Семён Нестеров – Становление. Том 2. Путь мага (страница 51)

— Едва ли это как-то связанно с этой присказкой, — возразил я.

— Согласен. Просто надо думать головой, прежде чем отправляться охотиться на стаю глорхов в одиночку, да ещё и вылакав перед этим целую бутылку шнапса.

— А что тут такого? — вмешался Горн, — от десятка зарубленных тварей секира не сильно затупится, а алкоголь лишь подогреет боевой азарт!

— О тебе я не говорю, но не забывай, что только в этом месяце троих рудокопов загрызли кротокрысы буквально у самых стен лагеря. Если эти мелкие поганцы доставляют обычным людям столько хлопот, что уж говорить о глорхах?

— Слабаки и неудачники, — махнул рукой Горн, — я скорее поверю в то, что магический барьер возвела моя бабка, чем в то, что кротокрыс может загрызть мужчину, способного держать в руках оружие.

— Ты недооцениваешь этих тварей, — ухмыльнулся призрак, — они даже тебя могут застать врасплох, окружив со всех сторон.

— В таком случае пусть попробуют на вкус мой доспех, — похлопал Горн по одной из стальных пластин, которыми были укреплены его штаны и куртка, — резцы-то пообломают!

— Не всем так везёт со снаряжением.

— Даже твои цветастые шаровары вряд ли по зубам этим землеройкам.

— Не знаю. Ни один из них ещё не подбирался ко мне ближе, чем на расстояние выстрела, — улыбнулся Диего.

— Я бы удивился, если бы было иначе, — кивнул Горн.

Лестер тем временем сидел в сторонке, глядя на реку и затягиваясь очередной самокруткой из болотной травы. Это я попросил его отойти подальше, чтобы моя одежда не пропахла дымом. Даже у костра я сидел с наветренной стороны. Я сильно рисковал, отправляясь на встречу с друзьями — было бы обидно выдать себя такой мелочью. Прошло уже больше двух месяцев с тех пор, как на меня было совершено покушение. Наставник, наконец, немного смягчился, разрешив частично продолжить обучение. Амнистия была неполной — я всё также не имел права практиковать магию третьего круга, но теперь мог хотя бы оттачивать уже выученные руны, а также тренироваться бою на посохах. Из лагеря мне дороги не было, однако камни телепортации Корристо забирать у меня не стал. Так как мне было разрешено отрабатывать магические приёмы, то я периодически стал телепортироваться из разрушенного здания в дальнем конце замка в обитель. Я мотивировал это тем, что тренирую скорость наложения заклятья. В конце концов, в чрезвычайной ситуации экстренный пространственный перенос мог спасти жизнь.

Выйти из замка я не мог, не привлекая внимания, но у меня всё же оставалась руна. Нужно было только обеспечить, чтобы никто не заметил моё отсутствие. Чтобы не вызывать подозрений, я каждый день уходил тренироваться с посохом на пару часов, так, чтобы все к этому привыкли. В этот раз я тоже так поступил, но вместо упражнений телепортировался в пещеру у хижины Кавалорна. Всё должно было пройти хорошо — до сих пор меня ни разу не искали. Однако, всё равно я сидел, как на углях — ещё одного непослушания Корристо не потерпит.

Спрашивается, зачем я вообще так рисковал? Чего мне не хватало? Многие мечтают о такой жизни. Быть магом — это почёт и привилегии. Если говорить о колонии, то здесь вообще устроиться лучше было вряд ли возможно. Даже положение подручных Гомеза было шатким и зависело от милости барона, в то время как магам огня никто не приказывал и не угрожал. Были и небольшие минусы, но они меркли на фоне преимуществ. Тем не менее, мне этого было мало. Больше всего возмущало ограничение свободы, которому я подвергся. Зачем эта вся феноменальная сила, если нельзя её по-настоящему использовать? Мне всё время приходилось озираться на наставника, во всём просить его разрешение, будто я раб, а не маг огня. Я не знал, все ли учителя в ордене так ведут себя, но в кодексе нигде не были прописаны такие строгие ограничения. Наоборот, говорилось, что молодой адепт должен проявлять инициативу и самостоятельность, развивать гибкость ума и дипломатичность.

В то же время мне даже запретили посещать Гомеза чаще, чем раз в месяц. По словам магистра, этого было достаточно, чтобы контролировать ситуацию, а общение с каторжниками не шло мне на пользу. В общем, в последние месяцы мне открылось совсем иное лицо верховного мага огня. За маской верного служителя света, мудрого и умеренного лидера на самом деле скрывался деспот, стремящийся так или иначе подчинить всех своей воле. Как сказал бы Ксардас — это комплекс неполноценности. Впрочем, высказать вслух такое дерзкое замечание мог себе позволить разве что отступник. Я же тогда ещё не до конца понимал всю тягость сложившейся ситуации, надеясь, что в скором времени, когда срок моего наказания полностью истечёт, всё переменится. Время показало, что я ошибался…

Глава 37. Метка Спящего

Прошло уже около часа, как мы собрались, и мне было пора возвращаться в замок. Я как можно дольше оттягивал этот момент и всё никак не мог заставить себя подняться и распрощаться с друзьями. Я уж было совсем собрался с силами и хотел заговорить, но меня опередил Горн:

— До сих пор не могу поверить, что ты так по-свински со мной поступил, Лестер! — далеко не в первый раз за последний час пожаловался Горн, обильно «заливавший» своё недовольство пивом.

