Семён Субботин – Байки (страница 2)

– Ужас-то какой… Мне ещё бабушка рассказывала, что нельзя ночью в баню одному ходить. Могут духи нечистые заманить, дверь закрыть и подпереть, или того хуже, – Рита закрыла глаза руками и слегка потрясла головой, отгоняя дурные мысли.

– Пионер не должен бояться всяких старых домыслов, так же вроде бы вас учат? – Клим открыл одну из банок со сгущёнкой и отпивал прямо так, потягивая с острого края.

– В мире ещё много что неизвестно и неизученно. Может и такому однажды найдут логичное объяснение, – Тамара налила кваса в кружку и утолила нарастающую жажду.

– На этом моя история заканчивается. Но в детстве она на меня такое впечатление произвела, что я до сих пор боюсь ходить в баню после заката, не то, что даже ночью. Отец смеётся, но каждый раз меня жалеет и сам за дровами идёт, если надо, – Володя усмехнулся, вспоминая добрую улыбку родного.

– Прошу всех к столу! Извините, я уже даже слушать не могу, как кишки свернуло, – Дима собрал самодельный стол из четырёх пеньков, составленных рядом вплотную.

Девочки нарезали хлеб и огурцы, лук и зелень, разложили по тарелкам куски разогретой тушенки и печёной картошки, налили всем шестерым участникам кваса. Клим присоединился к трапезе после коротких раздумий, после чего все начали уплетать угощения за обе щеки.

– Картофель всё-таки всему голова. Вот что может быть вкусней, особенно на природе? – Тамара довольно зажмурила глаза на пару секунд.

– Всё в нём хорошо, кроме посевной. Как вспомню, то в дрожь каждый раз бросает. Была у меня бабушка, царствие ей небесное, так в один год ровно в мае и померла. Конечно, в связи с похоронами о всяком важном мы и позабыли, – Дима громко и смачно жевал, но продолжал свой рассказ.

– Прошло девять дней, мы всей семьёй в заботах, в шоке и трауре, и тут телефонный звонок!

– Я помню, у вас дома такой чёрный аппарат появился, самый лучший в посёлке, ты мне ещё позвонить давал пару раз, – Володя подтвердил слова одноклассника.

– Да, на стене висел аппарат и как вдруг закричит! Мама взяла трубку, послушала целую минуту молча, медленно положила её и сильно побледнела. Мы кинулись к ней, мол, что случилось, а она и говорит, что это бабушка звонила… Спросила тогда она гневным голосом, почему мы до сих пор картошку не посадили! Голос точно был бабушкин, да и мама не стала бы такое придумывать, я её потом долго корвалолом отпаивал, – Дима жестом отказался от сигареты, которую ему протягивал Клим.

Тот наклонился прямо над костром и прикурил, чуть не опалив густые брови.

– Я могу тоже кое-что рассказать, если никто не возражает? – Клим выпустил облако густого дыма изо рта и выждал несколько мгновений до ответа.

– Да, конечно. Если ты хочешь, то тоже можешь высказаться, – Тамара слегка кивнула головой и замолчала.

– Дело было примерно год назад, глубокой ночью раздались четыре коротких звонка в мою дверь. Я проснулся, дома, как всегда, никого не было, разозлился и не стал открывать, потому что гостей не ждал, а у своих есть ключи. Просто выглянул в глазок, но за дверью никого не было, – Клим сделал несколько глубоких затяжек и мечтательно закатил глаза.

Вся вторая школа посёлка знала, что его родители сильно пили и постоянно где-то ошивались, оставляя парня наедине с самим собой по несколько дней подряд. Кто-то его жалел, кто-то обходил стороной, лишь некоторые ребята, вроде Риты, хоть как-то общались с этим ершистым и задиристым юношей.

– Следующим днём я рассказывал эту историю другу и пошутил, что ночью заходила смерть, но, видимо, она ошиблась дверью. На третий вечер ко мне зашёл тот знакомый и мы засиделись допоздна. В дверь снова позвонили, но я сделал вид, что ничего не заметил и не услышал. Но он всё прекрасно услышал и, после моей истории, воскликнул: “Ну-ка, давай разберёмся с этими шутниками!” и выбежал во двор. В ту ночь я видел его последний раз. Нет, он не исчез бесследно. Но по дороге домой его избила пьяная компания, и он скончался в больнице. Звонки прекратились. Я вспомнил об этой истории, потому что вчера ночью услышал три коротких звонка в дверь, – Клим закончил и замолчал, глядя на остальных ребят по очереди.

– А ты почему не вышел вслед за другом? Струсил? Вдвоём бы было куда больше шансов, – Дима немного напрягся, когда хулиган прошёлся по нему взглядом.

– Думай что хочешь, мне всё равно. Я в таких был передрягах и выбрался из них живым не потому, что был самым смелым. Лежали бы мы вдвоём на асфальте, кому с того легче? – задира огрызнулся, но быстро успокоился, когда его за плечо тихонько потрогала Рита.

