Серена Никки – Неформальная любовь (страница 10)
Наконец, она нашла в себе силы оттолкнуть меня. Я мог сделать так, чтобы поцелуй длился дольше, но не стал, и снова меня огрели подушкой по голове. Не больно, скорее смешно.
– Ты чего делаешь, Профессор? Мы примеры решаем или как?
– Конечно, решаем. Я смотрю, совсем спать хочешь. Решил немного взбодриться и тебя взбодрить. Ты что же, не целовалась ни разу?
И мой вопрос заставил ее замолчать. Она явно хотела знать, а целовался ли я? И про себя говорить не хотела. Но по ее поведению стало понятно, что она еще совсем ребенок, хоть и дикий.
– Ладно, на первый раз прощаю, но в следующий раз…
– Помню-помню. Откусишь язык.
Лия выглядела смущенной, растерянной, милой и очень привлекательной. Поцелуй мне понравился, и я намеревался его повторить, даже осознавая, что могу лишиться языка за подобную дерзость. Или по голове получить чем-нибудь тяжелым.
Мальвина старалась избегать моего взгляда и начала просто пытаться решить пример, в котором окончательно запуталась. Да что это я. Изначально ведь собирался помочь, сделал попытку снова сесть рядом, но девушка резко встала.
– Сядь вот с той стороны стола, Профессор. Я тебе не доверяю. Ты вообще-то обещал с уроками помогать, а не…
– Хорошо-хорошо, я сяду с другой стороны стола. Все, что хочешь.
Последняя фраза снова вызвала на щеках девушки румянец. О чем она думает, эта девчонка? И я дурак. Пропаду я с ней.
Девушка обреченно вздохнула и продолжила дальше запутываться в своих расчетах.
– Амалия. Ты забыла дробь перевернуть, поэтому у тебя ничего не сокращается. В учебнике две точки. Означает деление. А у тебя умножить. – Мальвина посмотрела в учебник, потом в черновик и зачеркнула этот пример полностью. Нервы сдают у моей подопечной. М-да. Это было заметно невооруженным глазом.
– Сейчас перерешаю, – отозвалась девушка и принялась аккуратным почерком очень внимательно вести расчеты. Я видел, что теперь все идет верно, и она закончила с заданием, которое я ей выдал. Она действительно не была глупой. Просто ей не хватает поддержки. Я хочу стать тем человеком, в котором она будет искать эту поддержку. Или я не Холодов Сергей. Не ненавидишь ты меня, и я не разглядел. Ну, ничего, я выведу тебя на чистую воду, девочка-гот. Теперь уж точно ты не сможешь меня больше избегать.
Судьба вспомнила и про тебя, и про меня. Извини, что так долго. Понадобилось время, чтобы преодолеть собственные проблемы. Не готов я был тогда помогать, и мог только навредить тебе, Лийка. Да и о тебе я не знаю ничего. Как ты попала в детский дом, никто не знает. Кто работал тогда, уже здесь не работает, а ты никому не рассказываешь об этом. Она лишь тогда вскользь бросила мне в лицо: «Тут у каждого своя трагедия. Твоя лишь для статистики интересна». Она права.
Дакота чуть не умерла от голода. Пикассо, вообще, выбросили в младенческом возрасте. А моих родителей убили, да и меня, вроде как, тоже. На самом деле, тот Сергей, каким я был тогда, действительно умер. Избалованный вниманием родителей, любимый сын, у которого было все.
Я жил в достатке, но злым не был и всегда относился к другим с пониманием. Да, я повзрослел в тот момент, когда потерял всё, включая себя.
– Все, Профессор, я могу идти? Спать очень хочется, – проговорила Амалия, а я улыбнулся ей.
– Конечно, иди. Завтра, вот так же после занятий, час будешь заниматься теми предметами, которые я для тебя выберу.
– Договорились, – Амалия встала, я тоже. – Ну, я пойду.
– Амалия, – вдруг спросил я
– Что?
– Как и когда ты попала в детский дом? – я заметил, как после моих слов в ее глазах отразилось что-то очень личное. Она едва не заплакала, а ответила сухо. – Я не помню. – Солгала. Точно помнит. Но мне не расскажет. Пока не расскажет, но я умею ждать. На самом деле, я и впрямь считал, что она меня ненавидит, а такого сюрприза не ожидал.
Амалия взяла свой рюкзак и вышла за дверь, притворив ее за собой осторожно, почти бесшумно. Что же случилось с тобой, Амалия? Что? Долгое время, зацикленный на своих переживаниях, не задумывался о том, что у других они тоже могут быть. И кто сказал, что твоя судьба самая тяжелая?
Глава 14. Побег.
Как же так получилось то, а? Сидели, смотрели друг на друга, и тут на тебе, поцеловал. Сумасшедший. Поцеловал. Прикоснулся своими губами к моим. Почему я сразу не оттолкнула? Вот как теперь быть? Вдруг кому-нибудь расскажет. В итоге, решила прогуляться и подышать свежим воздухом. Спать теперь уже не хотелось, и я пошла на улицу. Куртку забыла в комнате Сергея и сейчас очень пожалела, что не взяла.
