Серг Усов – Превозмоганец-прогрессор 8 (страница 23)

Захват Гжара сулил кратное увеличение поставок металлов, прежде всего, железа, поэтому, пришлось, надавив на горло собственной песне, пока спланировать очередные домны в технограде.

— Ты уже уезжаешь, господин? — спросил управляющий ткацкой мануфактурой, куда граф Приарский заглянул напоследок.

— Да, Лирси. О чём-то хотел спросить?

— Попросить, господин. Гужен ещё один жилой барак для тех рабынь, что из столицы на прошлой пятидневке доставили. Я Флюцу говорил, но тот ссылается на утверждённую тобой смету расходов. Говорит, там не предусмотрено на это ничего. Могут и потерпеть, конечно…

— Никаких «потерпеть», Лирси. Нам ведь с тобой не нужно снижение производительности труда и увеличение доли брака в продукции? Сейчас же отдам распоряжение. Правильно сделал, что мне сказал. Флюца я поправлю.

Глава 13

Во дворце, обычно напоминавшем муравейник, при возвращении Игоря из Приара было необычайно тихо и малолюдно. Лишь прислуга понукаемая бранью и тычками младших управителей и надзирающих спешила навести порядок и чистоту.

Всё остальное население замка уже переместилось на площадь, где начались развлекательные представления циркачей и музыкантов, а вскоре — попаданец посмотрел на часы, показавшие ему без четверти семь — должны были начаться казни.

В своих с Танией апартаментах, перед которыми с разрешения государыни несли службу не её гвардейцы, а янычары, застал только двух приарских девушек. Местные дворцовые рабы — поломойки или водоносы — появлялись здесь только по вызову. Граф Приарский не желал иметь в своих комнатах незнакомые глаза и уши, а его супруга привыкла пользоваться услугами лично ею обученных служанок.

— Господин, сходить за водоносами? — спросила светленькая служанка, видно, за что-то уже получившая по губам от Тании, — Ванну будешь принимать?

Игорь в прихожей перед спальней и гардеробной скинул на диванчик надоевший камзол и посмотрел на рабынь.

— В замке только что баню посетил. Так что, нет, мыться уже не стану, — он попытался вспомнить, как девушек зовут, и не смог, — Вы чего такие грустные?

— Прости, господин, — ответила вторая горничная изобразив на лице натянутую улыбку.

— Пока не вижу, за что. И не слышу ответа на свой вопрос.

Девушки искоса переглянулись, и та, что с опухшими губами, призналась:

— Скоро Чидра-людоеда казнить будут, того, гирфельского пожирателя.

— Говорят, специально волков голодных приготовили, — осмелилась вступить в разговор вторая служанка, — Его будут им живьём скармливать. Сразу после расправы с моснорскими грабителями. До костров. Про Чидра рассказывали, что у него лицо как у акулы.

— И роста он огромного, — светленькая рабыня выпучила глаза, будто бы маньяк-людоед прямо сейчас перед ней воплоти стоял, — А выбирал себе девушек помоложе. Когда его пытали, смеялся, кричал, сами попробуйте, вас потом цепью не оттащишь. Гад.

— Понятно, — Игорь ещё до того, как задал свой вопрос, примерно догадывался об ответе на него, — Хотите посмотреть? Так бегите. Я разрешаю. Только вернитесь до прихода хозяйки.

Присутствие рабов, кроме тех, кто прислуживал, на всякого рода увеселительных мероприятиях не приветствовалось, но и прямого запрета не было. Конечно, в толпу свободных горожан девчонки не полезут, там им могут и по шее надавать, и всё же местечко они себе для наблюдения подыщут, пусть и не с самым удобным ракурсом.

— А Гештик за плётку не возьмётся? — вторая, на год-два более старшая служанка проявила осторожность.

— Так мы ему ничего не скажем, — засмеялся Игорь, — Договорились?

Когда девушки, чуть не пританцовывая на ходу, убежали, попаданец прошёл в спальню и открыл там шкаф, на нижней полке которого лежал свёрток, месяц-восьмушку назад принесённый во флигель тётушки Родалии Люсом.

Попаданец прекрасно знал, что в нём, однако по привычке, выработанной ещё во время армейской службы, всегда лично проверял своё снаряжение перед любым боевым заданием.

— Так, что тут у нас припасено? — вслух сам у себя спросил Егоров, доставая и кладя объёмный свёрток на стол, — Что нам бог послал?

Он развернул ткань и принялся раскладывать на поверхности её содержимое.

Первыми легли на стол холщовые плотные штаны с одним карманом, следом длинная рубаха из такой же ткани, деревянные туфли-сабо и пара онучей к ним, нательный кожаный пояс с четырьмя метательными ножами и тремя маленькими кармашками под пару-тройку монет каждый, наружный подпоясавший кушак с небольшим тряпичным кошелём и плечевая сумка, размером с ноутбук. Завершал натюрморт, скорее, кухонный, чем боевой тесак с деревянными рукояткой и потёртыми ножнами.

