Серафим Леман – Системная Перезагрузка: Том 1 (страница 53)
Я брёл домой, чувствуя, как накатывает усталость. Больше суток без сна, стресс, убийство монстров, а затем и людей с применением Королевского Приказа забрали свою дань. Одно дело — убивать монстра, пускай даже отдалённо похожего на себя, как тех же дикарей, обитающих в джунглях Лавра, и совсем другое — отнимать жизни у разумных, у тех, кто ещё недавно считался частью организации Выживальщиков. Система ужасна. Я использовал свой навык всего лишь раз и уже чувствовал себя каким-то массовым убийцей и маньяком.
Тем не менее защитный механизм психики пытался найти ту тонкую и постоянно ускользающую от меня лазейку, с помощью которой можно было бы оправдаться. Они ведь тоже убивали людей и, скорее всего, попытались бы убить меня в том числе.
Кислые эликсиры выносливости, которыми я заливался, не спасали от того чувства опустошённости, что проникало мне под кожу. Всерьёз подумал приложиться к бутылке чего-то покрепче и забыться на день-два.
Увы, такой привилегии у меня не было. Чёртова ответственность. Хотелось сбежать куда-то от этого всего.
Мои чаты ни на секунду не замолкали, передавая локально информацию, полученную из стандартных методов связи:
[Ткач]: База-7 докладывает: выявлены трое подозреваемых. Отказались предоставить системные сообщения. Взяты под стражу.
[Попович]: Точка «Синева» докладывает: у капитана Мохова найдена переписка с Вольским. Содержание подозрительное. Ждём инструкций.
[Гришка]: Сектор Малинка: выявлен канал передачи данных от наших к неизвестным получателям. Крот задержан.
С каждым шагом в сторону дома список пойманных крыс рос. Три, пять, двенадцать… Меня не отпускало ощущение, что всё это лишь верхушка айсберга. Вольский был умён, и если он завербовал столько людей, то проблема могла быть гораздо серьёзнее, чем казалось изначально. Но мы сейчас делали всё возможное, чтобы выявить их.
Проблема решалась, но всё же оставалась у меня в голове, где не было чёткого решения по поводу того, что делать с предателями. Вывести на площадь Борисоглебска и попросту казнить их? Это не то что звучало негуманно — это было абсурдом и пахло тиранией.
Я остановил случайного бойца, шедшего мне навстречу. Скомандовал:
— Чаты, быстро.
Он вздрогнул, но беспрекословно выполнил требование. Чисто. Движением руки я отпустил его и пошёл дальше.
Через несколько минут я увидел группу из пяти бойцов, конвоирующих человека с заведёнными за спину руками. Над головой у него светилось системное имя:
[Стрела]
— Стой, — приказал я конвою. — Что у вас?
— Отказался показывать переписку, командир, — ответил один из бойцов. — Инвентарь — тоже, оказал сопротивление.
Я подошёл ближе к задержанному и посмотрел ему прямо в глаза. Он смотрел на меня в ответ с вызовом, так, как смотрят идейные.
— Почему не показал? — спросил я.
— У меня есть право на личную жизнь, — процедил он. — Даже в новом мире с чёртовой Системой.
— Уже нет, — отрезал я. — Сейчас никто не имеет этой привилегии, и я в том числе. На, смотри, читай.
Мне нечего было скрывать. Ноль конфиденциальной информации. В основном — личные доклады, пара переписок, но всё преимущественно строго по делу или о Системе. Завершив показ личным диалогом с Сианом, убрал системное меню.
— Или ты покажешь чаты прямо сейчас, или я применю другие методы, — заключил я.
У меня болело тело, израненное спешкой и переходом, как и голова, забитая миллионом противоречивых мыслей, и, кажется, даже душа уже начала чернеть от происходящего. Слишком титанический груз я взвалил на свои плечи, всерьёз думая, что из-за слома организации Выживальщиков вслед за ней может рухнуть и всё человечество в целом. Главный вопрос крутился на самом краю сознания: «А не много ли я на себя беру?»
Боец колебался всего секунду, но этого было достаточно, чтобы понять — он что-то скрывает.
— Проверьте его тщательно, — приказал я конвою. — И отправьте в карантинную зону. Разрешаю любые методы допроса.
Бойцы отдали честь и пошли дальше.
