Серафина Гласс – На тихой улице (страница 35)

– Ты купила подгузники? – удивляется Пейдж, а Кора с криком роняет сумку, в ужасе оборачиваясь.

– Господи! – Коре приходится опереться ладонями о колени, чтобы успокоиться. – Какого хрена? У меня чуть инфаркт не случился, – ругается она, пытаясь отдышаться.

– Прости. Я увидела, как ты подъехала. Ты говорила, что Финн в городе и вечером мы с тобой выпьем вина. Я собиралась прийти уже где-то час назад.

– Ой, извини. Его поездку отменили, а потом я просто забыла.

– Ты ничего не хочешь мне рассказать? – спрашивает Пейдж, рассматривая упаковку подгузников.

– Ха! Нет, просто купила кое-что для благотворительного фонда. Заходи. С этим я позже разберусь. – Кора быстро закрывает багажник и ведет Пейдж в дом.

– Погоди, если Финн дома, лучше все перенести.

– Нет, он ушел, – отвечает Кора, и они входят в дом.

Кора вытаскивает из холодильника бутылку вина и достает два бокала. Она выглядит нервной, как будто изо всех сил старается вести себя как обычно. Но Пейдж все равно решает сделать то, ради чего пришла. Она наблюдает, как Кора мечется по кухне, ставит заряжаться телефон, ищет что-то в шкафчике и наконец замечает коробку, которую принесла Пейдж.

– Что это? – интересуется она.

– Мия дома? – уточняет Пейдж, и Кора слегка смущается.

– Нет, пошла к подруге. В чем дело?

– Я должна поговорить с тобой кое о чем и… Даже не знаю, с чего начать, но ты должна знать, что…

– Что? – прерывает ее Кора. – Ты что-то обнаружила. Насчет Финна. В конце концов ты что-то нашла, – произносит она, бледнея.

Пейдж не знает, стоило ли начинать с этого, но все равно отвечает:

– Нашла. Сожалею.

Кора встает, наливает бокал вина и садится на диван. Ее лицо ничего не выражает. Через минуту Пейдж следует за ней.

– Это еще не все, и ты должна меня выслушать.

Пейдж ставит коробку на кофейный столик и вытаскивает фотографии. Сначала с проституткой, потом ту, где Финн с Карлоттой на приеме, достаточно близко, но не слишком, а затем вынимает распечатки их переписки, которые закрывают любые вопросы, оставшиеся после фотографий. Кора рассматривает их. Берет пачку писем и с оцепенением смотрит на них. Она не плачет. Просто откладывает листы.

– Наверное, я уже давно это знала. Конечно, он мне изменяет.

– Мне очень жаль, Кора.

– Не жалей меня. Ты сохранила мне дом и кучу денег. Теперь мне плевать на Финна. У меня не осталось для него слез. Не знаю, что сейчас чувствую, – произносит Кора, но Пейдж прекрасно понимает, что она в шоке. Еще полностью не осознала все факты. На самом деле Коре не плевать.

– Я даже приглашала Карлотту на кофе. Считала ее подругой, – ровным тоном сообщает Кора.

А потом горько усмехается, делает глоток вина, идет обратно к столешнице и приносит бутылку. Она смотрит в темноту за окном и молчит. Пейдж приходится идти напролом.

– Дело в том, что чем дольше я следила за ним и копалась в его жизни, тем больше узнавала… И не только про это.

Кора поворачивается к Пейдж, сидящей в кресле напротив.

– Что?! Что еще ты могла обнаружить?

– Мне жаль. В общем, я просто… не рассказывала тебе о том, чем занимаюсь, потому что хотела убедиться наверняка. Я должна, ради Калеба…

– О господи. Пейдж. Нет. Не надо. Я сейчас не в состоянии это слушать. Прости. Я не… Мне не все равно, но мы перебрали уже всех в округе, и если ты хочешь сказать, что опять подозреваешь Финна, теперь не лучшее время. Пожалуйста. Сегодня я не в состоянии.

– Я понимаю, но ты имеешь право знать, кто твой муж на самом деле, и у меня есть доказательства. И я решила, прежде чем пойти с этим в полицию, было бы честнее рассказать тебе, – говорит Пейдж.

Кора вздыхает и с бокалом в руках откидывается на спинку кресла.

– Он сказал полиции, что только здоровался с Калебом, когда вы приходили к нам на ужин. Сказал, что у него не было причин разговаривать с Калебом и не было его телефона. Но в его истории звонков есть номер Калеба.

– Откуда ты вообще взяла историю его звонков?

