Серг Усов – Артефакт Смотрителей (страница 34)

— Конечно, капитан, конечно! Можешь хоть всех отпустить с корабля. Совет уже распорядился выставить здесь охрану. Так что, хоть в городе ещё и остались имперские недобитки, но твоему судну и грузу ничего не угрожает. Отдыхайте спокойно.

— Так у нашей госпожи, вроде бы, нет никаких проблем ни с одним из претендентов, — улыбнулся Сакриф, — со стороны кого-то из их сторонников нам не должно ничего грозить. Но за такое внимание весьма признателен. Обязательно сообщу великому магистру первым же голубем о помощи Совета Иль-Малана в выполнении возложенной на меня миссии.

Причины столь радушного приёма орденцев лежали на поверхности — объявление независимости необходимо чем-то подкрепить. Если со стороны суши новоявленная республика была защищена мощными рядами стен, что вкупе с величиной самого Иль-Малана — по Викиной прикидке раза в два побольше Вьежа — давало гарантии относительной безопасности, то вот блокировать республику с моря для гронского флота проблем не составляло. И на что тогда революционерам жить? Чем питаться? А ведь возможность морской блокады, как только в империи завершится внутренний разлад, была весьма вероятна.

Союз с Орденом или хотя бы негласная поддержка со стороны магини Тень и её уже прославившихся флотоводцев эту проблему снимали. И Вика в принципе не возражала против появления у неё ещё одного дружеского крупного порта на западе континента, только на данный момент в одиночку такое решение она принимать не была готова. Надо будет всё же обговорить досконально и подробно со своими друзьями. Дело тут гораздо сложнее, чем видится местным революционным буржуям.

Вика могла ведь и ещё кое-что поведать дуракам из Совета, касаемое дальнейшей судьбы этого огромного порта, если все их желания сбудутся.

Торгаши, стоявшие за свершившейся революцией, наверняка, посчитали только ту прибыль, которую они станут получать сразу, как только перестанут платить налоги в имперскую казну. Вот только, беда всех доморощенных сепаратистов в том, что они не просчитывают дальнейшего.

Иль-Малан разросся и, как говорится, разжирел, потому что более века через него идут потоки имперских товаров и поставки в Грон из-за океана. Станет ли будущий император или императрица заботиться о благополучии независимой, гордой республики? Весьма сомнительно. Переведут торговлю в другие порты, платящие в имперскую казну таможенные сборы и налоги, и всего делов. На побережье Алернии появится другой крупный центр морской торговли, а Иль-Малан вряд ли сможет прокормить своё многочисленное население на доходы от ловли рыбы. Как бы, желая получить ещё одну опору, Орден не навесил себе на шею обузу.

Кстати, Вика столь прозорливо смотрела в будущее вольного города благодаря одной из бесед со своей подругой Уранией. Та ей поведала истинные причины, помимо вассальных клятв, по которым вьежские герцоги, обладавшие гораздо большими богатствами и военной силой, чем короли Датора, даже ни разу не пытались отделиться и основать новое королевство. Они тогда просто отдали бы все доходы Глену, своему вечному сопернику. Да, даторцам возить товары по суше было менее удобно, зато не пришлось бы платить чужому государству.

Несмотря на заверения Удоваса Кайлана, Сакриф предусмотрительно решил разделить абордажников и экипаж "Чайки" на две примерно равные группы, которые отдохнут на берегу поочерёдно.

Гребцов определили в самый лучший барак, а их питание и помывку взяли на личный контроль старпом Нолинг и боцман Малк. Фердингу же и его помощникам так и вовсе предстояло лично присутствовать при этих мероприятиях, не доверяя их местным барачным надзирателям.

Предложение воспользоваться вместо гостиницы одним из освободившихся особняков капитан принял после незаметного переглядывания со своей повелительницей. Ещё до наступления темноты половина команды "Чайки" и Вика с соратниками заселились в большой, окружённый ухоженным фруктовым садом, двухэтажный, П-образный дом казнённого командира имперского егерского полка.

— Да уж, неплохо живут имперские полковники, — с нотками зависти сказала Миока после осмотра особняка, когда отряд Вики разместился в левом крыле особняка.

— Как я понял, этот офицер был еще и, по совместительству, наместником, — сообщил ей муж.

— Хотите, я вам и лучше особнячок организую в Тени? А могу и этот прикупить, — щедрость попаданки по отношению к друзьям и соратникам, без всяких шуток, не знала границ, — Когда вернёмся с нашей миссии, думаю, мне в Иль-Малане понадобятся мои представители. Так почему бы ими не стать вам? Оникар? Миока? Не надоело ещё кочевую жизнь вести?

— С тобой? Нет, Вика, — засмеялась Миока, — Интересно.

Её смех поддержали остальные соратники и даже новая рабыня. Последняя, правда, поймав взгляд повелительницы, стушевалась.

