Сергей Афанасьев – Мегаполис (страница 25)

Сергей пожал плечами: – Ну давайте…

– Все, договорились, – решительно заключил Эрих, потянувшись к бутылке.

Они снова выпили. Причем Элора, как всегда, только пригубила свой бокал. Сергей, ощущая полный разброд в душе, выпил все – чтобы хоть как-то прояснить свою голову. Эрих тоже выпил все – по одному ему известной причине.

На этот раз о закуске все забыли. Сергей просто поставил свою рюмку и молча наблюдал за Элорой – как она маленькими глоточками отпивает шампанское, как она, заметив его взгляд, тем не менее подчеркнуто это не замечая, выискивает глазами на столе что-либо из съестного. Наконец остановилась на конфетах с вишневой начинкой, тонкими холеными пальчиками аккуратно достала из коробки одну и осторожно откусила от нее небольшой кусочек, чему-то при этом улыбаясь. И Сергей потерял связь времен – ему вдруг показалось, что они все-таки на корабле, что уже прошла их свадьба, и что где-то здесь недалеко находятся Дмитрич с Женькой, и она – такая близкая и родная…

Элора вдруг слегка напряглась и быстро повернулась к начинавшему клевать носом Эриху.

– Эрих, ты хотел рассказать о сути своего открытия, – сказала она, попытавшись не дать ему уснуть.

Майер открыл глаза, обведя взглядом окружающих.

– Да, действительно… – пробормотал он, с трудом выпрямляясь. – Тут как раз все просто. Давным-давно известно, что человек, умирая, теряет тридцать грамм своего веса. Вот эту штуку я и хотел поймать.

Слушатели одновременно вздрогнули. Элора – потому что молода и, как любой молодой человек, ей неприятно слушать разговоры о смерти и покойниках. А Сергей… Оба-на!, подумал он встревожено, это как раз и пахнет красным песком – универсальными ячейками для хранения матрицы человека. Выходит, что я сам, своими руками помогаю им построить их мрачное будущее… Нет, надо решительнее активизировать поиски зародыша этого Суперкомпьютера.

– И у вас получилось? – осторожно спросил Сергей.

– Почти, – поморщился Эрих, потянувшись за бутылкой. – Поймал что-то – умер один во время операции. Теперь бы неплохо понять, что же это такое. И как это использовать. Но это все потом, – докончил он, разливая водку. – Как говорит Элора – все по порядку.

Девушка чуть отрицательно качнула головой, заметив, что Сергей взял бутылку шампанского и привстала.

– Ну что ж, – произнесла она необыкновенно серьезно. – За открытие. Будем надеяться, что это и есть долгожданный путь к бессмертию.

– Элора, – благодарно улыбнулся Эрих. – Ты всегда была умницей, схватываешь все на лету.

Сергей тоже привстал.

– Идея хорошая. Дерзайте. Я даже, наверное, смогу подсказать вам, как лучше хранить это нечто. Но это уже потом. – Сергей грустно поднял рюмку. Вас бы всех на мое место, подумал он, быстро осушив емкость.

Эрих, держась за стол, тяжело плюхнулся на угловой диванчик и мгновенно отключился, привалившись на боковую спинку.

Сергей задумчиво посмотрел в его сторону.

– Наверное, его лучше отнести ко мне. Неудобно тут.

– А вы как сами?

– Придумаю что-нибудь.

– У нас в кладовке должна быть раскладушка.

– Замечательно, – сказал Сергей, осматривая стол. – Давайте, я вам помогу прибраться.

– Хорошо, – неожиданно согласилась она. – Только сначала допьем, что осталось в рюмках.

Сергей посмотрел на почти полный бокал Элоры, на пустую свою, молча взял бутылку, налил себе немного, поднял глаза на девушку.

– За вами тост, раз мой вы отвергли.

Элора внимательно посмотрела на Сергея, мягко улыбнулась.

– Вы обиделись? Странно. Впрочем, я этого не хотела. К тому же у меня действительно родился тост. Выпьем за правдивость наших слов и поступков.

– Я так понимаю, это касается только меня одного? – уточнил Сергей, поднимая свою рюмку.

– Если хотите, – кивнула она.

Выпили. Молча поставили рюмки. Неловкая пауза нависла над столом. Сергей молчал, вертя вилку в руках и прислушиваясь к музыке – приятная, тихая и спокойная. А что, – вдруг подумал он, мгновенно вспотев, – вторая попытка. Он привстал.

– Можно вас пригласить на танец?

