Серафим Слободской – Закон Божий (страница 15)
Итак, последствия грехопадения оказались громадными и тяжкими. Люди лишились райской блаженной жизни. Мир, помраченный грехом, изменился: земля с тех пор стала с трудом давать урожай, на полях, вместе с добрыми плодами, стали расти сорные травы; животные стали бояться человека, стали дикими и хищными. Появились болезни, страдания и смерть. Но, самое главное, люди через свою греховность утеряли ближайшее и непосредственное общение с Богом, Он уже не являлся им видимым образом, как в раю, то есть молитва людей стала несовершенной.
Беседа о грехопадении
Когда Бог сотворил первых людей, то увидел, что «добро зело есть», т. е. человек любовью своею устремлен к Богу, что в созданном человеке нет никаких противоречий. Человек представляет собою полное единство духа, души и тела, – одно гармоническое целое, именно, дух человека устремлен к Богу, душа соединена или свободно подчинена духу, а тело – душе; единство цели, стремления и воли. Человек был свят, обожествлен.
Воля Божия именно состоит в том, чтобы человек свободно, т. е. с любовью, стремился к Богу, – источнику вечной жизни и блаженства, – и тем самым неизменно пребывал в общении с Богом, в блаженстве вечной жизни. Таковы были Адам и Ева. Потому-то у них и был просветленный разум и «знал Адам каждую тварь по имени», значит, ему были открыты физические законы мироздания и животного мира, которые мы теперь отчасти постигаем и постигнем в будущем. Но грехопадением своим люди нарушили в себе гармонию, – единство духа, души и тела, – расстроили свое естество. Не стало единства цели, стремления и воли.
Напрасно некоторые желают видеть смысл грехопадения иносказательно, т. е. что грехопадение состояло в физической любви между Адамом и Евой, забывая о том, что Сам Господь им заповедал: «плодитесь и размножайтесь…» «Моисей ясно повествует, что Ева согрешила прежде одна, а не вместе с мужем», – говорит Митрополит Филарет. «Как же мог написать сие Моисей, если бы он написал иносказание, которое здесь найти желают».
Суть грехопадения состояла в том, что прародители, поддавшись искушению, перестали взирать на запрещенный плод, как на предмет заповеди Божией, а стали рассматривать его в предполагаемом отношении к себе, – к своей чувственности и своему сердцу, своему разумению (Еккл. 7, 29), с уклонением от единства истины Божией в многочисленность собственных помыслов, собственных желаний, не сосредоточенных в воле Божией, т. е. с уклонением в похоть. Похоть же, зачав грех, рождает действительный грех (Иак. 1, 14–15). Ева, искушаемая диаволом, увидела в запрещенном древе не то, что оно есть, но то, чего она сама желает, по известным видам похоти (1 Ин. 2, 16; Быт. 3, 6). Какие же похоти открылись в душе Евы перед вкушением запрещенного плода? «И увидела жена, что дерево хорошо для пищи», т. е. она предположила некоторый особенный, необыкновенно приятный вкус в плоде запрещенном, – это похотьплоти. «И что оно приятно для глаз», т. е. жене показался более всех красивым плод запрещенный, – это похотьочес, или страсть к наслаждению. «И вожделенно, потому что дает знание», т. е. жене захотелось изведать того высшего и божественного знания, которое сулил ей искуситель, – это гордость житейская.
Первый грех рождается в чувственности – стремлением к приятным ощущениям, – к роскоши, в сердце, желанием наслаждаться без рассуждения, в разуме – мечтанием кичливого многоведения, и следственно, проницает все силы естества человеческого.
Расстройство естества человеческого и заключается в том, что грех отклонил или оторвал душу от духа, и душа, вследствие этого, стала иметь влечение к телу, к плоти и опираться на него, а тело, потерявшее эту возвышающую силу души и как само созданное из «хаоса», стало иметь влечение к чувственности, к «хаосу», к смерти. Потому и результат греха есть болезни, разрушение и смерть. Ум человеческий помрачился, воля ослабела, чувство исказилось, возникли противоречия, и душа человека потеряла целеустремленность к Богу.
Таким образом, преступивши за предел, положенный заповедью Божией, человек уклонил свою душу от Бога, истинного всеобщего сосредоточия и полноты, образовал для нее ложное средоточие в ее самости, заключил ее во тьме чувственности, в грубости вещества. Ум, воля и деятельность человека отвратились, уклонились, ниспали от Бога к твари, от небесного к земному, от невидимого к видимому (Быт. 3, 6). Обманутый прельщением искусителя человек добровольно «приложился к скотам несмысленным и уподобился им» (Пс. 48, 13).
