Серафима Богомолова – Загадка Восточного экспресса (страница 6)
Я схватил блокнот, открыл его на первой попавшейся странице и стал набрасывать в нем лицо «сурового старика».
Эпизод 20 – Странное создание
Рисуя, я пытался осознать, почему в моем воображении мог зародиться именно такой образ. Ведь никого, даже близко напоминавшего мне старика, в реальной жизни я не знал…
А в том, что «суровый старик» был порождён моим воображением, я уже не сомневался. Ведь, если бы, как уверяла меня Лина, он был пассажиром из другого вагона, то я бы заметил, как он входит и выходит из нашего салона, но старик появлялся и исчезал слишком неожиданно. К тому же, кроме меня этого старика никто не видел.
Только, почему он являлся именно мне? А в этот раз, еще и не один, а с каким-то молодым мужчиной в придачу. Кто он, и почему они занимали столик, где еще несколько минут назад сидела назойливая девица в роговых очках? «Интересно» – вдруг подумал я – «если все происходящее лишь плод моего воображения, то почему в вагоне присутствуют еще Лина и другие пассажиры…»
Закончив рисовать, я поднял глаза, чтобы еще раз взглянуть на «сурового старика», но в это мгновение поезд вылетел из туннеля, и заливший вагон яркий свет дня заставил меня зажмуриться. Кто-то прикоснулся к моей руке. Я открыл глаза и увидел склонившуюся надо мной Лину.
– Собирайся, соня, мы уже в Париже.
– Как в Париже? – уставился на неё я. – Мы же только что под Ла-Маншем проехали.
Я прильнул к вагонному стеклу. Наш поезд, проплывая мимо составов скоростных поездов, медленно вползал под огромный застекленный свод Gare de Paris-Est.
Я вскочил с кресла, накинул пальто и, сделав шаг в проход, столкнулся с девицей в роговых очках. Застыв, она испуганно на меня уставилась.
– Простите, – произнес я, уступая ей дорогу.
Пробормотав что-то себе под нос, девица прошмыгнула мимо меня и направилась по проходу к выходу.
«Что за странное создание», подумал я, глядя ей в след. Почувствовав на себе мой взгляд, девица в роговых очках обернулась. На секунду наши глаза встретились, и мне показалось, что я прочел в её взгляде какую-то тоску. Отвернувшись, она шагнула в тамбур.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Я люблю гулять по ночам. Это мне больше по вкусу, мир становится другим. Пустынный, тихий и таинственный.
Эпизод 21 – И не только
Мы сошли с поезда. Парижский воздух был по-зимнему холодным, а улицы и крыши домов белели влажным, разбухшим снегом.
На выходе из вокзала к стоянке такси тянулась небольшая очередь. Ждать нам пришлось недолго, но я все равно успела продрогнуть и была рада, когда мы наконец смогли нырнуть в теплоту такси.
– , – произнес Льюк.
Таксист кивнул и нажал на газ.
– Ты мне так еще и не рассказал, что же это за превосходный отель, в котором мы собираемся провести ночь, – придвинувшись поближе к Льюку, произнесла я. В моем воображении наша остановка в Париже начинала окрашиваться в более романтические тона.
Моментально покраснев, Льюк бросил взгляд на затылок таксиста и прошептал:
– Он называется расположен в восьмом округе, совсем недалеко от Триумфальной Арки… Ты сейчас все сама увидишь.
Надо же какое совпадение. Судя по адресу, который дала мне мама, резиденция посла тоже находилась в восьмом округе – по крайней мере не придется тащиться за маской на другой конец Парижа.
За окном размытыми световыми вспышками пролетали витрины парижских магазинов, кафешек и ресторанов.
– А ты часто приезжаешь в Париж? – спросила я.
– Нет, не часто… – немного помедлив, ответил Льюк.
– А-а-а, – кивнула я. – А откуда ты тогда здесь отели в восьмом округе знаешь?
– Это не я, это все здесь знает…
– Розалинда любит бывать в Париже?
