Серафим Леман – Системная Перезагрузка: Том 3 (страница 24)

— Ну да. Системной спецшколой. Кадетский расширяем. У малых ведь Система включается с четырнадцати, вот и суетимся.

Ну дела. Почему я узнаю всё последним?

— Понятно. Ну я пойду тогда.

— Давай, удачи!

Попрощавшись с «Борей К», продолжил прогулку.

Бесцельно побродил ещё немного по улицам, перекинулся парой ничего не значащих фраз, узнал, что не обязательно прожимать кнопку «Взять всё» после убийства монстра, что можно разделывать монстров, и в Лавре уже активно начали не только выращивать растения, но и мясо добывать. Вспомнил, что видел в прошлый свой визит мясо монстряка в магазине…

Вдруг понял, что уже полчаса кружу вокруг одного и того же квартала. А именно — вокруг самого красивого двухэтажного коттеджа в округе.

Малолетний сторож где-то отсутствовал. Посмотрел по чату — жив. Как-то слишком часто начинаю это делать. Во дворе стоял мустанг. Изрядно изуродованный. Крыша, которую раньше в срочном темпе спилили, была грубо приварена обратно, швы торчали, покраска не совпадала. Машина выглядела так, будто её собирали из двух разных частей в подпольном гараже. Грусть, конечно, но времени на то, чтобы заниматься облагораживанием транспорта, у меня не было.

Думаю, навещу лорда Фильку, посмотрю, как у него дела идут в чужом мире.

Остановился перед дверью и глубоко вздохнул. Пора признаться себе, что я умышленно откладываю общение с Кирой. Мне проще за самую крупную организацию планеты за всю её историю отвечать, чем за собственную беременную девушку. Дожил. Нервничаю, даже домой к себе зайти не могу. Нет, мне действительно было проще заходить в разлом, чем сейчас к себе домой.

Глава 13

Легко жить вместе, будучи в системной группе. На тебе будто всегда маячок висит. Не успел я дойти до двери в комнату, в которой сейчас была Кира, меня уже поприветствовали с другой стороны:

— Всем акулам — привет!

— Акулам? — переспросил я, открывая дверь.

— Ну ты же вокруг дома крутился, — пояснила Кира, сидя на кровати в окружении кучи одежды. — Акула, как в кино.

— Не всё в кино — правдиво, — сказал я, присаживаясь рядом с ней.

Судя по её реакции и потухшей улыбке, я немного «придушнил» толком не начавшийся разговор. Но это не страшно. Всегда можно исправиться.

Я достал из инвентаря букет. Как самый настоящий волшебник, проявив его в руках из пустоты.

— Ух ты, — сказала Кира, но её радость сменилась замешательством, стоило ей увидеть, что я держу в руках. — Это…

— Ага, — ответил я. — Налетай, пока тёплая.

В букете не было цветов. Зеленью выступала самая обычная капуста с огурцами, а вместо цветов была шаурма. Шесть штук. Завёрнуто всё это дело было в пищевую бумагу, но выглядело очень красиво и аппетитно. Вот такой вот я романтик. Это моя фирменная сигнатура, которой я пользовался уже чёрт его знает сколько лет. Всегда нужно произвести хорошее впечатление. Я никогда не был нищим, суть тут не в деньгах или в красивых розах, которыми хоть весь дом забить могу. Тут главное — внимание.

И спасибо шаурмечнику местному, у которого я заказываю этот набор далеко не в первый раз. Спасибо, что живой.

Кира не подвела. Всё же обрадовалась и принялась за трапезу. Я сходил на кухню за сервизом, и мы разложили всё это дело на подставке, между нами, на кровати. Романтика.

— Давай помогай, — сказала она, дожевав. — Я сама не справлюсь.

Каждый раз одно и то же. Но шесть порций шаурмы для одного человека — это реально многовато. Да и я голодным был. Так что присоединился к ней.

Сидим, кушаем, смотрим друг на друга. Будто впервые знакомимся. Перед тем как зайти домой, я всё же потратил некоторое время на то, чтобы придать себе надлежащий вид. На мне сейчас даже ничего системного не было. Простая, повседневная одежда, никаких плащей и лишнего железа.

— Ты выглядишь… хорошо, — сказал я, рассматривая её.

Кира выглядела куда лучше, чем когда я её оставил. Так же привела себя в порядок, вышла из образа «бой-бабы»: волосы аккуратно собраны, на лице румянец, одета в какое-то летнее платье, и её рыжие волосы распущены по плечам и ухожены. Ну что я могу сказать ещё? Тогда, в разломе, особо не присматривался. Сейчас вижу — мне повезло.

— Спасибо твоим женщинам. Они очень заботливые. Тамара рассказала много про тебя, — она улыбнулась, но в глазах читалось что-то ещё, задумчивое и серьёзное. — Кстати, интересные истории.

— Надеюсь, ничего компрометирующего? — спросил я, убирая бумагу в инвентарь.

