Серена Валентино – Аид. История повелителя Подземного мира (страница 2)

В тот день Хейзел и Примроуз стояли во внутреннем дворе в тени древнего каменного особняка, который возвышался на самом высоком холме в Мёртвом лесу. Ведьмы размышляли об истории своего королевства и событиях, которые сделали их повелительницами этой земли.

Королевы мёртвых начали править Мёртвым лесом ещё до начала времён. До появления Хейзел и Примроуз королевы Мёртвого леса славились своей жестокостью и непостижимыми способностями некромантов. Они требовали, чтобы всех умерших из окрестных деревень хоронили в их лесу, чтобы они могли обрести власть над ними. Тех, кто не подчинился их требованиям, убили и превратили в нежить Мёртвого леса. Некромантические способности королев и секреты необычайно долгой жизни передавались из поколения в поколение, от матерей к дочерям. Предания сии были пропитаны кровью и болью, и королевство оставалось мрачным и страшным местом до тех пор, пока Хейзел и Примроуз, дочери предыдущей королевы, не заняли своё место правительниц в царстве призраков.

Сотни лет назад юные Хейзел и Примроуз жили в Мёртвом лесу со своей сестрой Готель и матерью Мани, королевой мёртвых. Когда три молодые ведьмы достигли совершеннолетия, ожидалось, что они примут кровь своей матери, чтобы её сила передалась им по наследству. Когда Хейзел и Примроуз отказались идти по стопам предков, мать попыталась их заставить. Готель, которая всей душой любила сестёр, не оставалось другого выбора, кроме как убить собственную мать. Однако королева-призрак и после смерти нашла способ отомстить. Она погубила Примроуз и Хейзел и оставила Готель одну. Всю оставшуюся жизнь та отчаянно стремилась найти способ воскресить сестёр из мёртвых. Но не преуспела и лишь погибла сама. В течение многих лет, сперва, пока Готель пыталась вернуть их магией волшебного цветка, а потом уже после её смерти Примроуз и Хейзел спали сном мёртвых. Пока однажды они не ожили и не вернулись в единственный дом, который знали, – Мёртвый лес.

Там они стали подругами и союзницами Цирцеи и присоединились к ней в борьбе против её матерей, Люсинды, Руби и Марты. Те хотели править Мёртвым лесом и принести тьму и ужас во все королевства. К этому моменту злые сёстры настолько выжили из ума, что потеряли всякое здравомыслие, и их сердца преисполнились одной лишь ненавистью. Они медленно пришли к такому состоянию, но, казалось, их безумие было предопределено с самого начала.

Много лет назад у злых сестёр была младшая сестра по имени Цирцея, которую они любили больше всего на свете. Она была для них всем, их сияющей звездой, величайшей любовью, и они ценили её даже больше, чем собственную жизнь. Однажды её трагически забрали у них в результате душераздирающего несчастного случая, в тот день, когда Малефисента превратилась в дракона и сожгла Страну эльфов и фей в приступе ярости, исступления и печали. Злые сёстры не винили Малефисенту. Но в своём горе они забыли обо всём и поставили перед собой задачу воссоздать сестру, сотворив заклинание. И заклинание это забрало у них всё лучшее, что в них было. Три ведьмы использовали древнюю и опасную магию, созданную королевами мёртвых. С помощью этих чар королевы создавали себе дочерей. Ведьмы таким же образом сотворили себе дочь из крови и магии, не зная, что, отдав ей всё своё добро, в конечном итоге сойдут с ума. Но к ним вернулась их Цирцея, и они никогда не раскрывали ей правды о её происхождении, зовя своей сестрой.

И вот однажды, много лет спустя, Цирцея узнала от Белоснежки, что сделали злые сёстры.

Цирцея выяснила, что злые сёстры отдали слишком много своей силы, создавая её, и это превратило их в дьявольских ведьм, таких же мерзких, как королевы мёртвых. Цирцея чувствовала, что у неё нет другого выбора, кроме как пожертвовать собой в надежде, что это вернёт злым сёстрам то, что они потеряли, создавая её.

Благодаря её поступку злые сёстры и Цирцея отправились в Промежуточное место (нечто между миром живых и миром мёртвых), где Цирцея могла присматривать за своими матерями, пока не решит, что делать.

Прошло несколько недель с тех пор, как Цирцея оборвала свою жизнь, чтобы спасти их всех, и Хейзел и Примроуз ждали в надежде, что Цирцея вернётся к ним. Но по мере течения времени они начали терять веру и всё больше впадали в отчаяние. У Хейзел и Примроуз теперь не оставалось ничего, кроме собственного горя. Мёртвый лес казался ещё более одиноким теперь, когда Белоснежка отправилась домой, в своё собственное королевство. Цирцея и Белоснежка были двоюродными сёстрами, хорошими компаньонками и лучшими подругами. Белоснежка билась бок о бок с Цирцеей, Примроуз и Хейзел во время сражения со злыми сёстрами и с глубокой скорбью оплакивала смерть Цирцеи. Но Белоснежка ничего не могла сделать, чтобы вернуть свою подругу, независимо от того, сколько любви жило в её сердце и сколько слёз она пролила. Девушка была нужна дома, своей семье, поэтому после слёзного прощания она уехала, пообещав написать Примроуз и Хейзел, как только доберётся до своего королевства. Примроуз и Хейзел смотрели, как экипаж Белоснежки выезжает со двора, петляя среди каменных плачущих ангелов и древних склепов, и печаль захлестнула их бурным потоком.

