Серафим Леман – Системная Перезагрузка: Том 2 (страница 19)
[Ной]: Он с головой дружит?
[Купринов]: Я тоже у него это спрашивал. Только он как начал затирать про «древние устои» и «духовную чистоту бойца», чтобы все сражались духовным оружием, я чуть ему в харю не заехал. Филька уже обещал, что, если тот ещё раз такое будет — Дивендра пойдёт в бой в первых рядах, без броника и с ножом в руках, как и задвигает всем.
[Ной]: Скажи ему от меня: если он не заткнёт пасть и не начнёт слушаться наших, Выживальщики с ним заговорят по-другому. Здесь каст нет. Здесь либо ты боец и используешь все возможности, либо нет. Пусть делает выводы.
[Дивендра]: Я тоже вижу этот чат и что вы здесь пишете! Кто ты такой? Мне знакомо твоё имя, я уже много раз слышал его. Покажи себя, ганду!
Открыв карту, нашёл на ней Дивендру и свернул от направления к складу прямиком в лагерь индусов.
[Ной]: Сейчас подойду и покажу, жди.
К несчастью предводителя выжившей правящей касты индусов, я знал, что значит это слово в переводе на русский. И если одну морду в своей жизни я уже набил за такое обзывательство, то сейчас будет набита вторая. Остаётся только понять, почему Система не перевела его. Дивендра не захотел? Плевать.
Я ненавижу кастовое разделение и любое понятие избранности. Понимаю при этом, что не все равны, не в равных возможностях и условиях родились и живут, но кастовость… Это отношение как к скоту, когда один человек смотрит на другого как на мусор, считая себя лучше…
Индийский лагерь располагался чуть поодаль от основной базы — отдельные палатки, отдельная техника, даже отдельная кухня. Классическая сегрегация, которую они сами себе устроили. Я шёл мимо группы индийских солдат, которые чинили какую-то технику, и видел, как с ними обращаются. Что у них даже нормальной обуви нет и как они с опаской поглядывают в мою сторону. Шудры, кажется, так их называют.
Ну уж нет. Такого в своих рядах я не потерплю.
Будто бы этого было мало, я обнаружил неподалёку свою родненькую МК-Р2, эксплуатируемую Выживальщиками. Кажется, с лагеря индусов вовсе не зачищали воздух, отбиваясь от системной дряни, оставив всю грязную работу нам. Обнаглевшие…
Дивендру я нашёл сидящим у командной палатки в окружении своих офицеров. Высокий, плотно сложенный мужчина лет пятидесяти, с аккуратными тонкими усами и надменным взглядом с широко раскрытыми глазами. На его погонах красовались полковничьи звёзды, а вся его поза кричала о том, что он привык к беспрекословному подчинению. Всё окружающее намекало на то, какие они обособленные. Даже флаги свои притащили сюда, не став использовать символику Выживальщиков.
— Вот и наш загадочный Ной, — произнёс он по-английски, вставая, когда я подошёл ближе.
Его офицеры — майор и два капитана — стояли рядом и явно ждали представления.
— Меня зовут Дивендра Сингх Ратхор! А теперь объясни мне, кто ты такой, чтобы указывать мне, как управлять моими людьми?
Я остановился в паре метров от него, оценивая ситуацию. Офицеры переглядывались между собой с плохо скрываемыми ухмылками — видимо, думали, что сейчас их полковник поставит на место главного Выживальщиков.
Дивендра выпрямился во весь рост, явно готовясь к эффектной проповеди и ожидая, что я отвечу, но я не спешил, и он всё же не выдержал повисшее в воздухе давление:
— Я полковник индийской армии, а ты…
Удар пришёлся точно в челюсть. Я не стал тянуть с объяснениями — просто вложил немного силы в правый короткий хук. Дивендра отлетел назад, сбив своим телом роскошный стул, и рухнул на землю, заливаясь кровью.
Смех офицеров мгновенно стих. Теперь они таращились на меня с откровенным шоком, а один даже потянулся к кобуре. Заметил, что другие тоже последовали его примеру. Зря они это сделали.
—
Часть из них начала разбегаться, но большинство всё же склонились. Не дожидаясь окончания навыка и наблюдая за тем, как лагерь индусов окружают мои бойцы, я заговорил:
— Послушайте меня внимательно, — я посмотрел на корчащегося от боли Дивендру, затем на его офицеров. — Здесь больше нет полковников, майоров и каст. Здесь есть только те, кто готов сражаться за выживание человечества, и те, кто мешает этому делу.
Дивендра не поддался моему навыку и сейчас пытался подняться, держась за разбитое лицо, но я продолжил, не обращая на него внимания:
— Вы пришли сюда после того, как ваш город сожгли дотла. Вашу семью, друзей, соседей — всех убили эти твари. А вы до сих пор больны этим? — голос мой становился тише, холоднее. — Там, за порталом, армия, которая хочет стереть нас всех с лица земли. И мне плевать, кто и откуда — когда краснокожий засовывает тебе копьё в живот, он не спрашивает твою родословную.
