Семён Лист – В плену тайги (страница 2)

Мужчина, наконец согревшись, сел у печи.

— Спасибо, — сказал он хрипло. — Как тебя зовут?

— Артём.

— Я Дмитрий. А это... это Вера, моя невеста.

— Невеста, — повторил Артём без выражения. — Как вы здесь оказались?

— Сплав заказали. Коммерческий маршрут — "Тайга-тур". Организаторы сказали, что река спокойная, справятся новички. А тут... пороги, камни. Капитан не справился. Лодку перевернуло. Мы с Верой держались друг за друга, а остальных...

Он замолчал, сжав голову руками.

— Сколько дней вы в пути? — спросил Артём.

— Пятый. Запас еды и рация — всё на дне. Мы даже не знаем, где мы. Навигатор утонул.

Артём помолчал. Потом сказал:

— Вы в глухой тайге. До ближайшего жилья — двести километров. Зимой здесь не ходят.

— Но есть же посёлки? — вскинулся Дмитрий. — Вертолёты? Спасатели?

— Ничего нет. Только я.

Он сказал это спокойно, будто констатировал погоду. Дмитрий побледнел.

— Ты... ты кто? Как ты здесь живёшь один?

— Долгая история. — Артём подбросил дров в печь. — Сейчас не об этом. Твоя невеста очнётся — надо будет поить и кормить. Сил набираться.

— Сколько мы здесь будем? — голос Дмитрия дрожал.

— Сколько потребуется.

— А если... если ты нам не поможешь? Если бросишь?

Артём посмотрел на него долгим взглядом. Потом ответил:

— Не брошу. Но помните: вы никому не должны рассказывать, где были. И обо мне — ни слова.

— Почему?

— Потому что если расскажете — меня убьют.

Дмитрий хотел спросить ещё, но в этот момент девушка застонала и открыла глаза.

— Дима? — прошептала она. — Где я?

— В безопасности, — Дмитрий бросился к ней. — Спи, милая. Ты в безопасности.

Артём отошёл к окну. За стеклом темнела тайга. «Что я наделал? — подумал он. — Что я наделал…»

Но ответа не было.

Глава 4. Привыкание

Первые недели были самыми трудными.

Вера — так звали девушку — оказалась на удивление живучей. Она пришла в себя через сутки, могла уже сидеть и пить отвар. Через три дня встала, хотя ноги дрожали. Дмитрий ходил за ней тенью, подхватывал при каждом шаге.

Артём выделил им угол избы за печкой, отгородил ширмой из шкур. Дмитрию это не понравилось — он хотел, чтобы они спали рядом с ним, «для тепла». Но Артём настоял: ему нужен был свой угол, свои вещи, своё пространство.

Быт в избе

Изба Артёма была маленькой, но крепкой. Сруб из лиственницы, законопаченный мхом, держал тепло даже в трескучие морозы. Печь из камней, сложенная с умом, топилась долго и ровно. Вдоль стен — полати, застеленные шкурами. На полках — глиняные горшки, деревянные миски, берестяные туески. В углу — верстак с инструментами: топор, ножи, скобели, шилья. На стене — гусли, ружьё и связка сушёных трав.

Вера с любопытством разглядывала убранство:

— Ты всё это сам сделал?

— Почти. Избу — сам. Посуду — сам. Шкуры — сам.

— А... это? — она кивнула на гусли.

— Нашёл. Прежний хозяин оставил.

— Ты играешь?

— Немного.

Дмитрий хмурился:

— Вера, не приставай к человеку. Ему и без нас хлопот хватает.

— Я не пристаю. Мне интересно.

Артём промолчал. Он не привык к такому вниманию. Шесть лет одиночества сделали своё — чужое присутствие раздражало, давило. Особенно когда эти двое начинали ссориться.

А ссорились они часто. По любому поводу.

Первые ссоры

— Дима, зачем ты взял последнюю рыбу? Артём сказал, что нужно оставить на уху.

— Я голоден! Мы все голодны! Если он такой добрый, пусть приносит больше.

— Он приносит, сколько может. Ты же сам видишь — зима на носу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.