Серафим Леман – Системная Перезагрузка: Том 1 (страница 50)
[Ной]: Местная шпана, ничего серьёзного. Я задержусь дольше, чем планировал. Усильте контроль портала. Они, конечно, дурачки полные, но дурачки с оружием.
[Борзой]: Принял! Сделаем.
— Мы — «Первый Оперативный», — наконец сказал Кош. — Специальное подразделение, если можно так сказать. Изучаем Систему и её возможности. Мы… немного отделились от старого правительства.
— Раскол, значит, — ничуть не удивился я, припоминая слова Туманова. — И теперь воюете за нефть? Как наши заокеанские друзья?
— За будущее, — поправил он. — За то, чтобы человечество не осталось на обочине этого нового мира.
Я усмехнулся. Высокопарные слова для того, за кем ничего не стоит. Красивая обёртка для банального захвата власти. Впрочем, информация никогда не бывает лишней, и прежде всего стоит разобраться: кто прав и кто виноват, может, они окажутся вполне адекватными.
— Ладно, веди, — сказал я, опуская руки и поднимая Абакан. Демонстративно выщелкнул из него магазин под прицелом винтовок. — Будем разговаривать. Не рекомендую чудить, у меня в кармане тоже есть пара системных «приколов».
— Успокойся, — отмахнулся командир. — Мы не идиоты, чтобы воевать с трёхквинтовым. Мы хотим сотрудничать, а не создавать новых врагов.
Не убирая прицела ни на секунду, меня усадили в машину и повезли через заснеженное поле к группе укреплённых позиций, а я думал о том, как он меня только что обозвал. «Три квинтэссенции?» Получается, что так. Три… Система почему-то любит тройки, шестёрки и девятки. Значит, квинтэссенцию можно использовать каждые три уровня? Получается, они всё же не пустышки. Надо будет проверить это на практике.
Вблизи я заметил, что вооружение у этих бойцов превосходное — новейшие образцы. У нас тоже такие комплексы навороченные есть, только вот практическое применение у них так себе — снаряженные магазины иногда стоят дороже полноценного автомата.
Поездка не заняла много времени. Вскоре мы остановились в военном полевом лагере.
Я шёл по большей части молча, внимательно наблюдая за всем происходящим. В уме я составлял карту местности и расположение сил противника на всякий случай.
— Как нашли? — спросил я у командира, внимательно осматривая технику.
— Тепловые… подожди здесь, — сказал командир и пошёл куда-то в сторону.
Меня конвоировали его бойцы, и мы подошли к большому утеплённому палаточному комплексу, окружённому техникой. Завели вовнутрь и посадили на стул, усевшись рядом с обеих сторон. Морды — кирпичом. Внутри было оборудовано что-то вроде полевого штаба — столы с картами, компьютеры, системы связи.
— Я закурю? — спросил я.
— Нельзя курить внутри помещения, — тут же механически отрезал боец, смотря при этом куда-то вдаль.
Армейщина…
Интересно, кто же ими руководит. Непохоже, чтобы это были обычные мятежники. Развернулись они знатно.
Командир вернулся, сопровождаемый высоким мужчиной с седыми висками в тёмном пуховике без знаков различия. Его лицо, скрытое лыжной маской, казалось смутно знакомым — возможно, я видел его на каких-то официальных фотографиях до прихода Системы или лично с ним был знаком.
— Генерал Вернер, — представил его командир Кош, зашедший с нами.
Генерал жестом пригласил пройти в отгороженную часть палатки, где стояли несколько стульев и небольшой стол.
— Присаживайся, — сказал он, и я узнал его голос, спокойный и уверенный, как и всегда.
Он снял маску.
— Ну привет, Алексей.
Передо мной предстал Сергей Вольский собственной персоной.
— Та-а-ак, — протянул я, поудобнее усаживаясь на стуле. — Ну и как мне это понимать, Серёга?
— Понимать нужно просто, Лёха, — Вольский усмехнулся, возвращая мне моё обращение, снял перчатки и бросил их на стол. — Мир изменился. Выживальщики хороши, но они всё ещё живут старыми идеалами. А сейчас нам нужны решительные действия.
— Решительные? — я откинулся на спинку стула. — Это то, что вы тут устроили? Бойня между своими?
— Разногласия случаются, — Вольский пожал плечами с деланным равнодушием. — Некоторые всё ещё цепляются за прежние представления о субординации и воинском долге. Не понимают, что с приходом Системы все… как это правильнее сказать… все обязательства обнулились.
— Обнулились, значит, — я сжал руки в замок на животе и посмотрел на него исподлобья. — А наши договорённости? Общая задача? Так называемый «Щит Родины»? Это же твой проект. Всё, что мы вместе строили — тоже не решительные действия?