– Украла его ноутбук и получила все пароли, – объясняет Пейдж, а Кора распахивает глаза и приоткрывает рот, но ничего не говорит. – Прости, но мне надо было узнать, – продолжает Пейдж. – Я и тебе хотела помочь, но у меня все горело от… предчувствия. А потом он кое-что сказал, и все фрагменты сложились. Я наткнулась на Финна, когда следила за ним, и мы поболтали, даже точно не помню о чем. Это было в баре, но он выругался… ну, как типичный подросток, как говорят друг с другом парни… Ты понимаешь, о чем я?

– Да, понимаю, – соглашается Пейдж, как будто защищаясь, но хотя бы слушает.

Они обе смеются над тем, как раздражает такая манера разговора.

– Так вот, услышав это, я вдруг вспомнила, как за несколько дней до гибели Калеб спорил с кем-то на улице. Ничего особенного, просто на повышенных тонах. Я думала, что с приятелем. Помню, как отчетливо услышала то же слово: «Капе-ец…» Спор был коротким, и когда я выглянула наружу, Калеб уже отъезжал в своей машине, а какой-то парень уходил. Он был в красной бейсболке козырьком назад. И знаешь что? Куча ребят ходит в красных бейсболках, но эта была в стиле девяностых, с клюшками для лякросса. Тогда я не придала этому значения, пока не увидела Финна в баре в такой же старой бейсболке, надетой козырьком назад. Это он спорил с Калебом.

– И все-таки я никак не пойму, что ты пытаешься сказать, – вставляет Кора, но Пейдж не останавливается.

– Зачем им вообще было разговаривать, тем более спорить? Финн – взрослый человек. Калеб, пусть и в двадцать два, все равно оставался соседским сыном. Финн сказал, что они никогда не разговаривали, но звонил ему, это записано в телефоне, и они спорили. Почему? – рассуждает Пейдж, все больше распаляясь.

Однако Кора, услышав все это, выглядит довольно спокойной. Она ставит бокал с вином и опирается локтями на колени, сжимая ладони.

– Слушай, я думаю, это имеет объяснение, – говорит Кора.

– Так объясни, будь добра.

Пейдж скрещивает руки на груди и ждет.

– Мия недавно рассказала мне кое-что, о чем я не знала. Финн покупал у Калеба травку. Может, об этом они и разговаривали. О чем же еще? Вряд ли это что-то более серьезное.

– Что?! Нет. Такого не может быть. Калеб не стал бы… Он же был лучшим студентом. Он… А знаешь что? Почему тогда Финн солгал, не признавшись в покупке травки, когда полиция всех опрашивала? Речь ведь идет об убийстве, а он солгал, рискуя навлечь на себя подозрения из-за какой-то травки? – тараторит Пейдж, прекрасно зная, что Кора ненавидит, когда она называет это убийством, ведь полиция признала гибель Калеба несчастным случаем.

– Уверена, Финну в голову не пришло, что расследование им займется. Он просто решил прикрыть свою задницу, особо не задумываясь.

– Почему ты его защищаешь? После всего, что я тебе показала, мне трудно понять, почему ты даже не интересуешься, какие еще у него могут быть секреты.

– Ну ладно, – вздыхает Кора. – Это все?

– Нет.

– Что еще?

– Ну, интересное совпадение: Финн занимается кибербезопасностью и разбирается в камерах наблюдения, а камеры на въезде в квартал почему-то не работали.

– Они уже сто лет не работали. Управляющая компания об этом сообщала, – замечает Кора, но Пейдж все равно продолжает.

– Финн чинил машину на следующий день после наезда. Я украла документы. Там есть счет. – Пейдж протягивает копию Коре. – Повреждения бампера.

Вопреки ожиданиям, Кора опять не выглядит потрясенной.

– Пейдж. Господи, я понимаю, о чем ты подумала… Нет, это Мия в те выходные врезалась в столб на парковке у супермаркета. Вот и все. Мне кажется, ты…

– Ага, помню, ты мне уже об этом рассказывала. Но говорит ли она правду?

– Серьезно? Тебе не кажется, что сейчас ты уже зашла слишком далеко?

– У нее же есть банковская карта, на которую вы кладете деньги и можете отследить траты. «Greenlight», верно? Так вот, на следующий день на ее счет перевели пятьсот долларов. Ты давала ей столько денег? – спрашивает Пейдж, и Кора явно приходит в ужас.

– Боже мой!

Она хватает распечатку, и Пейдж понимает, что Кора возмущена вторжением в свою личную жизнь. Хотя это касается не ее, а Финна, но все равно она сейчас слишком потрясена увиденным, чтобы об этом волноваться.

– Я этого не знала…

– Возможно, он хотел, чтобы Мия взяла на себя вину за разбитую машину, и заплатил за это? Конечно, я не говорю, что Мия обо всем знала…

– Конечно, нет, в тот вечер она ходила на свидание. Я…

– Да, но, может, таким способом Финн объяснил ремонт машины. Использовал Мию втемную. Смотри.

Она вручает Коре ежедневник Финна.