Сергей Александрович Плотников – Ярл (страница 34)

Я не настаивал – тише едешь, дальше будешь. Опять же, прогуляться не торопясь — приятно: я-то не напрягался вот вообще. Клещи, мухи и комары не докучают – и против этой пакости у Тьмы в арсенале нашлась отрава, груза за спиной я почти не чувствую – хорошо тренированный организм и магия Жизни нивелируют нагрузку. Идёшь себе и идёшь…

– Проблемы? — отвальные в очередной раз произвели ротацию, поменяв местами передовой и фланговые дозоры с теми, кто тащил в центре основной груз.

— Не знаю, – дёрнул щекой Косточка. Он взвалил на плечи тяжёлый мешок с лямками, и опять схватился за лук, словно за спасательный круг. — Сколько идём -- и никого. Сам знаешь, это…

– Признак, указывающий на охотничьи угодья крупного хищника, – договорил за него я. – Вот только птичью мелочь большая кошка должна была распугать, а волчья стая – тем более. Остаётся лисица-хаски, но она бы себя так или иначе уже обнаружила. Любит, сволочь, играть со своими жертвами.

Терпеть не могу хаски.

– Сам знаю… – буркнул снайпер, покосился на меня, и поспешил добавить. – Товарищ командир.

– Может быть обычная статистическая флуктуация… – кивнул ему я. – В смысле, просто повезло. Я, когда охотился в около Вала в республике, передвигаясь пешком, тоже, бывало, не каждый день на тварь натыкался.

Да уж, было время. Как только я купил Вспышку и пересадил Машу на Милку, наши доходы от Охоты сразу выросли в разы – просто потому, что мы за день могли обшарить столько республиканского приграничья, что обязательно какого-нибудь мутанта находили. А обычно гораздо раньше – спустя пару-тройку часов.

– Не люблю такое “везение”, – наверняка сейчас снайпер в очередной раз вспомнил, как мы почти у самых стен фортов второй линии бодро впёрлись в волчью засаду. Поди забудь, если с тех пор смотришь на мир модными жёлтыми нечеловеческими глазами.

– Успокойся, – посоветовал я ему. – Даже если передовой дозор не засечёт вовремя опасность, у нас есть Проныра. Он точно почувствует запах чудовища и нас предупредит.

Хорёк Проныра, точнее, химера, выглядящая как хорёк и получившая кличку “Проныра”, сидела на моём вещмешке, уцепившись коготками за ткань. И со стороны казалась чучело – чучелом. Нормальные животные себя так не ведут никогда, особенно эти непоседы, но я особо не переживал: первая мояполностью самостоятельная работа, как-никак, от и до. Пушистый хищный неудачник попался в силок для лесных куропаток – собственно, он и нацелился сожрать пойманную дикую курицу, да только сам влез в ловушку. Птицу, кстати, сожрал, несмотря на веревку, за что его чуть не прикопали на месте. Но потом кто-то вспомнил о моей просьбе притащить живого мелкого хищника – потому будущего подопытного просто оглушили. Ну а дальше – дело техники, то есть – магии.

Простой аналог Печати позволял мне контролировать состояние организма мелкого неразумного помощника целиком и полностью, и сейчас гибридное животное находилось в своего рода трансе, максимально задействовав обонятельные рецепторы и не обращая внимание ни на что другое. Были и другие режимы – например вот этот безобидный с виду пушистик мог горло лосю перегрызть или зайца придавить. И не получить при этом ни царапины – зря я, что ли, полностью “перебрал” ему опорно-двигательный аппарат, укрепил кости и столько мучался, стыкуя между собой обрезки внутренних органов тварей.

Намучался – не передать: у хорька же всё миниатюрное, а у меня самый минимум оборудования и питательных сред для клеток. Стерильность сами знаете какая, и ни одного автоклава с автоматической терморегуляцией, блин. Но справился. Пришлось не только добавлять, но и выкидывать – ту же вонючую мускусную железу из-под хвоста, например, что является обязательным атрибутом всех куньих. Зато теперь у меня, как и положено попаданцу, был мелкий, пушистый, ничем не пахнущий и ужасно опасный спутник, жаль только довольно тупой. Достижение! Ведь как минимум в половине фэнтезийных книг, что я читал, подобные зверьки обязательно фигурировали. Ну и что, что четыре года спустя после попадания получил, ну и что, что сам сделал: есть же? Есть. Во-от.

Разумеется, поступить как я советовал, Косточка не смог. Так и дёргался на каждый “подозрительный” шорох, а шорохов в лесу много. Даже когда мы оказались под самой деревней, озираться не прекратил. Я, правда, понял, что мы оказались там, куда шли, только тогда, когда по стволу рядом, разматывалась, с шелестом спустилась верёвочная лестница.

