Серг Усов – Сестра (страница 18)

Что Вику по-настоящему удивило, так это то, что солидарность соседей распространялась и на неё. А ведь ни для кого тут не было секретом, кому и с какой целью Ламария сдаёт свой дом. Но, видимо, правила совместного выживания диктовали определённые нормы поведения.

— Как это не докажут? — Шантон даже засмеялся, — Яйца, извини, прижгут, он всю правду выложит. С этим отребьём никто церемониться не будет. Это их больших боссов голыми руками не возмёшь — за ними серьёзные люди стоят. Даже во дворце самого герцога, — последнее предложение он произнёс понизив голос. Но потом, отхлебнув ещё вина, опять разулыбался, — А таких шестёрок быстро потрошат. Так что, уже завтра с утра можешь ходить и смотреть, как он там, за городской стеной, в колодках подыхает. Площади Справедливости такая шваль недостойна.

То, о чём рассказывал Лукий, Вике частично было знакомо. Во всяком случае, Нелла не раз, как и другие горожане, ходила смотреть, как за городскими стенами на небольших помостках надо рвом, закованные в колодки преступники умирали от голода и жажды. Точнее, от жажды и голода. А ещё полно было тех, кто развлекался, кидая в осужденных камнями или грязью. В основном, это были дети, но и среди взрослых было немало таких, кому нравились подобные развлечения.

— Интересно, что они хотели от меня? — лицемерно вздохнула Вика, прекрасно знавшая, кто и что от неё хотел, — Может, просто своровать что-то решили?

— Хотели бы своровать, не лезли бы вдвоём. Зачем лишний шум? Не-е, они, или похитить тебя хотели, или убить. Да это и неважно. Наказание-то всё равно одно и тоже, для таких-то подонков, — Лукий допил уже третий кубок — Вика считала количество не из-за жадности, а из любопытства — и сдвинул его в сторону стоявшей Желы. Та, верно оценив улыбку хозяйки, наполнила кубок в четвёртый раз. Учитывая, что его объём был почти пол-литра, и пил Шантон вино не разбавленным, Вика сделала вывод — силён мужик, хотя ему шестьдесят один год, насколько она знала, стукнул уже, — Если хочешь, вечером пойдём вместе. Саталу разрешу с нами пойти, — он лукаво подмигнул, — Видела, как он на тебя засматривается? Или не хочешь, чтобы твой….

Лукий замолчал, видимо, сообразив, что, в случае с содержанкой, его сводничество неуместно.

— Я не смогу, ни сегодня, ни завтра, уважаемый Лукий, — отказалась от столь увлекательного и весёлого зрелища Вика, — Мне много дел ещё нужно будет сделать за эти дни. Скоро мой покровитель прибудет. Сами понимаете.

Шантон всё понял правильно. Он неплохой, в сущности, мужик, решила Вика. А то, что любит мерзкие, по её мнению, зрелища, так здесь все такие. Тот же Гнеш просится на них с таким же напором, с каким она в детстве в цирк просилась.

— Да уж засиделся я у тебя, — довольно отдуваясь, допив четвёртый кубок, сосед всё же встал из-за стола, — Спасибо тебе, Нелла. Обращайся, коли будет нужда в чём. Мы с Саной, супругой моей, вечерами всегда дома.

— Ну что вы, — скромно потупив глазки, улыбнулась Вика, — Это вам спасибо. Если бы не ваша помощь…

— А, пустое.

Лукий великодушно отмахнулся от благодарностей Вики и не очень твёрдой походкой отправился домой.

Когда Рудий закрыл калитку на засов и обернулся, то увидел, что хозяйка на него пристально смотрит. Вика раздумывала сегодня весь день над своей вчерашней идеей научить его приёмам боевых искусств. Да и не только его, но и Нюру.

То, что Рудию уже сорок два года, её совсем не смущало — есть на ком заклинание Омоложение испробовать. Вика больше раздумывала концептуально, так сказать. Нужен ли ей раб-охранник? Не проще ли для своей охраны найти кого-нибудь среди наёмников? Если Рудий начнёт руками и ногами махать, то не нужно ли ей будет ещё кого-то подыскивать, чтобы воду в убогую ванну таскал и выливал потом из неё? За порядком во дворе следил?

— Вы что-то хотели, хозяйка? — вывел он её из задумчивости.

— «Ты», Рудий, «ты», — поправила его Вика, — Я же уже тебе сказала, что, когда мы с тобой одни, обращайся ко мне на «ты». И по имени. Что не понятно-то тебе? И при Гнеше, и при Желе с Нюрой. Договорились?

Рудий молчал и смотрел в землю. Видно было, что он не решается что-то сказать. Вика решила его подтолкнуть.

— Говори уже, что хотел. Чего ты мнёшься, как раздолбай в кабинете direktora shkoli?