Ненавистный чат снова всплыл перед глазами:
[Рыжий]: База Ласточка докладывает: капитан Уваров, командир шестого полка краснодарского базирования — подтверждённый предатель. При попытке задержания застрелился. В его личных вещах найдены передатчики и записывающие устройства.
Мир вокруг поплыл. Уваров? Тот самый, с кем мы плечом к плечу работали несколько лет во время организации складов? Я даже чай с ним пил буквально на позапрошлой неделе…
Кажется, Вольский готовился к предательству ещё задолго до появления Системы.
Тяжело опёршись кулаком на ближайшую стену, я закрыл глаза. Системному сообщению это не помешало:
[Круглов]: На данный момент 23 подтверждённых случая. Число растёт. У нас серьёзная проблема, Ной.
[Ной]: Что там с нашим главным кругом?
[Круглов]: В пути. Глухова долго ждать.
[Ной]: Понял. Держи в курсе, если что. Ты пошёл прокачиваться?
[Круглов]: Да, информация по поводу квинтэссенций и каждого 3-го уровня подтвердилась. Сейчас снаряжаюсь, ещё час-два и в бой.
[Ной]: Правильно. Я — спать, устал как собака. Не будите.
Выпрямившись с усилием воли, я продолжил путь домой. По дороге остановил ещё троих случайных бойцов. Все чисты.
Вдалеке показался мой дом — обычный двухэтажный коттедж, обнесённый высоким забором, теперь — с колючей проволокой. Я решил не переезжать в бункер или другое безопасное место. Хотелось сохранить хоть каплю нормальности даже в новом безумном мире.
Позади меня раздались быстрые шаги. Я обернулся, уже рефлекторно готовый к бою.
— Босс! Тут срочное, извини, — это был Рыжий, на чьи личные сообщения я не отвечал, как, собственно, и на все другие.
Он был запыхавшийся и встревоженный.
— Нашли ещё десятерых. И… есть кое-что, что тебе нужно увидеть.
Он протянул мне планшет. На экране была переписка Вольского с кем-то, чьё имя было скрыто.
[Вольский]: Следующая поставка информации будет через обычный канал. Твои люди должны быть готовы.
[???]: Уверен, что в твоём окружении нет проблем? Особенно Павлович — он может всё испортить.
[Вольский]: Не волнуйся о нём. Я держу ситуацию под контролем. К тому же я знаю его болевые точки, если понадобится.
Я прочитал дважды и поднял взгляд на Рыжего.
— Где это нашли?
— У Потапова, командира взвода снабжения у Южного. При обыске обнаружили копию этих сообщений. Он уже признался, что был связным между Вольским и его контактами.
Уставший мозг еле переварил информацию. Снабжение. Потапов. Гадство.
— Он назвал имя или код того, с кем общался Вольский? Он жив вообще?
— Нет, не назвал, жив. Достаём информацию.
— Доставайте усерднее, — приказал я, возвращая планшет.
Рыжий кивнул и убежал. Я же продолжил путь к дому, мысленно готовясь к ещё одной проверке.
У калитки стоял Лёшка, мой тёзка, парнишка четырнадцати лет, сын того мужика, который когда-то притащил меня в больницу после применения первой квинтэссенции.
Вид пацана со снаряжённым АКС-74У наперевес меня ничуть не смутил. Опасность сейчас была везде. То, что стоит он и охраняет едва ли не самое безопасное сейчас место в Борисоглебске — это уже мелочи.
— Привет, командир! — просиял он, увидев меня. — А я вас уже заждался. Тут какая-то суета началась, все бегают, но никто ничего не объясняет.
— Привет, солдат, — я заставил себя улыбнуться. — Покажи мне свои системные сообщения, пожалуйста.
Мальчишка даже не удивился. С непосредственностью, присущей только детям, он открыл свой интерфейс.
— Да смотрите, там ничего интересного, в пятый раз уже показываю. Только переписка с Мишкой о том, как правильно пристреливать винтовку, да с Надеждой Петровной об учёбе, ну и с батькой моим.
Я быстро просмотрел сообщения. Ничего подозрительного.
— Спасибо, Лёшка. Продолжай нести службу.
Внутри дома меня встретила тишина. Три семьи, живущие со мной, сейчас собрались в гостиной. Отсутствовал только Лёшка и его отец, несущий службу делу Выживальщиков. Я увидел тревожные, вопросительные взгляды. Все присутствующие смотрели на меня, ожидая объяснений.