Сергей Алтухов – Я или не Я! Вот в чём вопрос? (страница 3)
— «Не лезь, не высовывайся» → программа «Безопасность в незаметности»;
— «Ты должен быть лучшим» → программа «Бесконечная гонка без финиша»;
— «Ты вечно всё портишь» → программа «Глобальное чувство вины за сам факт существования»;
— «Дай я сама сделаю, у тебя не получится» → программа «Моя беспомощность — единственный способ получить любовь».
Эти программы не выбирают, их просто вживляют, и первые лет десять вы даже не подозреваете, что их можно отключить или переписать.
Ловушка: застрять в детском уровне.
Вот здесь кроется главная трагедия большинства взрослых: они выросли телом, но их операционная система осталась на уровне «ребёнок, который ждёт одобрения».
Как это выглядит в обычной жизни?
— Сорокалетний мужик боится сказать «нет» начальнику, потому что внутри — первоклассник, который трепещет перед строгой учительницей;
— тётя с двумя дипломами терпит мужа-абьюзера, потому что внутри — девочка, которую наказывали молчанием, и она привыкла: «стерплю — значит, любят»;
— успешный бизнесмен впадает в панику, если его критикуют в соцсетях, потому что внутри — отличник, который привык получать только пятёрки.
И самое обидное: они даже не знают, что это программа; им кажется, что это «их характер», «их принципы» или «так жизнь устроена».
Нет, дорогие, это просто старый, заезженный скрипт, который вы выучили наизусть в детстве и продолжаете повторять, как попугай, даже когда декорации сменились.
Как отличить программу от себя?
Задайте себе один вопрос, честно, без соплей и самообвинений:
Что я делаю автоматически, даже когда понимаю, что это мне вредит?
— Автоматически оправдываюсь, даже когда меня не обвиняют;
— автоматически отказываюсь от помощи, потому что «я сам»;
— автоматически соглашаюсь, когда хочется сказать нет;
— автоматически впадаю в ярость, когда кто-то ставит под сомнение мою компетентность;
— автоматически замираю, когда нужно проявить инициативу.
Ну и так далее.
Вот они, ваши детские программы, работающие без вашего ведома.
Знаете, чем удобны программы? Ими не нужно управлять; они работают сами, как дешёвый пылесос, который вечно застревает в одном и том же углу.
Неудобство только одно: вы живёте не свою жизнь; вы отыгрываете сценарий, который написали за вас другие люди, когда у вас даже молочные зубы не выпали.
И самое смешное (или грустное) — вы искренне считаете, что это вы так решили: что это вы не идёте на повышение, потому что «не время», что это вы терпите мудака-коллегу, потому что «так надо», что это вы отказываетесь от мечты, потому что «не для меня»; а на самом деле — просто программа «я не имею права» или «я не справлюсь» отработала свой цикл; спасибо, что запрограммировали.
Детство кончилось, вы уже умеете ходить, говорить, врать, оправдываться и делать вид, что слушаете; внутри вас накручено несколько десятков программ: «будь удобным», «не высовывайся», «добейся любой ценой», «терпи, это пройдёт».
И вот наступает момент, примерно между 12 и 17 годами: вы смотрите на мир и понимаете, что что-то здесь не так.
Родители, которые казались богами, вдруг оказываются просто уставшими людьми со своими тараканами; школа, которая была вселенной, оказывается скучной системой с дурацкими правилами; друзья, с которыми вы делились секретами, могут предать.
И внутри что-то щёлкает: «А можно по-другому?»
Этот вопрос — первый признак того, что сознание начинает вспоминать себя; вы ещё не знаете, как именно «по-другому», но вы уже чувствуете: так, как сейчас — не ваш вариант.
Два пути в подростковом возрасте.
Путь первый: внешний бунт. Вы красите волосы в зелёный, слушаете музыку, от которой у родителей кровь из ушей, хамите учителям, уходите в ночные клубы, курите в подворотне; внешне — вы протестуете против системы, по сути — вы ищете границы своей силы: кто я, если не послушный ребёнок, что я могу, если не подчиняться? Этот путь нужен, чтобы почувствовать вкус выбора, даже если выбор глупый, даже если он ведёт к шишкам, — главное, что он мой.
Путь второй: внутренний уход. Вы становитесь тихим, замкнутым, уходите в книги, в компьютерные игры, в свои фантазии; вы не бунтуете открыто — вы просто создаёте параллельную реальность, где вам хорошо; внешне вы удобный ребёнок, но внутри — целая вселенная, куда никому нет доступа; этот путь нужен, чтобы сохранить себя, когда внешнее давление слишком сильно, и это тоже выбор, и он тоже валиден.
