Серг Усов – Сестра (страница 37)
— У вас, господин, я вижу, серьёзные проблемы с глазами? — Вика с сочувствием посмотрела на чиновника.
Тот только вздохнул.
— Тебе-то что за дело, девушка? Иди уж, заселяй своё новое жильё, — расстроенно буркнул он.
— Оледарис не помог? — вставая на выход спросил Форненг.
— Как видишь. Зато денег, сволочь, содрал столько, что…Хуже всего, что болезнь и дальше…
Авилерец похлопал его, по плечу, мол, держись, и кивнул Вике в сторону двери. Но та не стала спешить с уходом.
— У меня есть один рецепт, оставшийся от бабушки, — робко, чуть слышно, пролепетала она, — Как раз для таких случаев. Помогает на сто procentov, я говорю, обязательно поможет. Вы такой хороший и добрый, что я вам бесплатно дам снадобье. Только, его надо сразу же выпить, как только приготовлю. Вы приходите завтра днём, если хотите. Я вас вылечу.
Все трое уставились на неё, как на заговорившую лошадь. А что она такого сказала? Надо же когда-нибудь начинать свою псевдознахарскую практику? Так почему бы и не с чиновника столь высокого уровня? Без Форненга она вряд ли бы до такого добралась. А тут, удобный случай.
Молчание нарушило дребезжавшее хихиканье стряпчего.
— Девушка, вы сможете сделать то, что смог сам Оледарис? — давясь своим хихиканьем аж до всхрюкивания спросил он.
— Какая бабушка? — «хороший и добрый» Тугорд даже растерялся.
— Любимая, — серьёзно уточнила Вика.
Если, не только безымянный стряпчий, но и Форненг, отнеслись к её словам скептически, то вот помощник мэра отвергать её предложение не спешил. Более того, в его больных полуслепых глазах загорелась надежда. И, в принципе, Вика его хорошо понимала — при его-то профессии остаться без зрения, означает лишиться столь важной и хлебной должности. Она знала, что ближайший маг, знающий заклинание Малое Исцеление, которое здесь все считают просто Исцелением, потому что об Абсолютном даже легенд уже не осталось, проживает в Глене. Правда, сейчас он находится во дворце герцога Вьежского, но разве он опуститься до исцеления какого-то городского чиновника? А лекари, как поняла сейчас Вика, даже самые знаменитые, перед этой болячкой сплоховали. Она не знала, что это у чиновника за болезнь такая. Но для её целительской магии это совсем и неважно.
Помощнику мэра, после безуспешной попытки вылечиться у какого-то Оледариса — а, судя по пиетету, с которым про него говорили, это очень крутой дядька от местной медицины — теперь оставался только один путь — до конца жизни ходить по всяким шарлатанам.
Вика, если так, по-честному, разобраться, тоже собиралась шарлатанить. Но она, хотя бы, будет шарлатанкой в хорошем смысле этого слова.
Когда они уходили из мэрии, Вика была убеждена, что наживку чиновник заглотил и завтра, стопудово, явится на лечение. Ну, что ж, у неё есть, чем его приветить. «Всех излечит, исцелит, добрый доктор Айболит», — вот точно, прям, про неё, усмехнулась Вика.
— Нелла, а ты что, действительно сможешь помочь Тугорду? — на улице, уже получивший свой вексель Форненг, не спешил с ней расстаться, идя рядом, по направлению к домику тётушки Ламарии, хотя, как знала Вика, жил он в стороне Белого района, давно уже забрав все личные вещи из продаваемого особняка.
— Я постараюсь. А вы ещё что-то хотите забрать из дома? — с намёком, мол — чего привязался? — спросила она.
— Да просто решил тебя проводить. Ты возражаешь?
«Ну, пипец, — подумала Вика — прямо девка на выданье. И этот туда же. Я же тебе в дочери гожусь, дядя»
— Простите, господин Форненг. Моего покровителя, что sponsiroval, в смысле, помог мне с деньгами на дом, его хоть сейчас и нет в городе, но…, — Вика изобразила самую застенчивую улыбку, какую только смогла, — Мне бы не хотелось…Сами понимаете…Соседи, они ведь…
Форненг расстроился. Она это поняла. Но и он понял, что Вика не горит желанием продолжать знакомство. К тому же, ему вскоре уезжать. Так что, возле Старого моста они расстались, и вполне дружелюбно.
— Как здесь здорово, Нелла, — Гнеш уже успел обежать весь особняк, — А задний двор какой просторный! Нам с Нюрой там места для тренировок больше будет.
Покупка Вике и самой нравилась. У особняка не было веранды, зато, слева от него, был двухкомнатный флигель, какие иногда специально строили для слуг и рабов, с летней кухней при нём. В самом доме, кроме просторного холла, кухни, двух кладовых, чердака и подвала, были две ванных комнаты, гостиная и целых три спальни.