На улице попала под дождь и промокла до нитки. Села в автобус, не посмотрев номера, и просто ехала. По крайней мере, в транспорте оказалось тепло. То, что денег у меня мало и хватило только в одну сторону, сыграло со мной злую шутку. Плюс я не пообедала, и вот результат. Я на окраине города, одна, и автобус, который меня сюда привез, уже скрылся из виду. Пошла по едва различимой тропке в сторону леса. Не знаю, почему я туда пошла, но меня тянуло туда со страшной силой, и я шла.
Одежда моя не просохла и по солнцу я поняла, что уже вечер. Услышала шум, но это шумели не деревья. Пошла в сторону, где чувствовался свежий воздух, и вскоре среди редких деревьев увидела реку. Река называлась Десна. Прошла на песчаный берег и посмотрела в темно-синюю гладь. Неподалеку стоял мужчина. Уже преклонного возраста, но выглядел бодро. Одет в камуфляжный костюм, высокие сапоги, на голове кепка. Вдумчивый взгляд, борода и усы посеребрила седина. Он ловил рыбу. Зашел в воду и наблюдал, как поплавок его удочки плавно покачивается на поверхности воды.
Подойти не решалась, но хотела попросить денег, чтобы вернуться домой. На самом деле, вернуться в детский дом, шансов осталось мало. Была уверена, что автобусы в эти места редко приезжают. Скорее всего, по расписанию. И не каждые полчаса, как в городе.
Стала откровенно замерзать. Подошла к мужчине ближе.
– Что так смотришь, вороненок? Никак заблудилась? Только сама. Хотела заблудиться, и сделала это.
– Добрый вечер, мне деньги нужны, – просто проговорила я.
Он посмотрела на меня очень внимательно.
– Деньги? Я разве похож на человека, у которого они есть?
– Нет, но Вы ведь живете на что-то, значит, у Вас должны быть деньги.
Неожиданно мужчина дернул удочку и вытянул рыбку средних размеров. Снял с крючка и положил в ведро.
– Живу и правда один, а деньги… Есть копейки. На хлеб и сигареты хватает. А автобусы сейчас не ходят. Такси ни разу не видел, чтобы сюда приезжали.
– Как же я так? Забыла куртку надеть, а деньги в ней.
– Автобус будет завтра в десять утра. Могу приютить на ночь. Только скажи, почему так на вороненка похожа? Зачем бога гневить, дочка?
– Причем здесь бог? Я согласна приютиться. А можно мне уже сейчас в дом? Под дождь попала и очень замерзла.
Мужчина подошел ближе. Он был выше меня на голову. Хоть я и видела его впервые, но совсем не боялась.
– Ну, хорошо, бери ключи, – он протянул мне связку и сказал. – Пойдешь по тропе вдоль реки. А потом возле огромной ели, где большой валун лежит, свернешь вправо и по перелеску к дому выйдешь. Вот этот самый большой ключ от дома.
– Спасибо, а как Вас зовут? – поинтересовалась я. Телефон я тоже оставила в комнате Сергея и вот я по своей глупости оказалась в лесу, и теперь у меня будут проблемы. С другой стороны, в моей жизни мне нужен тайм аут. Оставаться дольше, чем на одну ночь я не планировала, но очень часто судьба вмешивается и корректирует наши планы.
– Трофим. Зови меня дед Трофим. Иди, помогаю тебе, потому что напоминаешь мне кое-кого.
– Кого?
– Неважно, ступай. Ступай уже. Вечерний клев сейчас, а ты отвлекаешь, – мужчина вернулся к своему делу, а я пошла в указанном направлении. Идти пришлось около двадцати минут. И вот я вышла к большому резному коттеджу.
«А старик-то непростой». Еще хотела спросить, почему у него столько ключей, но теперь понятно. Я поднялась по гладкой ровной деревянной лестнице и открыла дверь. Прошла в дом и почувствовала тепло. В доме оказалось отопление. Попросить сухую одежду было бы наглостью. Прошла по комнате и увидела старую фотографию. Мужчина, а на руках у него маленькая девочка лет трех. Фото было очень мутным, и нормально рассмотреть его не получалось.
Я прошла на кухню и налила себе в кружку воды. Только сейчас вспомнила, что очень голодна. Дед Трофим явился через два часа с полным ведром рыбы.
– Сейчас вещи тебе дам сухие. Остались от невестки, когда еще бывала здесь. Сейчас-то почти не приезжает. Сын все в Москве деньги зарабатывает, а она грустная стала. Нелюдимая. Но положение обязывает. Работает.
– А на фото кто?
– Да это сын с дочкой. У меня здесь фотографировались. Давно это было, – на мгновение дед словно замер, вспоминая что-то, а потом прошел к стене. Достал из шкафа джинсы и свитшот моего размера и протянул мне.
– Спасибо, а то я так промерзла сегодня.
– Ага, и я тоже хорош, надо было сразу сказать, чтоб переоделась, вороненок. Ладно, сейчас чайник поставлю, иди скорее, переоденься.
Я отправилась на второй этаж. Стены все из натурального дерева, но дом хороший, благоустроенный. Возможно, это сын ему тут все так устроил.
Я переоделась в чужую одежду и развесила свои черные вещи на радиаторе отопления. Я чихнула и поняла, что простыла. Потом снова чихнула.