Они потеряли Цирцею, и теперь и Белоснежка направлялась домой. Глубоко переживая свои потери, Хейзел и Примроуз ощущали, что весь Мёртвый лес разделяет их горе. Даже статуя горгоны у фонтана под замшелым дубом и каменные горгульи, примостившиеся на крыше особняка, казалось, плакали в тот день. А вороны на ветвях деревьев пели песню скорби.

– Хейзел, посмотри, – сказала вдруг Примроуз. – На деревьях показались молодые листочки, а мох скорее зелёный, чем серый. Как это возможно?

Её глаза заискрились удивлением, и в них промелькнул лёгкий намёк на улыбку – впервые в этот печальный день.

– Наш лес может быть местом для мёртвых, но он необязательно должен быть мёртв сам.

Слова Хейзел напомнили Примроуз о приснившемся ей сне. В нём таинственный мужчина по имени Джеймс посетил их в Мёртвом лесу. Это воспоминание вспыхнуло в её сознании так ярко, что она задалась вопросом, не был ли этот сон видением чего-то, что только должно произойти. Но в тот момент она не смогла об этом поразмышлять, потому что вдруг поняла значение слов Хейзел.

– Ты сделала это? С помощью магии? И почему я об этом не подумала...

Примроуз оглядела зелёные листья и крошечные красные бутоны на деревьях. Они напомнили ей о далёком детстве, когда она привязывала ленты с пёстрыми сердечками к гнилым ветвям. Это был её способ привнести цвет и жизнь в мёртвое место, которое они называли домом. Сердце девушки наполнилось радостью, когда она осознала, что теперь у них есть сила менять Мёртвый лес по своему желанию. Теперь они королевы мёртвых, и она впервые почувствовала, что может стать счастливой, если захочет.

– Цирцее бы это понравилось, – сказала Примроуз, взмахнув рукой. Алые цветы стали больше и ярче. Цвета крови. От этого воспоминание об ужасной смерти Цирцеи вспыхнуло в её сознании с такой силой, что боль пронзила всё тело. – Я не могу выбросить из головы гибель Цирцеи, – призналась она сестре. – Думаю, она будет преследовать меня вечно. – Затем она задумалась ненадолго, словно прислушиваясь к себе. – Хейзел, у меня возникло странное чувство, будто она возвращается домой. Думаешь, это возможно?

– Я не знаю. Лишив себя жизни, она помешала своим матерям уничтожить это королевство и бесчисленное множество других. Злые сёстры, похоже, снова счастливы в Промежуточном месте, сами по себе, но я не уверена, сможет ли Цирцея уговорить их уйти за завесу навсегда. Не знаю, что должно произойти.

Примроуз, казалось, это совсем не убедило.

– Сомневаюсь, Хейзел. Кажется, у меня было видение будущего. В нём мы все смеялись вместе: ты, я и Цирцея. Мы болтали со странным и очаровательным мужчиной, который прибыл из далёкого королевства, чтобы привезти нам огромный торт, и мы не могли перестать смеяться.

Примроуз улыбнулась при одной мысли об этом человеке в необычной, но броской одежде, с закрученными усами и безошибочно добрым сердцем.

– Я уверена, что это ты не могла перестать смеяться. Но зачем ему проделывать весь этот путь только для того, чтобы привезти нам торт? – спросила Хейзел.

– Просто огромный торт! Но это ещё не всё. Цирцея просила его остаться в Мёртвом лесу – мы все просили, – но мы не смогли убедить его. В моём видении всё было по-другому, не как сейчас. Цветы рапунцель распустились повсюду во Многих королевствах, а Мёртвый лес наполнился жизнью. Даже миссис Тиддлботтом снова стала молодой. Может быть, нам стоит заглянуть в Книгу сказок и посмотреть, правда ли это? Кажется, этого человека звали Джеймс. Может быть, его история есть на наших полках.

Хейзел вздохнула.

– Я думала, ты боишься заглядывать в Книгу. Как правило, мы не читаем истории, которые ещё не произошли.

– Цирцея говорила, что однажды мы увидим время так, как видит она, всё сразу. И я думаю, что это начинает происходить со мной сейчас при этих видениях. Почему бы не взглянуть? Кроме того, я помню, что мы нашли Джеймса восхитительным, и чтение его истории могло бы стать прекрасным развлечением.

Примроуз рассчитывала на свой заразительный оптимизм, который часто помогал ей добиться желаемого. Но Хейзел осталась непоколебимой.