– Остыньте, пожалуйста… Чего вы разгорячились? Есть у меня история, как раз, чтобы все немного остыли, – девушка попросила своего соседа по бревну вернуться на место.

– У всех дома, наверное, есть холодильник? У кого “Бирюса”, у кого “Лысьва”, у кого пузатый “ЗИЛ”, который ручкой двери закрывается на защёлку. Так вот, слышала одну историю, подружка рассказывала, которая в пионерлагерь ездила тем летом. У неё в соседской квартире была радость: купили новый холодильник, а старый выставили в коридор, чтобы вечером собраться вместе и выбросить на свалку. Он же тяжеленный знаете какой? В тот день дома были бабушка и внук. К внуку пришел поиграть соседский мальчик. Дети маленькие ещё совсем, лет пяти, может семи. Бабушка решила сходить в магазин, а когда пришла домой, не могла найти мальчиков нигде. Вечером пришли с работы родители, стали вместе искать детей. Наконец, отцу пришло в голову открыть холодильник… Времени прошло слишком много, дети уже задохнулись. Холодильник “ЗИЛ” изнутри никак не открывался, – Рита закончила свой рассказ и инстинктивно протянула руки поближе к огню.

– Аж холодок по спине пробрал! И есть захотелось ещё больше, – Володя наложил себе вторую порцию тушёнки и взял ещё парочку кусочков чёрного хлеба.

Тамара о чём-то задумалась, судя по нахмуренным бровям и чуть вздёрнутому носу. Посмотрев на часы, она взяла слово:

– До рассвета примерно четыре часа. Сегодня предлагаю не спать, но если кто-то совсем притомился, то может улечься в палатке.

– А ты сама будешь о чём-то рассказывать? Кроме тебя все высказались, даже Клим, – Дима приговорил квас в кружке, высушив его до самого дна.

– Конечно, это же моя затея. Надеюсь, что вы эту байку раньше не слышали, а случилась она в пионерском лагере “Радуга”, – Тамара поправила съехавшие на нос очки и продолжила.

– История эта передавалась из одной смены в другую, дети могли что-то напутать, но вам я расскажу так, как и мне её передали. Лет пять назад в начале летней смены прибыла в лагерь новенькая, приятная с виду вожатая Евгения. Дети её просто обожали, любили играть с ней и ходить в лес на костёр. Мальчики влюблялись с первого взгляда в её голубые глаза и длинную русую косу, а девочки мечтали о таком же ситцевом платье в красный горошек.

Володя громко икнул и сам вскрикнул от неожиданности, а затем задержал дыхание с извиняющимся видом.

– Вскоре дети стали замечать, что некоторые воспитанники из её отряда начали бесследно пропадать. На все прямые вопросы вожатая отвечала, что из-за нарушения дисциплины их якобы забрали родители. Когда выяснилось, что это не так, за ней установили слежку. Однажды группа юных следопытов заметила, как Евгения по ночам спускается в подвал одного из зданий. И вот их глазам открылась ужасная картина: вожатая впотьмах разговаривала с кем-то чёрным, обещая привести в жертву нового ребенка, а загробный голос отвечал ей. Информацию тотчас же передали директору, но ситуацию эту замяли. Евгению отправили в психиатрическую больницу, а сам лагерь скоро закрыли. Что же на самом деле стало с детьми – до сих пор тайна, покрытая мраком. Возможно, она пожирала детей или отдавала их в жертву ради какого-то жуткого ритуала. Во всём лагере не нашли ни следов, ни костей, словно они исчезли навсегда, – Тамара в самом конце рассказа слегка изменила голос на более тихий и загадочный.

– Я больше в пионерлагеря ни ногой! Там что ни история, то настоящая жуть! – Рита показательно зажмурила глаза и закрыла лицо руками.

– Я тоже кое-что вспомнил! Слышали историю про гвоздь в полу? – Володя оживился и посмотрел на всех по кругу, закончив с уничтожением запасов продовольствия на некоторое время.

– Нет, рассказывай. Это что-то новенькое, – Клим оторвал короткую травинку и начал ей ковырять между зубами.

– А дело было так! У одной девочки умерла мама, совсем ещё молодая женщина. Долго и сильно болела, пока совсем не иссохла. Перед самой смертью она позвала её и сказала: "Дочка, когда будешь мыть пол, не выдергивай из пола гвоздь, а то случится большая беда". С тех пор прошло много лет, и девочка выросла, сама стала мамой, – Володя сделал театральную паузу, чтобы проверить, что все его внимательно слушают.

– Однажды она стала мыть пол и поцарапала об старинный гвоздь руку, да так сильно, что даже кровь пошла. Она рассердилась и со всей силы выдернула виновника своей раны. И тут раздался звонок в дверь! – Володя снова остановился, но тут же получил лёгкий подзатыльник от Димы.

– Женщина пошла открывать дверь и увидела соседа. Он ей и сказал: "Ты зачем вытащила гвоздь из пола? У нас люстра упала".

От неожиданного финала на полянке возникла гробовая трёхсекундная тишина, после чего ребята разразились задорным хохотом.