Серг Усов – Попаданец. Маг Тени. Книга 6 (страница 10)

– К вам нужно кого-то прислать? – поинтересовался капитан-лейтенант.

– Кого мне нужно, сам найду. – Андрей направился к подъезду. – Займись, чем я сказал.

Допросная находилась в самом конце коридора той части подземелий, что располагались под главным зданием замка. Пройдя через лабораторию и тюремные казематы, землянин оказался перед тяжёлой дубовой дверью, которую распахнул перед ним дружинник, потянув на себя. Криков и воплей Немченко не услышал, лишь негромкие голоса.

Войдя внутрь ярко освещаемой двумя амулетами комнаты, обнаружил там почти десяток человек. Кроме лежавшего на пыточном верстаке Пустынника, стоявших возле него палача и его помощника, всегда как дурачок жизнерадостного восемнадцатилетнего детины, а также самой хозяйки Рея, в большой прямоугольной комнате находились капитан Рантин с двумя дружинниками – молодец Джиса, подстраховалась – и скрипевшие перьями за столом мажордом Сарина Йоттер и главный алхимик, недоучившийся пока студент Эльмий Карон.

Присутствие последних было вполне объяснимо. Олы владения заняты своими магическими делами, а найти грамотных среди простолюдинов в замке не так уж и просто, к тому же таких, кому можно было бы доверять. Впрочем, особо скрывать пока нечего, но лишние сведения выпускать в свободный доступ не хотелось. Сарина выводила на бумаге буквы столь усердно, что даже высунула кончик языка.

– Исцеляйте его по новой, – скомандовала Джиса.

У распятого на верстаке наёмного убийцы руки и ноги были перебиты толстым, коротким металлическим прутом, который держал радостный балбес. В камине наготове лежали раскалённые в огне кочерга и трезуб, но пока, судя по отсутствию ожогов на теле пытаемого, до них очередь не дошла, ограничивались дроблением костей и восстановлением их лечилками. Всё-таки в магическом мире работа палачей была более простой. Меньше опасность упустить жертву на тот свет.

Прежде чем исцелить Пустынника, ему начали стягивать рот широким кожаным ремнём, чтобы, придя в сознание, не начал вопить раньше времени.

– Это удивительно, Джи, ой, госпожа. – Дописавший в пергамент последние поместившиеся на нём слова Эльмий принялся дуть на чернила, чтобы быстрее просохли. – Если это правда, если действительно можно без магической энергии создавать зелья, способные мутить сознание даже одарённым, то…

– То описание состава этой гадости отсюда не должно выйти. Ты меня понял, Эльм? Давай сюда этот свиток и забудь о том, что когда-то держал его в руках.

– Ты, вы без меня хотите его…

Рантин сразу же заметил вошедшего хозяина замка. Не дождавшись, что и ола Рей проявит такую же внимательность, решил ей помочь:

– Госпожа. Ваш супруг хочет вас поприветствовать. – На лице мастера меча промелькнула мимолётная улыбка.

– Анд? Так быстро? – Джиса выхватила у однокашника записанный им рецепт, подошла к мужу, поднялась на носочки и чмокнула в подбородок. – Это хорошо. Мы уже выяснили, что мне было интересно. Я даже терялась, о чём ещё спросить.

– Я помогу, – пообещал Немченко.

Глава 6

Лечебные амулеты восстановили раздробленные металлической дубиной кости ног и рук пленника, но боль сняли лишь частично. Если бы не ремень, стянувший Пустыннику рот, то его крик наверняка бы оглушил всех присутствовавших в комнате дознания.

Никакой жалости к наёмному убийце Андрей не испытывал. Тот вполне заслуживал своего нынешнего состояния. Как говорится, за что боролся, на то и напоролся.

– Спрашивай теперь ты, дорогой. – Джиса присела на лавку рядом с Эльмием, но спиной к столу, и с полуулыбкой посмотрела на супруга. Помощник палача на полусогнутых ногах подбежал к госпоже, с поклоном вернул ей лечилку, и ола, взяв перстень, по новой зарядила кристалл янтаря в нём. – Он готов отвечать.

С утверждением жены, посмотрев на подвывавшего от боли, похоже, уже сломавшегося наёмного убийцы, Андрей был согласен. Вообще, у землянина имелось своё мнение насчёт пыток Пустынника. Тот ведь явно человек умный, иначе так долго бы не проработал на своём поприще, одиночка, а значит, выгораживать ему некого, он хорошо понимал, что его ждёт в пыточной, потому и молчать не стал бы.

Наверное, могли обойтись и обычным допросом, без так называемого пристрастия. Вот только в Гертале привыкли больше доверять тому, что человек расскажет, будучи мотивирован болью и страданиями, вспомнит даже то, о чём в обычных обстоятельствах забыл. В своей правоте относительно этой стороны жизни Немченко уверен не был, и лезть со своим уставом в чужой монастырь не торопился.

