Серг Усов – Превозмоганец-прогрессор 8 (страница 27)

То, что ребята складывали инструмент за заброшенным ларьком и шли дальше в ближайший кинозал, этого никто не видел.

— Мне кувшин масла, — сообщил Игорь торговке в продуктовой лавке, — Нет, не этого, — уточнил он, — Вон тот. Большой, да.

Попаданец положил на прилавок ритал и взял тяжёленький сосуд, который пришлось нести в обхват.

Если Игорь в почти своём родном гирфельском дворце не мог вспомнить или узнать даже некоторых попадавшихся ему на глаза придворных, не говоря о наёмных или невольных слугах, на кого он и внимания не обращал, то уж в резиденции ливорских королей — здраво рассудил землянин — где количество обитателей раза в два-три больше, такой калейдоскоп лиц мелькает, что на ещё одного слугу никто и внимания не обратит.

Хотя у попаданца, что у того Штирлица, и на случай любопытствующих вопросов имелся заготовленный ответ — он из обслуги графини Гары. Никто же не пойдёт к новой любовнице государя выяснять, так это или нет? В общем, Егоров был уверен, что выкрутится.

В логово врага — или в будущее жильё своей венценосной подруги, тут как посмотреть — граф Приарский с неудобным, норовящим выскользнуть из рук кувшином — тётка гадская при наливе мимо горлышка чуть плеснула и плохо протёрла — двинулся через первые боковые ворота.

Картинка там не сильно изменилась. Только в этот раз бездельничавшие на страже гвардейцы развлекались с другой девкой.

Видно, у вояк совсем тоска на посту. Та чернявенькая была ещё вполне ничего, а нынешняя — дурнушка и грязнушка. Похоже, дворовая какая-нибудь или к выносу поганых вёдер приставлена.

Кто уж и зачем мог посылать такую за пределы дворца, Егоров себе голову забивать не стал. Жалко улыбнувшись гвардейцам, он перехватил получше кувшин и не снижая шага прошёл на территорию королевской резиденции.

Горе-караульные даже в его сторону не посмотрели, продолжая вести светскую беседу, в которой одна половина слов была нецензурными, а другая пошлыми.

— Палками вас колотить надо, придурки, — буркнул себе под нос бывший спецназовец.

Привычка разговаривать с самим собой, когда-то приобретённая им в пещере Сонных дебрей, у Егорова прорывалась всё реже, но иногда случалась.

Не поставь Игорь себе задачу по таинственному исчезновению Латаниного сволочи-братца, он бы его прямо сегодня и пришил, отправив к Порядку. Арбалетный болт в сердце — и пусть потом в этом бардаке попробуют поймать того, кто в Идлибе от бармалеев ушёл, прикончив или ранив — Игорь тогда не мог проверить — четверых из них.

— Эй, пацан, — позвал он чумазого мальчишку-золотаря, с натугой тащившего ему навстречу по тропинке ведро с нечистотами, — Где тут кухня? — попаданец остановился и упёр свой дурацкий кувшин в колено.

Надо было поменьше размером брать, с досадой запоздало подумал он, всё равно тут никто ни на кого внимания не обращает.

— Новенький, что ли? Не из слуг графини Гары?

— Твоё-то какое дело? Хочешь, сейчас щелбан дам?

Пацанёнок шутку попаданца принял за чистую монету и сгибаясь под тяжестью вонючей ноши боязливо отошёл в сторону.

— Там, — махнул он свободной рукой, — Где северное крыло.

— Вот, совсем другое дело, — похвалил Егоров маленького раба и извлёк из кармана оставшуюся четвертинку медового пряника, взятого вместо сдачи в той же лавке, где покупал масло, — На, держи. Я уже не хочу.

Тот недоверчиво посмотрел на угощение — жизнь, похоже, приучила мальчика к возможным каверзам — но взял и потащился дальше, жуя на ходу.

Ни спасибо, ни до свидания попаданец от него не услышал, и не ждал этого.

Устройство всех дворцов при их различной архитектуре было схоже по расположению служебных помещений. В своём большинстве они находились на полуподвальном этаже — в цоколе, как сказали бы в родном мире Игоря. Так что, указания направления землянину вполне хватило, чтобы, пройдя через боковой вход и спустившись по лестнице, за десять минут неспешного шага добраться до кухни коридорами, весьма, кстати, грязными. Жаль, Эмили или Дигии на местную обслугу нет, гирфельские управляющие тут бы быстро шороху навели. Правда, у Егорова есть уверенность, что у первой из них такая возможность ещё будет.

В царстве поваров, состоявшем из десятка комнат, многолюдном и дымном, стояла какофония запахов, не только приятных, и оглушали звуки брани, криков и оплеух.

— Куда масло поставить? — Игорь перегородил дорогу какой-то запыхавшейся разносчице с подносом, наполненным закусками, спешащей к лестнице на верхние этажи.