Опорный пункт Войска Рубежа “Ветрило” – он же деревня зарубежников Ветрило – я выбрал для посещения только потому, что он был западным соседом Звонких Ключей. Тупо на дневной переход ближе к эльфийским поселениям – ведь именно на контакт с дикими эльфами нам надо было в конце концов выйти. Неясь утверждал, что у живущих “на насестах” отвальных есть нужные подвязки – по крайней мере, должны быть. Что ж, заставить здешних поселенцев пошевелиться ради общей выгоды у меня было чем. Ну а там – как повезет. Не найдётся контакт – следующий поход, уже осенью, будет к самой крайней скрытой деревне. Там-то мы точно найдём, кто эльфам весточку кинет.

Помня, что поселение располагается на втором ярусе леса – в кронах, я всё равно как-то не ожидал, что под самим поселением наличие сверху каких-то искусственных построек будет настолько незаметно. В смысле, даже для людей. Примерно на середине нашего пути кедровники, перемежаемые сосновыми и еловыми рощами, постепенно стали разбавляться ещё одной породой деревьев – секвойями. Перепутать сложно: эти хвойные гиганты буквально довлели над более мелкой порослью “родственников”, вознося свои кроны вдвое выше других деревьев. Соответственно, и стволы у секвой были ого-го – некоторые по десять охватов и более. Тут мне вспомнилась как-то виденная в интернете фотка, где в Канаде* автомобильная дорога проходит через тоннель в комле подобного дерева. Думал – фотошоп. Ан нет, габариты и правда позволяют.

Пока мы осторожно брели через лес, секвой вокруг становилось всё больше, а других деревьев – меньше: лесные гиганты в прямом смысле удушали своей корневой системой конкурентов. В итоге создавалось впечатление этакого циклопического колонного зала, под сводами которого спрятался целый мир, и кое-где рос “маленький”, то есть нормальный лес. Сюда бы чёрных чешуйчатых коровок из Лида, чтобы они весь подлесок сожрали, а траву как по линейке “подстригали” – и будет не хуже, чем в лесозащитной полосе вокруг Эрста. Кажется, я теперь знаю, откуда Повелители Жизни сперли идею этой самой полосы. В общем, шли мы и шли… а потом оказалось, что над нами уже простирается освоенный и обжитый людьми “второй этаж”.

[*На самом деле, почти все секвойи произрастают в штате Калифорния, США. Арн как всегда “отлично” помнит земную ботанику и географию.]

О восхождении – язык не поворачивается назвать этот процесс просто подъёмом – надо рассказывать отдельно. Причем лучше Милане – у неё талант к воспроизведению эпических историй о подвигах. Даже я испытал некоторые трудности – что говорить об обычных людях. Уже почти полноценно-Тёмный Баюн тоже запыхался и тихонько матерился сквозь зубы, переползая с грузом с лестницы на лестницу. С одной раскачивающейся веревочной лестницы на другую, на высоте десять метров и без всякой страховки. Таких вот переходов было три штуки – примерно через каждые пять метров: слишком длинная лестница теряла прочность и надёжность. Кстати, чтобы подтянуть и скатать каждый марш, спускаться было не надо: помогали специальные канаты, уходящие куда-то вверх. Идеально подходящие по цвету к коре секвойи канаты, как, собственно, и элементы самой лестницы. Даже спущенную уже с пяти метров хрен разглядишь. Тот же самый принцип многократной страховки, что и в Ключах, только на свой лад. Чёрт, наконец-то долезли!

– Приветствую, соседушки! – молодой парень во все тридцать два улыбался взобравшемуся первым одновременно красному и бледному Баюну. – Вот уж не ждали так не ждали!

– Это Ёж. Рядовой Ёж, – представил мне переставшего лыбиться Рубежника сержант и теперь уже кивнул в мою сторону. – Наш лейтенант ярл Огонёк.

– Обосраться как серьёзно, – по-моему, у этого типа язык работал быстрее мозгов. – Ой, то есть здравия желаю товарищ лейтенант!

– Ну здравствуй, гордая птица, – миролюбиво кивнул я залётчику из чужого десятка.

– Почему это птица? – ну разумеется, не удержался он от недоуменного вопроса.

– Пока не пнёшь – не полетит, – вот теперь улыбнулся и я ему. – Знаешь, как мамаши-птицы учат летать птенцов?

– Л-люди не л-летают… – определённо, у меня педагогический талант: Ёж понял, что зря открыл рот, ещё на середине фразы. Прогресс налицо.

– Пререкаешься со старшим по званию, рядовой? – вкрадчиво поинтересовался Баюн. – Давно иголки на секвойе не пересчитывал?

– Виноват!

Надо же, уставной ответ вспомнил. Чудо прямо-таки.

– Ладно, веди к командиру, – махнул рукой я придурку, которого начало откровенно потряхивать. Ну да, тыловой гарнизон, распустились бойцы, превратились из орлов в… ежей. – Так, а где деревня?

Только сейчас я понял, что все искусственные сооружения в кроне ограничивались двухметровой ширины помостом кольцом вокруг гораздо более тонкого на такой высоте ствола. Над нами было ещё одно такое кольцо… и всё. Соседние кроны, снизу кажущиеся практически смыкающимися, отсюда смотрелись как зелёные острова поодаль. Без какого-либо признака присутствия человека.