– Подожди, моя прекрасная ола. – Андрей подошёл к столу, переступил через лавку и сел между женой и выступавшей в роли писца мажордомом Сариной. – Дай хотя бы глазами пробежаться по тому, что наш друг уже поведал. И это, переместите его с верстака на дыбу. Как вы вообще могли его о чём-то спрашивать, не видя лица?

– А зачем нам на его морду любоваться? – удивилась Джиса.

– Ну как. Видно же по мимике, врёт человек или нет.

Супруга недолго обдумывала его слова и тихо рассмеялась. Присутствовавшие не рискнули поддержать её в открытой насмешке над очевидной глупостью, сказанной господином, и промелькнувшие у них улыбки мгновенно спрятали.

– Можешь не сомневаться, Анд. Читай, там всё правда. – Ола Рей пересела лицом к столу и заглянула в разложенные перед мужем свитки, словно хотела убедиться, что Сарина ничего не перепутала.

Почерк матери Мии, в отличие от врачебного у её госпожи, читался легко. Каллиграфии в этом мире не имелось, иначе буквы, выведенные Сариной, можно было бы считать каллиграфическими – чёткие и понятные. Хоть снимай её с должности управляющей замком и назначай начальником секретариата.

В признаниях Пустынника Андрея впечатлило не количество убитых людей по заказу – пятьдесят два, а вдвое большее число тех, от кого наёмный киллер избавился при подготовке покушений и после них. Сволочь реально никого живыми не оставлял, даже тех, кто работал на него не за деньги, а из чувства признательности или считая убийцу своим другом. Втираться в доверие подонок умел неплохо – десятки обманутых его словесными кружевами мужчин, женщин и детей могли бы это подтвердить, останься они живыми.

– Девчонку-то одиннадцати лет зачем утопил? Она тебя видела всего один раз, и то в полутемноте. – Прочитав четвёртый по счёту листок, Немченко не мог сдержать гримасу презрения. – Малышка совсем, и привязалась к тебе, как к отцу родному. Единственному, кто её, бедняжку, не бил, зато подкармливал.

Пустынника уже сняли с верстака и, вывернув ему руки сзади, подтянули кверху, но суставы пока не выворачивали. Ол Рей показал себе пальцем на губы, и палач развязал ремень, стягивавший пленнику рот.

– Она… – он издал длинный протяжный стон. – Она болтала как сорока, ох, больно, больно, и…

– Чего и?

Жизнерадостный обормот, подвизавшийся помощником ката, не дожидаясь указаний начальника или самого господина, выхватил из камина раскалившуюся на конце до кумачового цвета кочергу и прижёг Пустыннику пах.

Раздался такой дикий вопль, отражаемый стенами и сводчатым потолком, что полностью заглушил лязг цепей, на которых забился убийца. К запаху крови, кала и мочи добавилась вонь жжёной человечины и палёных волос. Последний аромат был самым отвратительным, хуже, чем у дерьма.

Палач отвесил парню сильный подзатыльник, а Джиса это одобрила:

– Ещё раз без команды проявишь усердие, Кильн, лично с тебя шкуру спущу.

Из-за действий не в меру ретивого детины пришлось ждать, пока Пустынник перестанет извиваться и начнёт хоть немного вновь соображать. Да, сейчас он мало напоминал того уверенного и хладнокровного мужчину, каким Андрей увидел его в первый раз. Он уже не просто сломался, а постепенно превращался в обезумевшее от страха животное. Крысу. К сравнению именно с таким животным подталкивали факты его биографии. Немченко даже читать было противно.

Тибо Роммер, так когда-то звали пятнадцатилетнего паренька, будущего легендарного убийцу, оставшегося без родителей и родственников, умерших в эпидемию чумы, наверное, мог бы вырасти вполне приличным человеком. Он унаследовал неплохой дом с торговой лавкой по продаже тканей и кое-какие сбережения, но встретил удивительного старика, также лишившегося своих близких людей. Только у того деда умерли вовсе не родственники, а оба ученика, которых он обучал искусству перевоплощений, изготовления снадобий определённого предназначения, умениям тихо подкрадываться, скрываться, владеть ножом и удавкой и многим подобным вещам, незаменимым в профессии наёмного убийцы.

Оставшись оба в одиночестве, они нашли друг друга. Старик сумел заинтересовать Тибо своими интересными навыками, за что впоследствии поплатился. Если не самым первым, то в первом десятке жертв молодого Роммера стал он сам. Научил не оставлять следов, свидетелей и посредников, а ученик оказался гораздо способней, чем тот предполагал.

Заметив, что в ожидании прихода в чувство пленника супруг перечитывает биографию Пустынника, Джиса взяла у Эльмия перо, смочила кончик чернилами и написала внизу листа: «А этот наставник, интересно, не мог быть из твоих земель? Ты понимаешь, про что я?»

Андрей жену прекрасно понял. Сам однажды ради интереса показал им фильм с Джеки Чаном. В какие-то необычайно высокие способности всевозможных шаолиньцев, ассасинов, ниндзей и прочих мастеров тайных убийств Немченко не очень верил, хотя не исключал, что некоторыми умениями они действительно пользовались. Просто так, на пустом месте, их слава бы не продержалась долго.