Серг Усов – Из огня да в полымя (страница 9)

Вообще мне редко звонили, в основном с работы, ну и Лена, когда мы с ней дружили. Вот ведь реальная стерва. Я перед сном таки провёл ревизию своих затрат на неё, и весьма кругленькая сумма получилась. И ведь умела же мною-прежним манипулировать. Вроде и не просила ничего, а я вот раскошеливался. Сам. Теперь вот и без тех денег, и без девушки. Ну, ладно, что под венец не затащила, это и к лучшему, так ведь и в постели не пригрела. Умеет жить Ленка, ничего не скажешь.

Иногда Игорёк звонил, будто бы просто поболтать, а на деле выяснял, закончил ли я ту работу за него, с которой оставался в офисе допоздна. Хитрый козёл. Были ещё однокашники по университету, но те только по праздникам меня тревожили звонками, да и то редко, чаще отделываясь эсэмэсками.

Конечно же и мошенники не оставляли своим вниманием, куда же без них? И служба безопасности сбербанка, и доставка, и офицеры ФСБ, полиции, налоговой, администраторы Госуслуг, кого ж только не было. Одно время считал хорошим развлечением троллить днепропетровских парней и девушек вопросом "чей Крым?", но уж с год как наскучило, да и им, похоже, разрешили отвечать правильно. Теперь сразу сбрасываю, как только слышу их хэкающий говор.

Занимался упражнениями всего полчаса, но сильно обессилел и взмок с непривычки. Вышел на полу-лоджию, отодвинул стеклопакет и вдохнул полной грудью воздух. Обычно балкон у меня закрыт, всё же семнадцатый этаж, ветродуи тут случаются ого-го какие, так вот выворотит пакет, улетит кому-нибудь на голову, и потом оправдывайся. У нас ведь и за непредумышленное убийство статья имеется.

А вид открывается просто шикарный. Между двумя свечками таких же высоток как и моя виднеется широкая полоса леса, не лесопарка, не сквера, а именно что настоящего. Жаль, правда, что смотреть на него смогу ещё год-полтора, там перед ним уже расчистили две площадки, под торговый центр и ещё один дом. Придётся окончательно чувствовать себя обитателем городских джунглей.

Впрочем они у нас вполне комфортные. Вот наш с Виталиком Рябковым университетский приятель, уехавший в Гонконг на хорошую зарплату, вот он конкретно попал. Снимает квартиру площадью пятнадцать квадратов, так в ней ни одного окна нет, она находится внутри дома. Обалдеть просто. Да, говорит, там почти на половину стены жидко-кристаллический экран, на который можно выводить какие угодно виды и ландшафты, и озонатор, освежающий воздух и по желанию подающий запахи тайги, степей, моря и прочего, но в гробу я такой комфорт видал. У нас, слава богу, до такого ещё не скоро дойдёт. Разве что к концу века, когда вся Россия переедет в Москву, а на остальной территории будут одни лишь роботы, добывать, производить, выращивать. Меня к тому времени точно уж не станет. Хотя почему? Вдруг ещё раз смогу переродиться? Теперь это не кажется сказкой.

Закрыл стеклопакет на защёлку и отправился в душ. Когда растирался ещё раз оценил себя в зеркале, благо оно ростовое и позволяет мне на себя полюбоваться. Что ж, не атлет, но фигура пропорциональная, без лишнего жира. Рост последний раз в армии измеряли, было метр восемьдесят два, может за прошедшее время ещё на пару сантиметров подрос. Не баскетболист, оно и к лучшему. Русоволосый, нос прямой, глаза карие, губы обычной полноты, подбородок как подбородок, в общем Алексей Платов не Брэд Питт, но вполне красив. Дару Ленка, реально дура. А с другой стороны у женщин ведь подсознательная забота о потомстве. Наверное она решила, что её детям будет комфортней иметь богатеньких дедушку с бабушкой, таких как родители Виталика, чем жить с папой сиротой. Ну, её выбор, пусть катится, куда хочет. Реально сейчас к ней никаких чувств не испытываю, кроме равнодушия.

Позавтракал оставшимися со вчерашнего второго ужина пирожками Любовь Петровны. Разогретые в микроволновке они будто только что были испечены. Действительно очень вкусно.

Показалось мало, поэтому дополнительно приговорил купленные в Пятёрочке два йогурта.

- Блин, у меня же ещё тостер имеется. - вспомнил вслух, уже убираясь на кухне.

Прибор был куплен где-то год назад, несколько раз в нём пожарил хлеб, потом убрал вниз кухонного шкафа, да и забыл.

А зря, мне сегодняшнему бутерброды из поджаренных батонов нравятся. Сейчас я уже наелся, но тостер достал и поставил рядом с микроволновкой. Пусть здесь будет, на глазах, чтоб опять про него на год не забыть.

На часах уже восемь минут восьмого, рабочий день у нас с девяти до восемнадцати с часовым перерывом на обед. Уходить позже можно, и это приветствуется, а вот приходить нет, за это наказывают. Бывают конечно случаи вроде прошлогоднего, когда Москва вся превратилась в один большой сугроб. Тогда начальство закрыло глаза на массовое опоздание сотрудников. А в обычных обстоятельствах, всё на волю начальства.