— Хорош уже причитать, — сказал Диего, — считай, что он спас твою задницу от кучи неприятностей.

— Да плевал я на эти неприятности! Подумать только — две красавицы были, можно сказать, у нас в руках, а он… эх! Даже вспоминать об этом не хочу. Дубина, да и только. Даже его шестопёр и то сообразительней.

Лестер, и так державшийся в стороне, обижено хмыкнул:

— Тебе бы только развлечься. А о судьбе девушек ты подумал? Да они бы с тобой не прожили на этом свете и дня. А сам бы ты получил перо под ребро!

— Перо-херо! — передразнил Горн, — а вот это ты видел? — показал он на секиру, прислонённую к грубо сколоченной из необработанных стволов скамье, — пусть бы только попробовали!

— Не спорь с Лестером, друг, — попытался успокоить здоровяка Диего, — он полностью прав, одной секирой от всех страждущих не отобьёшься. Тебя бы подло убили, а девушек бы…

Горн не дал Диего закончить:

— Ладно! Можешь не продолжать. Я и сам всё пониманию — не маленький. Но можно же было бы что-нибудь придумать? Не обязательно приводить их в лагерь у всех на виду.

— Да, — усмехнулся Лестер, — и жил бы ты в лесу в орочьих землях, в наспех сооружённом шалаше, а то и вовсе в пещере. Был бы почти как этот наш псих, что залез в самый центр трясин и теперь целыми днями сидит на крыше своей хижины, в надежде, что болотные черви до него не достанут.

— Полегче со сравнениями! Я тебе не какой-то там умалишённый! Но пусть даже в пещере! — не сдавался Горн, — зато две девки были бы при мне! Глядишь, скоро бы и новый лагерь основали.

— Ага, через пару лет бегали бы по всей колонии твои детишки. Как бы ты их звал? Горники или горняки? — вставил Лестер, — как раз названьице для рудников подходящее.

— Знаешь что? — покраснел Горн, — хоть ты мне и друг, но ещё одно такое словечко и получишь по морде.

— Успокойтесь! — не выдержал Диего, — довольно препираться. То же мне, нашли повод! Уж от кого-кого, но от тебя, Горн, я не ожидал такого ребячества. Ясное дело, что без женщин тяжко и всё такое, но признай уже, что Лестер поступил мудро. Это было самым элегантным решением.

— Засуньте себе эту элегантность в задницу, — проворчал Горн, но уже не так враждебно. Ладно, я признаю, что Лестер поступил хитро и ловко всё обставил. Но можно было бы сначала устроить свидание с этими красавицами.

— Свидание? — тут уже не выдержал я и захохотал, — не думал, Горн, что ты такой романтик.

— Ну… — пожал плечами верзила, — куда ж без этого.

— Ага, свидание, — передразнил Диего, — знаю я, что у него на уме.

— Да ладно тебе, Диего! — обиделся наёмник, — не плюй в душу! Я бы им даже цветочков нарвал.

— Представляю тебя надушенным, в расшитом камзоле, стоящим на коленях с букетом цветов перед напомаженной дамой! Экий рыцарь, — поддержал Лестер.

Друзья расхохотались и от враждебности не осталось и следа. Чтобы пояснить, о чём толковал Горн, опишу всё по порядку.

Как несложно догадаться, мой изначальный план был прост, как кремень. Лестер, принеся очередную партию болотника, должен был передать Шани или Наталье свитки и эликсиры. Девушки должны были подождать, пока Лестер уйдёт, выпить зелья магии, активировать свитки и благополучно перенестись в пещеру возле хижины Кавалорна. Там их ждал бы Горн или Диего, задача которых была отвести беглянок в надёжное укрытие.

Стражник Аарон, которому я поручил передать посылку для Диего, справился с задачей на отлично. Когда следопыт прочёл моё короткое письмо, он изрядно удивился. Накануне предстоящего турнира было и так полно хлопот, а тут ещё я с безумными планами похищения наложниц Гомеза. Но несмотря на всю абсурдность предложения, Диего отнёсся к нему со всей серьёзностью. Обстоятельства не позволили ему немедленно встретиться с Горном — дорога в Новый лагерь на тот момент всё ещё была перекрыта для людей Гомеза. Зато Лестер оказался в пределах досягаемости. Уже на следующий день два друга взялись за доработку моей схемы. Стоило признать, что их суждения оказались гораздо разумнее и объективней моих.

Во-первых, они не стали портить ход переговоров и отказались от идеи похищения по крайней мере до того, как все соглашения будут заключены и пройдёт турнир. Меньше всего дипломатическому решению способствовал бы разъярённый из-за исчезновения своих наложниц Гомез. Во-вторых, друзья поняли, что само похищение поставило бы под удар всех обитателей и посетителей замка. Вряд ли бы барон спустил пропажу на тормозах. Расследование провели бы однозначно. Вывести женщин из лагеря незаметно — задача не из лёгких, и без магии с ней едва ли возможно совладать, так что первыми подозреваемыми оказались бы маги огня, в особенности молодой адепт по имени Мильтен. Друзья сделали всё, чтобы не подставить меня.