— Зависит от того, что ты считаешь компрометирующим. Например, история про то, как ты спас целый детский дом, пожертвовав кучу денег. Или про то, как ты лично вытащил из пожара собаку, будучи подростком. Или про то, как ты отказался от убежища, которое тебе предлагали политики, когда всё началось.

Я поморщился. На меня смотрят влюблёнными глазами и продолжают жевать. Тамара явно перестаралась с героизацией.

— Она преувеличивает, — заявил я.

— Или история про то, как ты…

— Хватит, — перебил я. — Понял, что она много рассказала. Я не хочу собой гордиться. Просто человек, и делаю всякие вещи, на месте мне ровно не сидится.

— Это ещё не всё, — в голосе Киры появились стальные нотки. — Например, она не рассказала мне про Кайлу.

Я мысленно ругнулся. Вот оно. Я так и знал, что рано или поздно это всплывёт. Но это было слишком быстро.

— Кира…

— Нет, не перебивай. Я сама узнала ещё от Кошкина.

Убью гада.

— Про то, что было в пещерах. Ты… спал с инопланетянкой?

Нет, это уже перебор. Найти имя Кошкина не составило труда. И сейчас я воспользовался Системой впервые так быстро и молниеносно, что отправка личного сообщения заняла какие-то доли секунды. Быстрее, чем обычно делаю это в бою, на чистых рефлексах, Кошкину было отправлено личное сообщение:

[Ной]: Беги.

Тем не менее, Кире нужно было ответить, раз уж её волновал этот вопрос:

— Да, спал в обнимку, греясь возле костра в пещере. Там ещё человек двадцать было вокруг. Я был… не помню уже. Третьего уровня, что ли.

Времени прошло всего ничего — чуть больше двух месяцев, но это ощущалось как нереально огромная пропасть.

Она замолчала, думая о чём-то своём и жуя. Я молчал, не зная, что сказать. Шаурма, зато, получилась что надо — мои комплименты шеф-повару. Пища богов, люблю её больше, чем всяких омаров, устриц, трюфели и прочие плохо перевариваемые продукты. Надо бы набрать себе побольше перед очередной отправкой в разлом или портал. Серьёзно! Зачем мне всякие сухпаи, если предметы в инвентаре всё равно находятся в стазисе? Буду питаться нормально, между рубкой монстров заедая восстановительные паузы вкусными и любимыми блюдами.

Мужское счастье. Идеальная жизнь. Война и жратва.

Я молча проявил системное меню первой группы, которую создавал ещё в тех пещерах. Не все были живы. Большинство из команды Ковальски уже умерло, вероятно, участвуя в постоянных сражениях, гонимые в спину толстосумами. Сам майор был жив. Чи Вэй, Жак, Сиан — тоже живы. Ну а на имя Кавьи мне лучше было не смотреть — сразу злость глаза и сознание заливает. Так что отправиться в гости к лорду Фильке мне захотелось ещё сильнее. У меня там есть дела и свои счёты в Эш-Терракс, и нельзя оставлять этот вопрос без внимания.

— Её имя не почернело, — сказала Кира, внимательно посмотрев на меню. — Значит, она жива. И судя по всему, очень важна для тебя, раз стоит в самом верху списка контактов.

— Это было до того, как я узнал о тебе. До того, как узнал о ребёнке, — сказал я тихо.

— Да? И что изменилось? — в её голосе не было злости, только усталость. — Ной, я не дура. Я вижу, как ты на меня смотришь. Да, есть влечение, есть забота. Но любовь… Ты любишь её, правда?

Я хотел соврать, но передумал. Лучше быть честным сейчас, чем врать всё время потом. Глупо ли любить девушку, которую повстречал лишь раз? Определённо.

— Да, — признался я. — Но это не значит, что…

— Это значит именно то, что означает, — она встала с кровати и подошла к окну. — Знаешь, Ной, я не претендую на твою любовь. Я знала, на что шла… Я знала, что ты не из тех, кто легко привязывается.

— Кира!

— Но теперь у нас будет ребёнок. Я не буду просить тебя любить меня. Но я прошу тебя быть честным. Со мной и с собой.

Ох, любят же эти девушки всякую мелодраму на пустом месте разводить. Даже не спал ведь с Кайлой, но что-то меня в ней зацепило. Я точно могу сказать, что люблю Киру точно так же, даже больше. Но это прозвучит как оскорбление. Надо просто выразить свои чувства только к ней.

Я встал и подошёл к Кире. Обнял её сзади. Она не сопротивлялась, прошептал ей на ухо:

— Я хочу быть с тобой. Хочу быть отцом этому ребёнку.

— Хочешь или считаешь, что должен? — спросила она, оборачиваясь ко мне и внимательно смотря мне в глаза.

Вопрос попал в точку. Я не знал, где кончается желание и начинается чувство долга.

— Не знаю, — честно ответил я. — Но знаю, что не хочу бросать тебя. Знаю, что ребёнок заслуживает отца. Знаю, что мне хорошо с тобой, и что людей становится меньше с каждым днём.

— Хорошо — это не любовь.

— Кира, я сказал, что думаю. Не заставляй меня придумывать что-то ещё или врать.