Серг Усов – Соправитель королевства (страница 10)

– Может, мне всё же присоединиться к ним? – спросил полковник Дениз. – К Нарову успеем.

– Нет, – отказал Олег. – Выдвигайся сразу. Твоих сил хватит, чтобы блокировать крепость. Это и сделаешь. И жди нас.

Полковник егерей, если и хотел возразить, делать этого не стал. Понимал, что время для возражений закончилось.

Дойдя до ближайшего к ним хутора, пехотные полки развернулись в две линии.

– Смотри, не разгроми их раньше, чем руанцы переберутся через Солу, – напутствовал Олег Торма, которого он назначил командовать первой линией атаки. – Жди моего сигнала.

В первой линии армии герцога ре Сфорца находились те три новых полка, которые были сформированы на базе полка Кабрины Тувал, и большинству солдат которых сейчас предстоял первый в их жизни реальный бой.

Тренировали их долго и жёстко. Порой жестоко. Но одно дело тренировки, а совсем другое, когда всё по-настоящему.

Кавалерийские роты, взвода и десятки полков, батальонов и рот Олег приказал не спешивать и не ставить в строй фаланг. Их задача – прикрывать фланги полков, а при необходимости и батальонов или рот, если придётся действовать по отдельности.

Преимущество римских когорт над монолитом, лучшей в те времена македонской фалангой, в родном мире Олега было доказано. Не сомневался он, что и в этом мире маневренность даст существенные преимущества.

Остальные четыре полка под командованием генерала Чека составили вторую линию, но атаковать должны были только после того, как в битву втянутся и руанцы.

Чтобы не напугать княжеские полки раньше времени, вторая линия полков не переходила через скрывающие её холмы, ожидая команды.

В этот раз особой необходимости в резерве не было. Но Олег решил приучать всех, в том числе и самого себя, к правильной организации боя. Поэтому, к огорчению полковника Шереза, его гвардейцы остались при ставке герцога.

Олег ошибся только в одном – неприязненные отношения между союзниками оказались гораздо сильнее, чем он ожидал.

Сражение полков Торма с линерийцами шло уже больше склянки, а руанцы продолжали толпиться на восточном берегу Солы и кидаться в бой не спешили.

Сола, в тех местах, где она разливалась широко, почти на полсотни шагов, становилась неглубокой, и преодолеть её вброд не составляло никакого труда – вода там не доходила даже до груди в самом глубоком месте.

Пятый пехотный полк герцога-соправителя на левом фланге, попав под удар сразу двух полков линерийцев, постепенно начинал откатываться назад, пока не упёрся в небольшую густую рощу.

Своевременный удар кавалерийской роты в тыл одной из двух линерийских фаланг, прижавших пятый пехотный к стене деревьев, позволил командиру полка перестроить своих солдат в батальонные каре и отбросить противника на несколько десятков шагов. Впрочем, ситуацию это не сильно спасло.

– Ещё немного, и мы их потеряем, – прокомментировал Чек эту ситуацию. – Олег, не пора?

Олег был согласен с Чеком в том, что Кабрина попала в тяжёлое положение. И хотя потери её полка, насколько можно было это увидеть из ставки, были не столь велики, но противнику удалось её основательно зажать и практически полностью лишить возможности маневра. А рубка стенка на стенку давала все преимущества более многочисленному и плотному строю линерийцев.

К счастью, эту ситуацию заметили не только они с Чеком, но и командиры войск княжества, наверняка обратившие также внимание и на то, что его другие два полка плотно увязли в бою с фалангами линерийцев.

Руанцы, наконец-то, двинулись через Солу, и довольно быстро.

– Вот теперь пора, – сказал Олег.

Одновременно с рванувшим к своим полкам Чеком, от Олега, не дожидаясь его отдельных команд – всё уже было оговорено заранее – двое ниндзя, вскочив на коней, помчались к кавалеристам.

Вторая линия армии, состоявшая из ветеранов, двинулась вперёд. И к тому моменту, когда она показалась противнику из-за гребней холмов, Олег, обернувшись, увидел, как кавалерийские полки стройными рядами, поднимая фонтаны брызг, устремились на восточный берег реки.

– Им конец, – засмеялась Нирма, видевшая всё то, что видел и Олег.

– Ещё нет, но близко к тому, – сказал он.

Руанцы, только-только сбившиеся в строи, увидев появившуюся вторую линию полков Чека, замешкались. Было видно, как вдоль фаланг забегали сотники. Искушение развернуться и уйти обратно на другой берег наверняка у них возникло. Но, разумно оценив расстояние, опытные вояки решили не подставлять под удар свои спины.

Полки руанцев двинулись в промежутки между линерийскими фалангами, справедливо полагая, что именно туда войдут полки Чека.

– А вот теперь и мне предстоит поработать, – сказал герцог. – Не всё, как Илье Муромцу, тридцать лет и три года на печке лежать.