Расстройство человеческого естества первородным грехом, оторванность души от духа в человеке, которая и теперь имеет влечение к чувственности, к похоти, ясно выражены в словах апостола Павла: «Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю. Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех» (Рим. 7, 19–20). Человек постоянно имеет в себе «угрызения совести», сознавая свою греховность, преступность. Другими словами: поврежденного и расстроенного грехом естества своего человеку собственными силами, без вмешательства или помощи Божией, восстановить невозможно. Поэтому потребовалось снисхождение или пришествие Самого Бога на землю, – воплощение Сына Божия (принятие на Себя плоти), – для воссоздания падшего и растленного естества человеческого, для спасения человека от гибели и вечной смерти.
Почему Господь Бог допустил грехопадение первых людей
Почему Господь Бог допустил грехопадение первых людей? А если допустил, то почему Господь просто («механически») не возвратил их после грехопадения в прежнее состояние райской жизни?
Всемогущий Бог, несомненно, мог бы не допустить падения первых людей, но Он не захотел подавлять их свободы, потому что не Ему же было уродовать в людях Свой собственный образ. Образ же и подобие Божие в первую очередь выражается в свободе воли человека.
Хорошо разъясняет этот вопрос проф. Несмелов: «Ввиду того, что невозможность механического спасения Богом людей для многих представляется весьма неясной и даже совсем непонятной, мы считаем не лишним сделать более подробное объяснение этой невозможности. Спасти первых людей путем сохранения для них тех условий жизни, в которых они находились до своего падения, было невозможно потому, что погибель их заключалась не в том, что они оказались смертными, а в том, что они оказались преступными. Значит, пока они сознавали свое преступление, для них безусловно был невозможен рай именно в силу сознания ими своей преступности. А если бы случилось так, что они забыли бы о своем преступлении, то этим самым они бы только подтвердили свою греховность, и, стало быть, – для них опять-таки был бы невозможен рай в силу их нравственной неспособности приблизиться к тому состоянию, которым выражалась их первобытная жизнь в раю. Следовательно, возвратить себе потерянный рай первые люди безусловно не могли – не потому, что этого Бог не хотел, а потому, что этого не допускало и не могло допустить их собственное нравственное состояние.
Но дети Адама и Евы не были повинны в их преступлении и не могли сознать себя преступными только на том основании, что их родители были преступники. Поэтому несомненно, что, одинаково сильный создать человека и возрастить младенца, Бог мог бы изъять детей Адама из состояния греховности и поставить их в нормальные условия нравственного развития. Но для этого, разумеется, необходимо:
а) согласие Бога на погибель первых людей,
б) согласие первых людей уступить Богу свои права на детей и навсегда отказаться от надежды спасения и
в) согласие детей оставить своих родителей в состоянии погибели.
Если мы допустим, что первые два из этих условий могут как-нибудь считаться хотя бы только возможными, то осуществить третье необходимое условие все-таки никаким путем невозможно. Ведь если бы дети Адама и Евы на самом деле порешили, что пусть, мол, их отец и мать погибают за сделанное ими преступление, то этим самым они, очевидно, показали бы только, что они совершенно недостойны рая, и, стало быть, – они, несомненно, потеряли бы его».
Можно было уничтожить согрешивших людей и создать новых, но новосозданные люди, имея свободную волю, разве не стали бы грешить? Но Бог не захотел допустить, чтобы созданный им человек действительно был создан напрасно и, хотя бы в отдаленном потомке своем, не победил бы того зла, которому он позволит восторжествовать над собою. Ибо Всеведущий Бог ничего не делает напрасно. Господь Бог Своею превечною мыслью объял весь план миро-творения; и в Его превечный план входило и воплощение Его Единородного Сына для спасения падшего человечества.
Именно, необходимо было воссоздать падшее человечество состраданием, любовью, чтобы не нарушить свободную волю человека; но чтобы человек сам по своей воле захотел возвратиться к Богу, а не по принуждению или по необходимости, ибо в этом случае люди не могли бы стать достойными чадами Божиими. А по превечной мысли Бога люди должны соделаться подобными Ему Самому причастниками вечной блаженной жизни с Ним.
Так премудр и благ Всемогущий Господь Бог, невозгнушавшийся сойти на грешную землю, принять на Себя нашу поврежденную грехом плоть, лишь бы спасти нас и возвратить к райскому блаженству вечной жизни.