В глазах предстали картины побоищ, увиденных в Мумбаи…
Я подошёл ближе к группе офицеров, всё ещё стоящих на коленях, и помог одному из них подняться.
— Каждый солдат здесь получает одинаковое снаряжение, одинаковую еду и одинаковые шансы выжить. Или умереть. И я, лидер Выживальщиков, в том числе! Тот, кто не может с этим смириться — может убираться прочь. Никто вас не держит. Давайте, идите, я посмотрю, насколько вас хватит.
Дивендра наконец-то встал, сплюнул кровь и нехорошо оскалился, и я заметил, как его глаза сверкнули голубым пламенем. Он попытался применить на мне системный навык. Зря.
— Ты не имеешь права, слизняк… — начал было он, но на этот раз я уже не сдерживался и ударил со всей силы.
Получившаяся мощь, дарованная показателями Системы, оказалась для меня точно таким же сюрпризом, как и для всех собравшихся. Голова Дивендры попросту разлетелась на куски, заляпав всё вокруг кровью. Его офицеры получили своё зрелище, пускай не совсем то, которого ожидали.
— Ваши традиции мертвы, как и ваша родина! — крикнул я, отпихивая от себя обмочившегося офицера, покрытого чужими мозгами. — Разделение — вот что вас погубило! Мне известно, что в Индии считается позором служить в армии. Но именно это презрение к силе и дисциплине сделало вас уязвимыми и слабыми! Пока вы мерились чистотой, к вам пришла смерть — и она не спрашивала, кто из вас выше.
С отвращением отпихнув труп Дивендры прочь с дороги, поднял стул и уселся на него. Действие моего навыка уже закончилось, но никто не стрелял и больше не тянулся к оружию. Меня слушали, а для непонимающих — дублировали в системном чате.
— Слушайте все! — крикнул я так, чтобы слышал весь лагерь. — Мне плевать, кем вы были раньше. Брахманы, кшатрии, шудры — для меня вы все одинаковы. Вы — люди. И если вы хотите отомстить за своих близких, если хотите, чтобы человечество выжило — вы будете сражаться плечом к плечу. Без различий и предубеждений.
То, как некоторые из низших каст встали и выпрямились, впервые за долгое время подняв головы, не осталось без моего внимания.
— Тот, кто готов сражаться как равный среди равных — добро пожаловать в Выживальщики. Тот, кто не готов — у вас есть час на то, чтобы убраться с нашей территории.
Оставив за спиной оглушённую и потерянную толпу и покинув индийский лагерь, я направился к складам. Предстоящий бой обещал быть серьёзным, и мне нужно было подготовиться соответствующе. На скорую руку обмывшись, открыл системный инвентарь и начал планировать свою боевую нагрузку.
Всё добытое в сражении с англичанами уже отправилось в Борисоглебск. Сейчас мой инвентарь был почти пуст, за исключением пары предметов, которые я по привычке смахнул туда с тела Дивендры, и 20 применённых Сумок Путешественника, являющихся сейчас приоритетными буквально у каждого бойца. Слишком уж хорош инвентарь с его возможностями.
Сначала — самое главное в первый слот:
Абакан АН-94 — лучший в мире автомат: 4 килограмма плюс десять магазинов по 30 патронов — 5 килограммов. Сколько я этих машинок смерти уже угробил? Понятия не имею, но дома лежит запасной ящик таких. Надо бы позаботиться о том, чтобы найти ещё один, или два…
Затем — нечто безумное, для подавления массовых целей врага.
Малость напрягшись, я поднял в руки Корд и попробовал его покрутить в руках, словно обычный автомат, не обращая при этом внимание на вытянутое лицо завхоза. 40 килограммов самого пулемёта я решил нести в руках, плюс шесть лент в инвентарь по 9 кг каждая. С моими системными характеристиками это было вполне подъёмно, и оставалась ещё куча места.
Взял 12-ую «Сайгу» с запасом патронов, набрал гранат на 20 килограммов и даже пихнул пистолет с тремя магазинами в одну из ячеек, добивая её вес до конца.
Общий вес снаряжения был огромен, но спасибо инвентарю — я его попросту не чувствовал. К тому же я мог распределить часть груза между инвентарём и тем, что нёс на себе, и мой рюкзак по завершении снаряжения оказался полон. Главное сейчас — не подорваться, а то фейерверк устрою такой, будто рванёт небольшой склад боеприпасов, чем я, собственно, сейчас и являлся.
Проверив всё в последний раз, я направился обратно к штабу. Завтра нас ждала серьёзная битва, и я собирался показать краснокожим, что значит связываться с человечеством.
Глава 11
Напасть мы решили в самое неприятное время для краснокожих. Несмотря на приказ по поводу того, что пленных не брать, у нас они всё же были, и из них вытрясли информацию по поводу чужого мира, но меня это мало заботило. Всякие мелочи по поводу расположения между звёзд, истории и культуры — всё это прошло мимо меня. Единственное, что я знал, — это то, что их сутки равняются примерно 36 нашим часам. Поэтому нападать мы будем в то время, когда противник будет уставшим, примерно под местное утро.