Проблема: застрять в подростковом бунте на всю жизнь.
Есть люди, которые так и не вышли из этого этапа; они внешне бунтуют в 20, 30, 40, 50 лет — вечный оппозиционер, вечный «я против системы»; они меняют работы, партнёров, страны, но паттерн один: кто-то или что-то должно быть плохим, чтобы я чувствовал себя хорошим.
А есть те, кто застрял во внутреннем уходе: они тихо страдают, никуда не лезут, ни на что не влияют, но внутри у них — тоска и обида на весь мир; их жизнь проходит мимо, а они всё ждут, что кто-то придёт и оценит их глубину.
И те, и другие — не перешли к следующему уровню; они застряли в подростковом туториале, потому что там было страшно, но знакомо.
Что значит «перейти на следующий уровень»?
Это значит — взять ответственность за настройки: не бунтовать против родителей, а признать: «Я сам выбираю, как мне жить, и я сам отвечаю за последствия»; не уходить в фантазии, а сказать: «Мой внутренний мир — это моя крепость, но я сам решаю, когда и кому открывать ворота».
Переходный возраст — это не период жизни, это состояние выбора, и некоторые проходят его в 15 лет, а некоторые — никогда.
Знаете, есть такой тип: на работе — паинька, дома — тиран, в соцсетях — борец за справедливость; он всё ещё подросток, ему всё ещё нужно, чтобы кто-то был плохим (правительство, жена, начальник, соседи), чтобы он чувствовал себя хорошим.
И есть другой тип: в 15 лет он уже понял, что система — это не враг, система — это просто фон, а главная игра — внутри, и он начал настраивать свои внутренние регуляторы, а не долбиться в закрытые двери.
Кто из них, по-вашему, получает больше кайфа от жизни — тот, кто вечно воюет с ветряными мельницами, или тот, кто построил свою мельницу и мелет своё зерно?
Практический вопрос в конце главы.
Какая ваша самая любимая подростковая программа до сих пор работает в фоновом режиме?
— «Меня никто не понимает» (и вы до сих пор не научились объяснять);
— «Я должен доказать, что я круче» (и вы до сих пор соревнуетесь с теми, кому на вас плевать);
— «Со мной что-то не так» (и вы до сих пор ищете у себя дефекты вместо того, чтобы жить).
Не отвечайте вслух, просто заметьте и скажите себе: «А можно по-другому, не в 15 лет, а сейчас».
Иллюзия выбора
В детстве у вас выбора не было — только реагировать на то, что дали родители и школа; в подростковом возрасте у вас появилась иллюзия выбора — можно было покрасить волосы, уйти в готы или, наоборот, стать круглым отличником.
А во взрослой жизни выбора, казалось бы, много: кем работать, с кем жить, где жить, куда инвестировать время и деньги, — но вот парадокс: многие взрослые люди, имея десятки вариантов, выбирают… не выбирать.
Они плывут по течению: работа, которая не нравится, но стабильная; отношения, которые уже не греют, но «куда я денусь с дивана»; жизнь в городе, который бесит, но «там работа, там друзья, там привычка».
И самое обидное — они искренне верят, что это они так решили, что это их выбор, хотя на самом деле — это отсутствие выбора.
Программа «Надо» против программы «Хочу»
Вспомните детство: что вы чаще слышали — «надо» или «хочу»?
— Надо делать уроки;
— надо слушаться старших;
— надо быть вежливым;
— надо не позорить семью.
«Хочу» — это было что-то подозрительное, почти неприличное: «хочу мороженое» — «сначала суп», «хочу гулять» — «сначала уроки», «хочу быть художником» — «надо получить нормальную профессию».
В результате к взрослому возрасту программа «надо» въедается в подкорку; вы даже не задумываетесь, чего вы хотите, вы автоматически сканируете пространство на предмет «что надо сделать».
Надо продлить страховку, надо позвонить маме, надо подготовить отчёт, надо сходить в спортзал, потому что «надо следить за здоровьем», — надо, надо, надо…
А «хочу»? «Хочу» сидит где-то глубоко, забитое, закомментированное, как неиспользуемый код, и оно иногда подаёт признаки жизни в виде смутной тоски, чувства, что «что-то не так», или внезапной зависти к тем, кто делает что-то смешное и бесполезное, но от души.