. Вы подписали устав.

– Но вы сами видите…

Меня оборвали на полуслове. Он поднял ладонь, будто ставил между нами невидимую стену.

– Ваши слова зафиксированы, – протянул он, а потом наклонился к напарнику и что-то прошептал ему на ухо, явно не для моих ушей.

– То, что вы делаете, противозаконно! – возмутился я.