В Инвест-гамме рядовые сотрудники не то чтобы как рабы, но реально сильно зависимы. Коллективный договор прописан таким образом, что лишение премии - это не наказание, а лишь отсутствие поощрения.

Один неуживчивый тип из планового отдела "Инвест-гамма Агро", сутяга до мозга костей, попробовал было оспорить в суде этот договор, да куда там. Тягаться с юристами холдинга, которых у нас целый департамент, занимающий целиком один из верхних этажей, бестолковое дело. Зато с работы тот скуф весьма быстро вылетел, как раз по причине опоздания. А ведь мог отделаться частью премии, и то не факт. При хорошем настроении начальник имел право закрыть на проступок глаза.

Надо поспешить, и я ускоренно направляюсь в кладовую, по пути осознав, что пятна сока, спасибо за них очкарику-айтишнику, не оттёр. Не сильно заметно, но неприятно в таком виде приходить в столь солидный офис. Благо, у меня гардероб позволяет надеть другой костюм, светло-серый, тоже летний. Когда повязал галстук, вдруг сообразил, что сделал это легко, а ведь я-мухинский никогда петлю на шее не носил, считал интеллигентской блажью, я же здешний никогда не мог запомнить, как правильно вязать узел, и либо не развязывал галстуки вообще, снимая через шею, либо лез в смартфон и искал в интернете, как это правильно делать, всё никак не мог запомнить. Получается, что? У меня ещё и память улучшилась? Получается так. И это тоже здорово.

Много времени сборы не заняли, а вот у лифтов пришлось немного подождать. Обычное дело - семнадцатый этаж есть семнадцатый этаж, и кабинки, что пассажирского, что грузо-пассажирского лифтов, с утра, когда народ валит на работу, постоянно перехватываются теми, кто живёт ниже. Но пять минут я могу себе позволить и подождать.

На восьмом ко мне присоединились заспанные братья-близнецы, закончившие седьмой класс.

- Здрасьте. - в один голос приветствуют.

Прошлым летом я помог им вставить на место выскочивший с доски ролик и с тех пор мы, можно сказать, приятели. Впрочем, у нас тут и так все друг с другом здороваются, и кто знаком, и кто не знаком. Культурные люди. Не удивительно. Таким мелким гопникам, каким я был в Мухинске, при нынешних ценах на жильё в моём нынешнем доме делать нечего. Всю жизнь копи, не скопишь.

- Каникулы же? - спрашиваю ребят. - Вы куда в такую рань?

- У нас летний лагерь при школе, - грустно отвечает Юра, он из братьев самый общительный.

Понятно. Пока родители на работе, чтобы дети не балбесничали, им организовали приют, который им явно не нравится. Только куда им деваться?

- А рано чего так? - уточняю.

- В дежурной группе, - вздыхает мальчишка.

На пятом к нам присоединяется красивая стройная женщина лет сорока. Тоже здоровается, бросает на меня взгляд, словно просветив рентгеном, и чуть улыбается кончиками губ. С ней мы волею судьбы часто встречаемся в лифте, нам на работу надо выходить примерно в одно и тоже время. Мы незнакомы, но я её знаю. Случайно, будучи у Ленки в гостях, увидел её лицо в новостной передаче, разумеется, сразу же узнал. Она там приговор зачитывала о депортации группы чего-то набедокуривших гастарбайтеров. Судья в общем. Её у подъезда ждёт автомобиль, но ни разу не предложила меня подвезти хотя бы до метро. Бог ей судья.

Я-прежний всегда с удовольствием тайком исподлобья рассматривал её фигурку, в первую очередь обтянутую юбкой - ни разу не видел её в штанах или джинсах - попку. Благо, мне всегда доставалось место у стены, а женщине у двери. Только на этот раз у меня имеется другое дело. Попробую проверить свои способности. Как они сегодня сработают?

Дар эмпатии мне не нужен, и так понятно, что испытывает человек, направляющийся утром на работу, а вот мысли судьи прочитать попробую.

Сосредотачиваюсь, на интуитивном уровне понимая, как направить мысленный запрос на женщину, и тут же получаю заряд боли, такой же, какую испытывал и вчера. Плохо. Я-то рассчитывал, что станет с каждым разом меньше расплачиваться за способность. Что ж, придётся жить с этим.

"Какой-то он странный, - услышал я мысли судьи, пробивающиеся через пелену моих головных мучений. - Обычно отводил взгляд, улыбался растерянно, а сегодня смотрит прям дерзко. Чем-то он некоторых моих клиентов напоминает. Находись он сейчас на скамье подсудимых, точно решила бы, что он из преступников. Опыт есть. Мне ведь иногда уже ни улик, ни доказательств не нужно, чтобы понять, кто ждёт моего решения. Да, опыт, пятый десяток ведь в этом году разменяла. Как быстро время летит. Вроде совсем недавно ..."