Через четверть гонга Вика осталась в особняке одна, если не считать служанки и местной обслуги — садовника, лакея, поварихи, горничной и двух дворовых девок. Моряки во главе с капитаном и её соратники пустились, что называется, во все тяжкие. Как и полагается в любом порту.

Порыв на морализаторство и запрет пьянки и разврата попаданка в себе придушила, во время вспомнив, что она добрая и понимающая госпожа. Даже распорядилась выделить каждому орденцу дополнительно по две лиры, что, естественно, вызвало дружный крик радости.

Барка изъявила было желание составить повелительнице компанию, однако, Вика отказалась от такой жертвы, зато решила за проявленную заботу воительницу вознаградить.

— У меня волосы уже отросли возле корней, — сообщила она, вглядываясь в зеркало, хоть и кривое, но из стекла, — Сейчас подкрашу, и у меня останется краска и для тебя. В Варварских королевствах мне некого вводить в заблуждение. Завтра в нашем отряде будет аж две рыжих красотки, — попаданка засмеялась в счастливых объятиях Барки.

Глава 19

— Госпожа наёмница, прости, что к тебе обращаюсь, но остальные ещё спят, — низко поклонился слуга, — Или прикажете разбудить кого-нибудь из господ офицеров?

Вика, занимавшаяся в саду на заднем дворе разминкой — какой бы умелой и могучей магиня Тень ни была, но утренняя физическая зарядка ещё никому не вредила — вложила кинжалы в ножны и повернулась к рабу.

— Сначала скажи, в чём дело, придурок, — нарочно хамски и грубо, чтобы не выходить из образа, ответила она, — А там я решу.

Воины и экипаж "Чайки" вернулись в особняк не более пары гонгов назад, и вид у всех был очень уставший. Капитан Сакриф, тот даже с какой-то девкой пришёл. На повелительницу посмотрел виновато, как нашкодивший пёс, икнул, и был прощён. Орден всё же не организация монахов.

— Посыльный из ратуши, ой, из Совета прибыл, — вжав голову в плечи, доложил слуга.

— Из Сове-ета? — уважительно протянула Вика, — Он где? У ворот? Или ты его в гостиную провёл?

Будь гонец невольником, ему конечно же пришлось бы ожидать у ворот, но новые руководители самопровозглашённой республики уважили представителей магини Тень и прислали одного из клерков, представившегося старшим писарем посольского отдела. Судя по его должности, маланские олигархи взялись за дело всерьёз и уже создали подразделение, отвечающее за работу с другими странами.

В гостиной посланник Совета не садился, ожидая встречи с кем-нибудь из орденских флотских офицеров, но дождался лишь нагловатой рыжей абордажницы.

— Я передам капитану, уважаемый старший писарь. Сразу же, как проснётся, — Вика оставила входную дверь открытой, встав сбоку, демонстративно намекая, что гостю пора уходить, — Он допоздна работал с картой нашего дальнейшего маршрута, спать лёг совсем недавно, так что, доложу я ему через три-четыре гонга. Думаю, он приглашение на обед примет.

Попаданка выдала эту тираду, как говорится, на голубом глазу, хотя клерк, без сомнений, был хорошо осведомлён, как Сакриф трудился всю ночь — старшего писаря сопровождали двое стражников, оставшихся во дворе, а уж городские блюстители порядка ситуацию в Иль-Малане контролировали круглосуточно.

— Мне велено лично сообщить…

— Иди отсюда, — грубо, как полагается невоспитанной наёмнице сказала повелительница Ордена, — Пока я не разозлилась. Ответ ты получил? Другого не будет.

Наверное, она переборщила. Или не доиграла. В общем, клерк смотрел на неё со всё возрастающим интересом, и Вика с опаской заметила, как на лице старшего писаря стала расплываться глупая улыбка.

— В полдень будет подан паланкин…

— Я об этом уже слышала, — она сделала полшага к гостю, взяла его левой рукой под локоть, потянув за рукав, качнула чуть в сторону, затем, показала другой рукой в направлении распахнутой двери и слегка толкнула корпусом, одновременно зацепив носком не опорную ногу клерка, — Придёшь, когда капитану пора будет отправляться в Совет.

Старший писарь вряд ли понял, как его вынесло на крыльцо, и почему, чтобы не упасть носом в землю, ему пришлось очень быстро семенить ногами. И все равно чуть не распластался плашмя под ноги городских стражников.

— Аккуратней, — поддержал старшего писаря один из них, — Под ноги смотри, уважаемый.

— Где тебя носит, животное? — грозно крикнула Вика дворовому рабу, — Закрой за уважаемыми гостями калитку.

Выпроводив посланника и его сопровождение, повелительница велела разбудить и привести в столовую капитана Сакрифа — ей с ним надо было много обсудить, касающегося его предстоящего визита в Совет. Ну, и позавтракать. В отличие от моряков и друзей, которые, можно сказать, только что из-за стола, повелительница уже проголодалась. И ведь никто о ней не позаботится, если она сама о себе забудет.