Стоявшая рядом с Олегом капитан егерей Нирма, также как и десяток гвардейцев его эскорта, удивления на его слова не выказали – и не того ещё наслушались.

Несмотря на довольно большое расстояние – больше полулиги, никакой сложности в уничтожении Сфер вражеских магов для Олега не было. Это сестре на уничтожение Сферы, поставленной достаточно сильным магом, и на расстоянии более близком, пришлось бы затратить треть своего резерва. Олегу же, спасибо Сущности, хватало и двадцатой части, чтобы расколоть защиту, как яичную скорлупу.

Первой под его удар попала фаланга, бившаяся против полка Волма Ньетера. Разбив Сферу, он предоставил возможность нанесения дальнейших магических ударов полковым магам Волма.

Те свою задачу знали и ждали его действий. Как только они увидели в своём магозрении, что защита исчезла, так сразу нанесли удары, сначала по вражеским магам, затем по передним рядам центра фаланги.

Всего этого Олег не наблюдал, потому что после нанесения ударов по первой фаланге он проделал тоже самое и с остальными.

Исчезновение магической защиты, гибель своих магов, а после и магические удары в центры строя, в очень короткий промежуток времени посеяли панику в рядах линерийцев и руанцев. А существенное численное превосходство войск Олега над ними, быстро решило исход этой битвы.

Первыми побежал левофланговый полк руанцев, он ближе всего находился к реке, куда и начал отступать. Под натиском полка Женка Орвина отступление превратилось в бегство. Следом побежали и остальные фаланги противника.

Но не успели они войти в воду Солы, как им навстречу выскочили руанские егеря, преследуемые кавалеристами ри Крета.

Дальше началось то, что во всех книгах, прочитанных Олегом, называлось избиением отступающих.

Резвости Олеговой пехоты, чтобы догонять бегущих линерийцев и руанцев, хватило бы надолго. Уж чем-чем, а выносливостью и физической силой даже его новобранцы превосходили любого противника.

Но, как было обговорено им с Чеком и Тормом ещё накануне, достигнув реки, пехотные полки преследование врага прекратили, оставив эту миссию кавалеристам.

Правда, среди новобранцев нашлось немало тех, кто в горячке боя об этом позабыл и пытался гнать противника дальше, но таких быстро вразумили зуботычины сержантов и плётки офицеров.

– Даже никто не попытался закрепиться в своём лагере, – прокомментировал поведение врага полковник Шерез.

Барон был искренне расстроен, что его гвардейцам так и не пришлось поучаствовать в сражении.

Заметивший это Олег, похлопал одного из самых старых своих соратников по плечу. Проявил, так сказать, сочувствие. К тому же Шерез, как и сам герцог, когда-то были брошены коварной соблазнительницей Ритой, отдавшей предпочтение пожилому графу ри Крету, а не таким молодым и красивым парням, как они.

– Успеешь ещё навоеваться, Шерез, – сказал Олег. – Лучше давай собирай своих, и бравым строем пойдём к воротам Сольта. Надеюсь, там не откажутся оказать подобающие почести соправителю королевства и своему спасителю. Впрочем, – передумал спешить Олег, – сначала дождёмся результатов преследования. И посмотрим, какие трофеи нам достались. Главное, что Гортензии ещё раненых надо исцелить.

– Да, Олег, а тебе надо будет посмотреть, как она это делает. Может, чему научишься, – усмехнулся Шерез, который, как и уже многие, был в курсе возможностей своего герцога-соправителя.

Гортензия подошла к герцогу, когда тот прошёл по полю прошедшей битвы до Солы.

– Как видишь, уйти удалось немногим, – сказала магиня, имея в виду горы трупов линерийцев и руанцев, зажатых с двух сторон и перебитых в основном на обоих берегах реки. – Но часть всё же ушла ниже по руслу.

– Ри Крет скоро приедет и доложит, далеко ли они ушли, – Олег взял Гортензию под руку и направился с ней к лагерю линерийцев, куда начали сносить раненых.

Естественно, сносили только своих. Раненых противников, если их ранения были серьёзными, добивали, если лёгкими – гнали в центр поля, где уже находилось до тысячи пленных.

Олег не испытывал к побеждённым никакого сочувствия. И не только потому, что за время пребывания в этом мире он сильно очерствел душой. Скорее, наоборот. Насмотревшись в походе на подвиги линерийской и руанской солдатни, совершённые над местными крестьянами, он горел желанием преподать жестокий урок.

– Посмотрел я, чем они тут питались, – подошёл генерал Чек, когда Олег с Гортензией пришли на территорию лагеря. – У нас такое собаки есть не станут. Да и с трофеями тут совсем не густо.

– Понятно, что лучшие полки ушли на север, против армии маршала, – сказала его жена. – А тут, сразу видно, оставили самых негодных.