Серг Усов – Имперский граф (страница 4)

– У наёмников родина там, где платят, господин граф, – счёл нужным влезть с пояснением Клейн.

– Да, господин граф, – продолжил Морс, – всё верно. Их нам дали вроде бы как в помощь, но мы сразу поняли, что это для пригляда за нами. А их выбрали, что они из дальних краёв. Мало шансов, что кого из своих земляков встретят. Тут ведь у вас сейчас много народа отовсюду. Сказали Лешику, чтобы в Нерове торговлишку для виду открыл. А, главное, чтобы смотрел, когда вы с госпожами магинями в столицу уедете. Дали клетку с голубями. Сказали сразу весточку слать. А мне сказали любыми путями к вашим производствам пробиться. Не к мыльному или кальвадоса, это они уже знают, что вы магией делаете. Им интересно насчёт тканей, красок и, главное, досок с брусом. Откуда всё берётся такого качества и в таком количестве.

В конце осени к Олегу приезжала Морнелия, магиня короля Лекса и давняя знакомая Гортензии. Женщина умная и упрямая. Она привезла устное послание от своего короля.

Предложения Лекса были весьма привлекательны для Олега, на первый взгляд. Да и, на второй взгляд, он каких-то подводных камней в этих предложениях не находил.

Король собрался восстановить на территориях южных баронств Винора герцогство, и предлагал своему барону Ферм герцогские атрибуты: корону, мантию и жезл.

Понятно, что были и условия. Но эти условия казались Олегу приемлемыми. Деньги? Сто тысяч лигров? Легко. Особенно в свете того, что его тугрики и рубли стали сверхпопулярной валютой – сколько он ни запускал их в оборот, всё вымывалось. Их брали и иноземные купцы, и свои, да и обычные люди старались их использовать для накопления. А лигры и солигры поступали как в виде налогов, так и в оплату за товары, распродажам которых препятствовали только производственные ограничения и иногда грузовые возможности приходивших к нему купеческих обозов и торговых караванов. Армин, его министр финансов и главный налоговик по совместительству, докладывал на тот момент, когда здесь гостила Морнелия, что в казне уже скопилось больше трёхсот тысяч лигров, не считая полусотни тысяч рублей в Псковском банке. Сейчас наверняка ещё больше. Олег забывал в последнее время уточнять финансовую информацию, увлёкшись военным строительством и рудниками.

Ещё Лекс хотел получить и военную помощь, но сильно на этом не настаивал, не зная истинных возможностей своего нынешнего барона и будущего герцога.

Понятно, что Олег ответил согласием. И через восемь с половиной декад он должен был прибыть в столицу, чтобы там, в Фестале, в первый день лета, когда состоится свадьба короля Винора и принцессы Глатора, получить в обмен на свой свадебный подарок, пожалование из рук короля герцогских регалий.

Откуда о его поездке пронюхали растинцы, теперь уже и не важно. Может, и сами догадались, он не исключал и такого варианта. Всё же растинцы не дураки, это точно.

– А этот, Рог Карвин, он уверен, что я куда-то уеду?

Морс пожал плечами.

– С нами другой их вельможа беседовал. Он нам вообще не представился. Смотрел на нас, как на тараканов. Лешик потом полдня бесился, – усмехнулся бывший наёмник, вспомнив злость своего начальника, сам-то он относился ко всему спокойно. – Судя по тому, какой у него здоровый особняк, и как с ним почтителен был Карвин, шишка, видимо, немаленькая. Как бы и не самый главный там у них. Вот он-то и сказал, чтобы, значит, Лешик в оба глядел. Да и мне сказал, что если узнаю, что вы с госпожами уезжаете далеко, так сразу мчаться в Неров, где голуби.

– Ладно. Сведения своевременные. Спасибо. Что делать дальше думаете? – вопрос Олег задал уже лейтенанту.

– Шеф сказал передать их полковнику Агрию. Что теперь они с ними работать будут, – ответил Тропан. – Ещё он хотел организовать вам встречу с Лешиком, если захотите, конечно.

Когда Олег собрался уже уходить, Морс немного неуверенно добавил:

– Господин, нас там особо никуда не пускали, но Лешик, вы ведь знаете, он пронырливый, всё же пообщался кое с кем. Там наёмников полно и среди них ходят слухи, что их куда-то хотят отправить. Растинцы даже вроде бы чуть ли не легион Болза хотят нанять, и корабли за ним ушли. Я это и от своих кринцев узнал, они проговорились. Мне кажется, что растинцы что-то нехорошее задумали.

– Можешь даже не сомневаться. Задумали точно, – усмехнулся Олег.

Несмотря на усмешку, слухи о наёмном легионе Болза Олега насторожили. Этот легион был хорошо известен во многих государствах Тарпеции. И его слава не была дутой.

После тайной стражи Олег направился к Рингу. Химик у него теперь не просто химичил, а руководил всеми производствами Отшиба.