— Новенький, что ли? Не из слуг графини Гары? — попытавшись обойти незнакомого ей слугу, но не сумев — тот не дал этого сделать, она задала те же вопросы, что и маленький золотарь.

Угрожать щелбаном девушке, тем более, привлекательной Егоров разумеется не стал.

— Да, — коротко ответил он.

В глазах служанки мелькнуло любопытство, только оно явно было связано не с Игорем, а с той графиней, которую он представлял.

Неудачи Вернига Второго в получении наследника и состоявшиеся по этой причине уже шесть разводов привели к тому, что сейчас любая женщина, даже не самого высокого титула, может стать королевой, если у неё получится понести от монарха ребёнка.

Об этом знали все, поэтому каждая очередная пассия государя вызывала при дворе усиленный интерес. Хотя пока ни у кого из дам так и не выходило стать матерью принца, даже магия Лечения не могла помочь.

Игорь знал, правда, один верный способ, которым его псевдо-хозяйка могла бы воспользоваться, чтобы водрузить себе на голову малую корону, но, ни советовать в наставлении рогов королю, ни лично участвовать в таком деле он не думал.

— Отнеси вон в ту кладовую, — показала девушка на открытую дальше по коридору дверь, возле которой стояли двое мрачных рабов и молча принимали в подставленные руки какие-то кули, — А тебя с чего таскать-то заставили? Провинился в чём? — рабыня уже не сильно торопилась бежать, норовя продолжить знакомство, — Меня Маута зовут. Я горничная баронета Логнита. Ты вечером освободишься?

Простота нравов среди обслуги попаданца не удивляла. Девица уже привыкла задирать подол перед хозяином или любым господином, так почему бы — с её точки зрения — не сделать того же и перед привлекательным парнем, от которого заодно можно узнать будет много интересного?

— Не провинился, — поморщился землянин, — Лишь попался на глаза, кому не следовало. И кому нельзя отказать. Егор, — представился и он, — Сегодня вечером не получится. Как насчёт завтра?

— Договорились, — засмеялась рабыня и вильнув попкой устремилась в проход, освободившийся, едва землянин отошёл к стене.

Игорь донёс ношу до кладовой, где распоряжался желчный старик. Увидев попаданца тот подслеповато прищурился.

— Новенький, что ли? Не из слуг графини Гары? — голос старика скрипел, как не смазанная ось телеги.

Граф Приарский едва сдержался, чтобы не сплюнуть на пол. Ему вспомнился рассказ «Органчик» из повести Салтыкова-Щедрина «История города Глупова», которую Егоров подумал однажды рассказать и издать, но не решился.

Встреченные им сегодня в Ливорском дворце слуги напомнили ему того самого градоначальника с органчиком в голове, настроенном на произнесение определённых фраз.

— Да, я служу прекрасной графине Гаре, — кивнул он, — Шёл, никого не трогал, встретил важного господина — кто такой, не знаю — он велел доставить сюда вот это.

— У нас такое бывает, — дребезжаще засмеялся дедок, — Ставь сюда, раз принёс. Больше ничего не поручили?

— Наш управляющий распорядился ведро воды принести. Где тут можно взять?

Никому тут и в голову не могло прийти, что кто-то собирается присвоить себе казённую ёмкость. Поэтому, старик без дальнейших вопросов ушёл вглубь своего склада и вернувшись молча протянул деревянную кадку с ручками, даже не велев возвратить. Про воду он ничего не сказал, но Егоров, как профессиональный водонос в прошлом, и так знал, что наполнять ведро придётся из колодца.

Он пошёл к выходу на задний двор сквозь снующих мимо него разносчиков и поварят.

Кухонная прислуга во дворце считалась элитой среди рабов. Даже последняя посудомойка здесь всегда была сыта объедками господских блюд, допивала оставшееся дорогое вино и спала в тепле. Любой крестьянин или серв не мог и мечтать о такой роскошной жизни, только завидовать. Но и среди работников кастрюль и сковородок имелась своя аристократия, которая не только ела и пила вдоволь, а ещё умудрялась продавать на сторону продукты из дворца.

Эмиля однажды жаловалась Игорю, что её борьба с несунами бесконечна. Одних выпорешь, изувечишь или отправишь на каторгу, как на их место появляются другие, и гирфельские продуктовые лавки вновь торгуют доставленным во дворец.

Об этом Игорь подумал, когда уткнулся в спину громкоголосого здоровенного повара, грозящего найти того, кто уже спёр бочонок вина из утреннего привоза. Ругался бугай долго и забористо. Попаданцу пришлось ждать, пока тот не угомонится и не даст пройти.

Ведро в руке заменяло здесь технологию невидимости стеллс. Действительно, в любом дворце никто не обращал внимания на множество слуг и служанок, несущих господам воду или выносящих поганые ёмкости.

Наполнив свою неудобную и тяжёлую кадку из колодца, граф Приарский свободно пошёл бродить по дворцу, никем не останавливаемый. Егорову только нужно было не забывать уступать дорогу, вжимаясь в стену, и низко кланяться.