— Я…вы так…Нелла, ты так сильно изменилась, что, мне кажется, что это вовсе не ты, — наконец решился высказаться Рудий и посмотрел на неё, — Ты только не подумай, что…Я…, мы, мы тебе очень благодарны, ты нам вернула…, - раб волновался, и Вике было немного забавно и, в то же время, неловко смотреть на взрослого мужика, ведущего себя, и правда, словно растерявшийся пацан, — Спасибо тебе…но, мне кажется, что это, как бы, не ты. В том смысле, ты, как буд-то бы…

— Другая, — кивнула Вика, — Я поняла. Пойдём на скамейку. Кое-что расскажу тебе. Только, смотри, Рудий, лучше тебе то, что от меня услышишь, ни с кем не обсуждать, — она повернулась и пошла на задний дворик. Рудий пришёл за ней, — Садись. Да садись же, — она похлопала по скамейке, на которую села сама, ладошкой, — Я приказываю, — добавила она, видя сомнения раба, — Всё равно, нас тут никому не видно.

Скамейка на заднем дворике появилась вчера, ещё до визита гостей. Её изготовил Рудий с Викиной подачи. Скамейка стояла прямо возле стены дома, в тени яблонь — в первую половину дня, и в тени здания, как сейчас — во вторую половину дня.

Некоторое время она молчала, поглядывая на опустившего голову и не знающего, куда девать свои руки, раба, раздумывая, до какой черты ему открыться.

— Послушай, Рудий, — наконец начала она, — Наврала я с три короба. Насчёт покровителя. Нет у меня никакого богатого sponsora. Я сама по себе теперь при деньгах, и очень больших. К тому же, как видишь, теперь ещё и новый опыт получаю, ранее мне не известный — рабовладелицей мне бывать ещё не приходилось. Сам знаешь. А что касается того, что я изменилась, так ты сам подумай — есть ли кто-то, кого не изменят деньги и власть? — раб бросил на неё короткий взгляд и согласно кивнул, снова уставившись себе под ноги. Выросший в рабстве и впитавший в себя правила должного поведения, он явно чувствовал себя крайне неуютно, сидя рядом со своей хозяйкой, пусть та и была, раньше, его приятельницей, — Не спрашивай, откуда, но денег у меня теперь куча и будет, как у дурака mahorki. И ещё. Я магиня теперь, Рудий. И очень сильная.

Всего рассказывать Вика, естественно, не стала, особенно, про гибель Неллы и своё попаданство, ограничившись полуправдой. Но и того, что она вывалила на голову Рудия, тому хватило с избытком. Когда же, она наложила на него Малое Исцеление, напитанное магической энергией по-максимуму, то его пробрало, как говорится, до костей.

— Я и так твой раб, Нелла, — сказал Рудий, вставая перед ней на колени, — Я и Жела, мы будем тебе верны всегда, — его голос был искренен. А ещё, в нём были восторг и надежда, — То, что ты рассказала, это же…

Вика поморщилась.

— Сядь на место, Рудий. Давай, без pafosa и ползанья на коленях обойдёмся. Хорошо? — она услышала, как убиравшаяся на кухне, после ухода Лукия, Жела позвала мужа, — Я бы, вообще, тебя и Желу с Нюрой освободила, но, сам понимаешь, я это не смогу сделать. Если, конечно, не стану когда-нибудь герцогиней, — она улыбнулась.

Раб тоже оценил шутку. Он явно осознал, какой силой теперь обладает его бывшая приятельница, ставшая теперь его хозяйкой и предложившая ему свою дружбу, но представить Неллу герцогиней, это, и правда, без улыбки сделать было невозможно.

— Нелла, ты где? — раздавшийся в доме голос Гнеша прервал их беседу.

— Мы друг друга ведь поняли? — спросила Вика поднимаясь, — Рудий, я не прощу только предательства. А всё остальное — решаемо в рабочем порядке.

Планы Вики сходить сегодня с самого утра с Гнешем в кузню неподалёку и заказать там для него сюрикены и метательные ножи, чертежи которых она уже набросала на навощёной доске — с бумагой здесь был полный облом, накрылись медным тазом. Не успели они проснуться, помыться и позавтракать, как к ним в гости потянулись соседи, а чаще, соседки, с выражениями поддержки на словах и жадным любопытством во взглядах. В середине дня явился десятник стражи из квартального околотка, вместе с домохозяйкой Ламарией. От предложенного Викой обеда не отказались оба.

Опыта общения с представителями власти не было ни у Неллы, ни у Вики. Но Вика много разного читала, а Нелла знала примерные расценки. Так что, трояк — три лиры, перекочевавшие в карман десятнику, были приняты даже более благосклонно, чем вкусный обед, приготовленный Желой и дорогое вино, спёртое Викой из подвала «Пустого причала». А ближе к ужину, за своей долей благодарных слов явился и её спаситель, Лукий Шантон.

Так что, вместо кузни, Гнеш был отправлен с Нюрой пополнить основательно, за сегодня, подъеденные продовольственные запасы. Особенно радовалась этому поручению, конечно, Нюра — когда Вика дала ей карманные деньги в размере двадцати энн, то оказалось, что это вообще первые её личные деньги в жизни.

— Можно мы с Нюрой завтра к городской стене сходим? — брат с аппетитом налегал на пирожки с капустой и с луком и яйцом, которые напекла Жела, — Там нашего татя, уже с утра, прикуют.