Поехали вдоль реки, которая сейчас представляла сплошной каскад плотин, на которых крутились колёса кажущихся бесчисленными механических монстров футуристического вида – всё, что только смог придумать и воплотить сумрачный баронский гений.

Ехать приходилось по грязным улицам мимо наспех построенных зданий, большинство из которых были жилыми бараками и кабаками. Поселение росло слишком быстро и нормального жилья тут ещё построили немного.

Из бараков выскакивали любопытные дети и бежали за компанией Олега, стараясь не попадаться на глаза и всякий раз прячась, когда он или кто-то из его спутников оборачивался.

– А вот кучи грязи и мусора с улиц надо убирать и вывозить, – выговаривал Олег Рингу, когда они вернулись с осмотра производств. – За работу производств хвалю, но и про жизнь в своём районе не забывай. Ты тут у меня старший, так что наводи порядок. А то развёл антисанитарию, понимаешь.

– Да вывозим мы. Просто не успеваем, – оправдывался химик.

Уля появилась, когда он уже собирался возвращаться в гостиницу. Была в прекрасном настроении, и все разговоры были о малыше Тимении, какой он ути-пути, ручки, ножки, глазки и всё такое.

– Ты бы не портила девчонку, Уля, – вздохнул Олег. – Зачем ты у неё «чэ эс вэ» пробуждаешь? Ей же потом хуже будет. Если уж нужна она тебе как подруга, так забирай её в Псков. Что мы ей места под солнцем не найдём?

Как обычно, когда её кровный брат начинал использовать непонятные ей речевые обороты или слова, Уля не стеснялась переспрашивать и уточнять.

– Что такое «чэ эс вэ», и почему мои подарки делают ей хуже?

– Чувство собственной важности. И делают ей хуже не подарки, – ответил по порядку Олег. – Ты уже взрослая девушка, ну посмотри вокруг. Видишь, как на тебя все пялятся и как низко кланяются? Ты есть фигура особо важная и почитаемая. А когда такая важная фигура запросто заходит к кому-то в гости, то тот человек становится объектом всеобщего внимания. Твоей подруге будут завидовать и одновременно льстить. От неё будут стараться получить информацию и передавать через неё просьбы. Если кому откажет, то обида. И всё в таком духе. Ты не фыркай, а подумай на досуге. У Ринга теперь достаточно помощников и без этого – как его, мужа твоей подруги? – Малоса. Можем этому парню тоже, как и ей, дело найти рядом с нами. А так…

В Псков они вернулись раньше, чем Олег планировал. Полученные из Растина сведения необходимо было обсудить с соратниками. Поэтому поездку в замок Ферм пришлось отложить.

Город встретил его почётным караулом из стражников комендатуры и гвардейского полка. Олег ещё раз убедился, что егеря, несущие службу на дорогах, и его расширяющаяся почтовая служба ртом мух не ловят. Во всяком случае, перемещения своего босса отслеживают, а значит, можно надеяться, что вовремя отследят и своевременно доложат, случись что чрезвычайное.

Население города выросло заметно. Олег тщательно подходил к выдаче разрешений на поселение в городе, и хотя у него самого на отбор просто не было времени, он всё же постоянно держал на контроле деятельность комендатуры в этом вопросе и не пускал на самотёк.

Тем не менее население города уже приближалось к семи тысячам. Почти все бароны, даже те, кому Олег не дарил особняков, постарались получить себе и своим семьям место в городе, ну а раз имперский граф их счёл не заслужившими подарка в виде особняка, строили на свои – места им выделяли ближе к центральному проспекту.

Продолжали перебираться в город и торговцы с семьями, и простые ремесленники, и рабочие.

Строительство зданий из мрамора вдоль центрального проспекта было завершено.

Последним штрихом стало возведение возле западных ворот Гостиного Двора с просторной арочной галереей вокруг, где теперь была постоянная толкотня от покупателей.

Олег, проезжая по центральному проспекту, получал удовольствие и не скрывал это от себя.

Останавливаться возле штаба армии он не стал, ещё возле ворот получив сведения, что командующий Чек отсутствует в городе и прибудет из расположения второго пехотного полка только завтра. Поэтому он направил коня домой, чтобы отдохнуть с дороги.

Виконтесса сразу в свой особняк не поехала и остановилась возле Гостиного Двора.

– Олег, я прикуплю тут себе кое-что.

Когда Уля, поцеловав в щёку своего кровного брата, отъехала к аркаде, где вокруг неё уже стала быстро образовываться толпа, тщательно осматриваемая её девушками-ниндзя, адъютант Олега невозмутимо произнёс:

– Похоже, что сегодня ночевать у себя дома госпожа виконтесса не будет, – в ответ на вопросительный взгляд Олега добавил: – Конечно, это не моё дело, но, говорят, что ваша сестра иногда ночует в особняке барона Нечая Убера.