Девушка чуть удивленно подняла глаза, вникая в сказанное.

– Почему бы и нет, – кивнула она после небольшого раздумья.

Сергей нетвердо обошел стол, подал ей руку. Она поднялась, осторожно положила левую руку ему на плечо.

Они двигались медленно-медленно. Сергей боялся вспугнуть возникшую между ними атмосферу и поэтому касался ее еле-еле, стараясь ни чем не вызвать ее недовольства. Она наклонилась к его плечу, изредка касаясь его щеки своим ухом. Поначалу она осторожно отодвигалась, но потом как-то перестала обращать на это внимание. И ее теплое дыхание нежно касалось его шеи. Сергей замирал, стремясь продлить эти мгновения как можно дольше и сильно боясь, что вот-вот все это разрушится, она очнется ото сна и посмотрит на него холодным взглядом – и это будет концом всех его надежд.

– Так где мы были с вами знакомы? – вдруг как-то несмело спросила она.

– Честно говоря – не знаю, как и ответить, – произнес он. – Это было так давно…

– Но все же, – настаивала она. – Согласитесь, что примету в таком месте не каждому постороннему человеку дано увидеть. Или я не права?

– Правы, конечно, – постарался он увильнуть от ответа и кляня себя за излишнюю болтливость. – Извините меня, но я вам вряд ли смогу сейчас что-либо объяснить.

– За мной следили? – вдруг спросила она, резко отстраняясь.

Он опешил.

– Да нет, конечно… Что у вас только одно на уме? Все было совсем иначе. И, кстати говоря, я вам в тот момент нравился…

– Да-а? – неопределенно протянула она, посмотрев ему в глаза, снова чуть прижимаясь в танце и при этом незаметно улыбнувшись. – А вы мне, честно говоря, поначалу совсем не понравились – холодный, скользкий, равнодушный… Вы не обижаетесь на откровенность?

– Нет, конечно, – поспешил ответить он, продолжая осторожно сжимать девушку в своих объятиях и мысленно умоляя ее – ну говори, не останавливайся! Говори все подряд, что тебе захочется!..

– И на счет нашего знакомства, – по-прежнему не глядя на него продолжила она осторожно. – Что-то у вас не все получается. Я ведь не так много прожила на свете и, фактически, помню каждый свой день. И мужчину, увидевшего мою родинку на груди, я бы запомнила на всю жизнь.

Сергей посмотрел в ее необычайно серьезные глаза, не зная, что и ответить. И тут танец закончился. Они постояли еще некоторое время. Потом она тихо отстранилась, словно во сне, отошла на шаг.

– Спасибо за танец, – произнесла она, не поднимая глаз и полуприседая.

– Это вам спасибо, – пробормотал он.

– Я сейчас принесу раскладушку, – проговорила она, незаметно облизывая сухие губы. – А то у бедного Эриха совсем шея затечет.

– Да, – согласился Сергей. – Надо уложить беднягу. Ни к чему ему страдать.

Элора вышла, задев плечом дверной косяк.

Сергей огляделся. С ума можно сойти, подумал он. Ничего понять невозможно.

Он потрепал Майера по плечу – Эрих. А, Эрих. Идти можешь?

Но в ответ голова Эриха слабо покачалась под действием его руки.

Подошла Элора с раскладушкой.

– Ну как он? – тихо спросила она.

– Абсолютный нуль, – покачал головой Сергей. – Неплохо бы крепкого чаю…

– Сейчас сделаю, – тут же откликнулась девушка и, поставив раскладушку в угол, отошла к плите.

Сергей поудобнее устроил Эриха на диване, понимая, что сейчас он больше ничем не сможет ему помочь, и молча смотрел за действиями девушки, тихо наслаждаясь ее красивой и гибкой фигуркой, мягкими и плавными движениями…

Потом они вместе пытались отпоить изобретателя крепким чаем, но Эрих только мычал что-то нечленораздельное, бессмысленно мотая головой.

– Ну что ж, – наконец сдался Сергей, тщательно стирая с себя полотенцем остатки расплескавшейся жидкости. – Это все бесполезно. Будем его укладывать.

– У меня давно уже все готово, – ответила Элора, показав глазами на стоявшую в углу раскладушку.

Сергей примерился, с трудом поднял его на руки – тяжелый, зараза, – и осторожно понес, стараясь не стукнуть его головой об дверные косяки и перила лестницы.

– Осторожнее, – тихо прошептала Элора, захватив раскладушку. – Не споткнитесь.