Егоров проверил содержимое кошеля. Там оказалось восемь риталов одной серебряной монетой и двадцать шесть талов медью. В кармашках нательного пояса в сумме набралось пять империалов. Можно пятидневку проживать и гулять в столице королевства. Землянин рассчитывал управиться гораздо быстрее.

Он вновь сложил всё в ткань и вспомнил о небольшой медной фляжке, которую как-то ещё в конце весны отобрал у Дильяна. Игорь нашёл её там же, откуда достал и свёрток, на дне шкафа. Открыл пробку, и его чуть не стошнило от аромата дешёвой сивухи. Пришлось быстро опять закупоривать.

Положив пойло поверх остальных вещей, Игорь завернул ткань, но убирать её не стал. Разделся до исподнего и лёг на кровать в надежде немного поспать, ночью ему предстояло работать. Только, как это часто и бывает, когда нужно, сон не приходил.

Окна спальни графской четы Гирфельских выходили на парк, сторону, противоположной дворцовой площади, но восторг людей, дождавшихся начала главных зрелищ донёсся и до попаданца.

Чтобы отвлечься от того, что сейчас происходит за стенами дворца и не думать о нравах нового для себя мира, Игорь направил эскадрон своих мыслей шальных на восток, где гирфельская армия осаждала ригасский укреплённый город Ан-Ай.

Как уверил попаданца вчера граф Моснорский, захватить эту твердыню особых проблем нет. Когда до графа Кесп-Тилского дойдёт приказ герцогини Латаны об активизации боевых действий, Ан-Ай будет взят в считанные дни, пять-десять, не более того, слишком велика разница в количественном составе иск-магов между осаждающими и осаждёнными. Проделать тот трюк с постоянной ротацией новых смен одарённых через городской портал, который организовал в Варе граф Приарский, ригасцы, естественно, не смогут.

Крепостные амулеты долго не выдержат, а удерживать проёмы в обрушившихся после Землетрясов укреплениях у защитников сил надолго не хватит, гирфельцев в десяток раз больше.

И всё же попаданец себя похвалил, что догадался заказать у своих алхимиков и гончаров новую партию снарядов с напалмом, большего в два с лишним раза размера, чем прежние, под катапульты.

Онагры, хорошо зарекомендовавшие на поле боя, были плохо пригодны для метания ядер через высокие стены. Игорь подумал, что местные метатели с этой задачей справятся на отлично. Тем более, если стрельба будет вестись сосудами с зажигательной смесью.

Ретивость в манёвре и грамотные действия в сражениях юного герцога Юма показали землянину, что повоевать придётся всерьёз. Ригасцев шапками не закидаешь. Пока армия восточных соседей занята войной с тринцами, Егоров решил захватить несколько провинций и предложить переговоры.

Каких-то территориальных уступок от Ригаса, ни самому Игорю, ни тем более его сюзеренше, уже нацелившейся на королевскую корону Ливора, не требовалось. Землянин лишь хотел получить предмет для торга, а от герцога Юма демилитаризации Ан-Ая и договора о вечном мире.

Конечно попаданец уже знал, что в Орване, как и во времена средневековья на Земле, любой вечный мир редко длился больше десяти лет, а иногда не сохранялся и года. И всё-таки Егоров рассчитывал выдвинуть множество взаимовыгодных предложений, чтобы обеспечить искреннее желание Юма и его двора дружить с Гирфелем и портальным кланом.

Всё-таки попаданцу удалось уснуть. Он не проснулся, когда вернулись отпущенные им на веселье девушки, зато возвращение жены и венценосной подруги его разбудило, хотя те старались в гостиной, отделённой от спальни прихожей, не шуметь, чтобы дать Игорю отдохнуть перед делом.

«Наверное, во мне где-то встроенный датчик наличествует на приближение Тании и начальства, — в шутку подумал про себя Егоров, различая тихие голоса за дверью, — Надо вставать».

За окном начинали густеть сумерки, но вызывать служанку, чтобы зажгла свечи, он не стал. Уж мимо штанин или рукавов бывший спецназовец и без яркого света в состоянии не промахнуться.

— Ты не спишь? — в один голос спросили герцогиня с графиней, переглянулись и усмехнулись своему унисону.

— Как видите, — Игорь сел на диван рядом с супругой, — У тебя не побаливает там? — спросил он у неё, обратив внимание, что расположившаяся с другой стороны принцесса держит руку на животе Тании.

В гостиной, кроме хозяев и старого Гештика, находились обе служанки, стоявшие со своим начальником вдоль стены. Если бы графиня не была погружена в какие-то свои мысли, то она обеих рабынь быстро бы вычислила, что те посетили развлечения на площади — розовые щёчки, довольные лица, хоть и склонённые взглядами в пол, и бегающие глаза их заметно выдавали.

— Нет, Игорь, — улыбнулась Тания, — Не болит ничего. Просто мы с Ланой сейчас гадали, успеешь ли ты вернуться до рождения Яры или нет.