— Ты всегда был идеалистом, Алексей, — Вольский поморщился, словно услышал что-то неприятное. — Это подкупало, правда. Но наивно думать, что мы можем удержать весь этот хаос старыми методами. Нужны ресурсы, мощь, контроль. Особенно контроль над порталами и системными предметами. Ты хоть знаешь, на что способны некоторые из них?
— А справишься? — я прищурился. — Ты же знаешь о нас всё, как и о наших ресурсах. Кто за тобой стоит, Серёга? На кого ты теперь работаешь?
— Какая разница? — он развёл руками. — Это люди, которые понимают новый мировой порядок. Которые готовы инвестировать в будущее, а не цепляться за прошлое. У них есть ресурсы, связи, понимание того, как работает Система. Они предложили мне возглавить операцию за очень существенное вознаграждение. Личный дом в безопасной зоне, приоритетный доступ к ресурсам Системы, высочайший статус в новом обществе.
— Продался, — не спросил, а констатировал я.
— Предпочитаю слово «адаптировался», — поправил Вольский. — Ты же любишь эти дарвиновские штучки. Выживает сильнейший, помнишь? Система не оставила нам выбора, и всё такое.
Я отметил, что с момента нашей последней встречи Вольский заметно изменился. Появилась какая-то нездоровая уверенность в глазах, нервное подрагивание пальцев.
— Какой же ты идиот, — вырвалось у меня. — Ты хоть понимаешь, что вот эти вот твои детские игры, — я обвёл рукой внутренности палатки, — это ни о чём. Угроза Системы висит над всеми нами, над человечеством, словно дамоклов меч, а ты тратишь ресурсы на идиотскую войну, убивая граждан своей родной страны, между прочим.
— Опять эти твои громкие слова на пустом месте, Лёша, — он вновь поморщился. — Само понятие «страны» и «родины» больше ничего не значит в новом мире.
— Кто? — снова спросил я, не желая дальше слушать этот бред. — Назови имя. Спрашиваю в последний раз: на кого ты работаешь?
Вольский усмехнулся, но что-то промелькнуло в его взгляде. Он всё же не стал мне отвечать прямо:
— На будущее, Лёх. На будущее России в новом мире. Слушай, — он подался вперёд, понизив голос, — я могу включить тебя в сделку. Твои способности, твой опыт… их оценят. Ты получишь всё что захочешь, куда больше, чем я. Что скажешь? Так и будешь продолжать месить грязь ботинками среди обычных солдат, пока кто-то будет править новым миром? Подумай только, вместе мы…
Я смотрел на человека, которого когда-то уважал, и видел только жалкую пародию на того Вольского. Мне противно было находиться рядом с ним, он предал всё, что можно было предать: свою страну, своих друзей, меня. Да, чёрт побери, этот человек был ещё в одних рядах с моим отцом. Продался кому-то, повёлся на пустые обещания…
Всё, я услышал достаточно. Хватит с меня предателей, и вряд ли меня отсюда выпустят, если я откажусь.
Я применил Королевский Приказ и прошептал, будучи уверен, что это услышит каждый человек рядом в радиусе 15 метров:
—
Глава 26
Я совершил то, что было неизбежно. Я впервые применил системный навык против людей.
— Что ты сделал? — Вольский непонимающе нахмурился после того, как ощутил на себе действие моего навыка.
[Активирован Королевский Приказ]
И в этот момент началось. Сидевший слева от меня охранник дёрнулся, как от удара током. Его глаза расширились, зрачки сузились до точек. Он поднял автомат, развернулся к своему товарищу и выпустил очередь в упор. Звук выстрелов в замкнутом пространстве палатки оглушил всех.
Командир Кош инстинктивно потянулся за оружием, но его боец, секунду назад верный ему, уже стоял за спиной, приставив пистолет к затылку. Выстрел — и тело Коша рухнуло на пол. Одновременно оба бойца помимо Коша развернулись друг к другу и открыли огонь, спустя мгновение грузно падая на пол лицами вперёд.
Реальность была совсем не такой красивой, как в кино, и после смерти люди расслабляли мышцы, а не улетали на несколько метров назад.
Вокруг царил хаос — солдаты «Первого Оперативного» уже стреляли, рубились боевыми ножами, душили друг друга голыми руками. Весь лагерь сходил с ума.
Вольский успел среагировать мгновенно — выхватил пистолет и навёл его на меня, одновременно делая шаг к выходу.
— Что ты сделал⁈ — закричал он, на мгновение перекрывая грохот выстрелов и крики умирающих.
— Я дал им приказ, и они его выполняют, — невозмутимо ответил я, поднимаясь со стула и вставая на его пути. — Этого ты хотел, предав дело всей своей жизни?
— Урод, умри! — выкрикнул Вольский, начав стрелять в меня.
Одновременно с этим я призвал меч охотника и рубанул им наотмашь.
Я получил две пистолетные пули — одну в живот и вторую в плечо. Это отняло у меня 50 единиц брони, оставив 4.
Вольский получил мечом по шее. Это отняло ему голову от тела.