Вика сразу решила, что жить они все будут в доме — места хватит, а флигель она приспособит под псевдознахарскую. Правда, она весьма смутно представляла, как должен выглядеть рабочий офис знахарки — в памяти возникало только оборудование избушки бабы Яги, какое она видела в детстве в фильмах, где эту Ягу играл Георгий Милляр, но рассчитывала что-нибудь придумать. Жаль, что Нелле ни разу не пришлось воспользоваться услугами местных эскулапов, сейчас бы это помогло.
Водопровода здесь, естественно, никакого не было — не тот район, зато, из-за того, скорее всего, что особняк был неподалёку от набережной Вены, колодец здесь был совсем неглубоким — меньше человеческого роста, а это очень хорошо, раз вместо электронасоса у неё Рудий.
Колодец находился в правой половине двора, где располагались хозпостройки — сарай, дровяной склад и конюшня с парой денников, правда, всё пустующее.
За особняком был фруктовый сад — яблони, груши, вишня, а вдоль забора — кусты смородины. Сад был, хоть и запущенным, зато большим. Места для того чтобы гонять Гнеша и Нюру тут было достаточно.
— Ух, еле допёр, — Рудий подтащил к дому последнюю тележку со скарбом, который она уже успела скопить за такое короткое время пребывания в этом мире, и присел на корточки возле крыльца, — Я передохну?
Вика направила на него конструкт Малого Исцеления, напитав его энергией настолько, что раб, наверняка, почувствовал себя, словно, заново родившимся.
— Отдохнул? Иди жене помогай всё раскладывать, — усмехнулась она.
Дом, а вернее даже, небольшой одноэтажный особняк располагался на этом же, северном, берегу Вены в сотне с небольшим шагов от речной набережной. Правда, находился он в тупике, которым заканчивался небольшой переулок, и в соседях здесь были, в основном, мелкие ремесленники-кустари — квартал считался небогатым и непрестижным, и присмотренный Викой особняк считался тут самым крутым зданием. Так что, пристальное внимание и интерес к новым жильцам здесь будут, пожалуй, не меньше, чем при проживании в доме госпожи Ламарии. А уж саны шантоны, любительницы всё знать, подсматривать и подслушивать, найдутся везде, в любом месте, в любую эпоху и в любом мире.
Глава 21
На рынке, к вечеру, народа было немного. Многие торговцы уже складывали свои товары, кто в мешки, кто в коробки.
— А вам обязательно сегодня нужно травы купить? — Жела в новом платье смотрелась сногсшибательно. Как буд-то она чья-то рабыня для утех — так обалденно на неё повлияли заклинания исцеления. Порой, Вике казалось, что и без Омоложений можно обойтись, раз Жела ещё возрастом не дошла, — Я могу завтра, прямо с самого утра сюда сбегать. Вы только скажите, какие вам травы нужны?
Вика хмыкнула и еле сдержалась от простецкого жеста чесания в затылке.
— Если бы я знала. Мне ведь это нужно просто для anturaga. Можно, конечно, было бы вообще какого-нибудь сена пучками развешать, но вдруг умник какой-то выищется?
Всё же, лавку травницы они нашли. Наверное, из-за того, что до их прихода у пожилой женщины торговые дела шли неважнецки, она не торопилась убирать с прилавка свой товар.
— Что-то нужно? — с надеждой посмотрела на Вику тётка, когда та стала перебирать разложенные на прилавке пучки трав.
— А там у вас что? — поинтересовалась Вика, показывая на травы, висевшие за спиной торговки. Вот это был её размер — побольше и посолидней. Ей ведь не лечить, ей надо было лапшу на уши вешать, — Вон та, большая вязанка, это что?
Начавшийся, так неудачно, для травницы день, завершился для неё, наверняка, самой успешной продажей в её жизни. Вика скупила почти всё, сколько они с Желой могли унести. Своё любопытство травница сдержала — опасалась, что клиентка может передумать. Зато на вопросы о предназначении тех или иных веников отвечала охотно. Жаль, что Вика половину не запомнила.
Легко расставшись с двенадцатью лирами, она нагрузила свою рабыню полностью и нагрузилась сама.
— Надо было Рудия с собой взять, — поделилась припозднившейся мыслью Жела.
— Дотащим. Своя ноша не тянет.
Рынок, ближайший к купленному ею особняку, был небольшим. Зато идти до него или от него было всего-то с сотню шагов.
— Pipez, что случилось, Рудий? — вернувшись с покупками в свой новый дом, она застала раба, открывшего им калитку, с разбитым в кровь лицом, — Гнеш с Нюрой на тебе удары отрабатывали, что ли? Так я, вроде бы, их таким крестьянским ударам не учила.
— Рудий, — кинулась с объятием к своему мужу Жела.
Тот вильнул взглядом в сторону и смутился. Значит, считает себя в чём-то виноватым.
За тот короткий период времени, что Вика пребывала в статусе рабовладелицы, она смирилась с мыслью о том, что полноценной дружбы с Рудием и его семьёй у неё не получится ещё очень долго. А ведь она надеялась на быстрый результат — эти люди ей нравились. Но слишком уж вбита, с самого детства, в них психология подчинения.