– Да, она здесь долго жила, – ответил Льюк и, помедлив, добавил, – ну, и я, в общем-то, тоже.
– Постой, – встрепенулась я. – Как в Париже?
– Ну, понимаешь, я родился в Париже.
«Странно», – подумала я, – «а мне почему-то казалось, что он родился и вырос в Монте-Карло…»
Сбавив ход, такси притормозило и остановилось у входа в элегантный шестиэтажный особняк девятнадцатого столетия. Под стеклянным козырьком, веером раскинувшимся над входом здания, появился портье с большим зонтом и заспешил к нашему такси.
– Добро пожаловать в отель открыв дверцу машины, поприветствовал он нас.
Эпизод 22 – Люкс Престиж
Мы зашли в просторное фойе отеля. На его выложенном мозаикой полу алели небольшие звездочки.
Льюк направился к стойке ресепшен.
– Мы хотели бы заказать два номера Люкс Престиж, – обратился он к служащему.
– Подожди, – одернула я Льюка. – Мы же здесь всего лишь на одну ночь. По-моему, нам вполне хватит и одного номера…
Его щеки тут же запылали. Несмотря на то, что я уже смирилась с щепетильностью Льюка, я все еще никак не могла привыкнуть к тому, что он так легко мог краснеть, тем самым выдавая свои чувства посторонним.
Я понимала причину его смущение, но, с другой стороны, это же, все-таки, Париж, что безусловно подразумевало определенного рода романтику…
– Но, – начал Льюк.
– Что?
– Нет-нет, ничего, – пробормотал он.
– Прошу прощения, я имел в виду, мы хотели бы заказать номер Люкс Престиж, – снова обратился он к служащему за стойкой.
– Да, конечно, – кивнул тот.
Портье внес в фойе наши чемоданы и, остановившись чуть поодаль, стал ждать, пока мы закончим регистрацию.
Наконец, служащий отеля выложил на стойку ключ с брелоком в виде большой пушистой кисточки зеленого цвета с тугим узелком у основания. Своей формой узелок напомнил мне пучок волос на голове у девицы в роговых очках.
– Третий этаж, номер двенадцать, – подозвав портье, произнес служащий.
В арочном проходе около лифта виднелась старинная парадная лестница, убегающая винтовыми кольцами вверх. Огромные витражи её лестничных пролетов приглашали взглянуть на мир сквозь радужные цвета.
– А давай вон по той лестнице в номер поднимемся? – предложила я Льюку.
Эпизод 23 – Приличия
Я ступила на ступеньку лестницы, покрытую ковровой дорожкой. Каблук сапога тут же окунулся в её мягкий ворс. Скользя рукой по отполированным перилам, я стала не спеша подниматься по лестнице. По моему телу заструился шелк летнего платья, и я почувствовала на лице теплоту пробивающихся сквозь витражи солнечных лучей. Через приоткрытые окна слышалось щебетание птиц, а по стенам и потолку, играя, рассыпались веселые солнечные зайчики.
Озаренные солнцем виньетки витражей напомнили мне сплетение букв знакомых инициалов. Я почувствовала чье-то прикосновение. Мою руку, одетую в белую лайковую перчатку, накрыла мужская рука, на безымянном пальце которой сверкал перстень с черным бриллиантом… Раздался телефонный звонок.
– Лина, по-моему, это твой мобильник, – услышала я голос Льюка.
Достав из сумочки смартфон, я встретилась на его дисплее с selfie-ком мамы, сделанном ею на одно из дипломатических приемов папы.
– Да?
– Вы уже в Париже?
– Да-да, только что в отель…
– Замечательно, – воскликнула мама. – Посол ждет вас у себя дома в девять вечера. Я уже с ним обо всем договорилась.
– Мама! О чем еще ты там с ним договорилась?
– Как ты понимаешь, к людям его статуса не спускаются как снег на голову и не забегают на минутку. Посол хорошо знает Филиппа и…
– Прости, но, по -моему, это он спустился со своей маской как снег на голову!