Семён Афанасьев – Игра без правил (страница 33)

В довершение всего, вокруг дерева не рос кустарник, так что оружие стрелков – вероятно, отличные винтовки, которыми раньше пользовались Сорель и Пореченков – остались лежать там, и пока что никто из «апачей» не рискнул перебежать примерно десять метров простреливаемого пространства туда и столько же обратно, чтобы забрать их. Минус две хорошие винтовки у противника – как ни крути, большой плюс для нас, да и оба убитых стрелка явно умели стрелять, потому что попасть в человека с шестисот метров, даже при условии удобной огневой позиции и открытости мишени – задача далеко не тривиальная. Снайперу, конечно, плевое дело, марксману[1] или взводному снайперу с марксманской винтовкой вроде той же EBR M14 – тоже ничего невозможного, они на такие дистанции и стреляют, но простому человеку без теоретической и практической подготовки – предельно маловероятно. Есть, правда, вариант, что кто-то заранее забирался на это дерево и замерял расстояние, а затем Сорель, будучи отличным снайпером, заранее пристрелял винтовки на эту дистанцию и объяснил будущим стрелкам, как брать поправки. Однако я не сомневаюсь, что он выбрал на роли марксманов самых толковых бойцов из «апачей», так что крути не крути, а мы выбили у них двух их лучших стрелков, так что гибель Райбека, в общем-то, окупилась, тем более, что и его винтовка осталась у нас, а Бунстер хоть и не обладает всеми нужными снайперу навыками, но собственно стрельба у него на приемлемом уровне.

Я подполз к Бунстеру и вправил ему руку: вывих оказался плевым, ушибы от падения – ерундовые. Еще он ушиб колено, но ему бегать все равно не нужно, а стрелять можно с упором, так что Бунстер все еще в строю.

Вскоре мы потеряли еще одного бойца – им оказался Сингх. Вел огонь из хорошей позиции, затем просто бац и пуля в глаз. Причем из «калаша», то есть, чистое везение для стрелка. Не критичная потеря, но неприятная, он был в отличной форме и неробкого десятка. Итого у нас уже минус шесть, то есть, почти десять процентов от общего числа, и сейчас нас остается чуть больше шестидесяти. Плохо. Потеряли Райбека – плохо, это был, фактически, третий по мастерству снайпер. С другой стороны, у «апачей» минус двое самых лучших или одних из лучших, и пока неясно, сколько еще убитых и раненых.

Я заполз в свою хибару – благо, она не простреливается прицельно – и принялся шарить по камерам. Ильза, взяв с меня слово, что я буду тут и никуда не попрусь делать глупости, вооружилась биноклем и поползла в южный край поселения, выходящий на море, потому что там у нее имелся хорошо защищенный наблюдательный пункт на крыше. При этом ее не смогли бы достать «с земли» ни из какого направления, а с холма на северо-западе дистанция более километра уже, то есть, даже если ее и заметят, то попасть в десятисантиметровую щель один хрен нереально, ну а единственная реальная угроза – стрелки на дереве – благополучно устранена. Сноу она поместила посреди селения так, чтобы криком передавать ей данные, а та уже передаст их криком мне или кто будет ближе.

Парой минут позже мимо входа в хибару прополз один боец и, заметив меня, спросил:

- А где Вогель?

- Был где-то неподалеку. Крикни, отсюда он должен услышать.

- Вогель!!! – завопил он.

- Тут!

- Блекджек говорит – есть снайпер в семи сотнях! Позиция под кустом за деревом, ориентир три пальмы, наклоненные вправо, на десяти часах! Должна хорошо простреливаться с твоего места, но тебе не видна! Блекджек даст тебе целеуказание трассирующей пулей по готовности!

- Понял! Ориентир вижу! Готов!

- Передаю Блекджеку!

Он пополз назад. Не прошло и минуты, как я услыхал четыре выстрела подряд из винтовки Макса, а затем с той стороны, где находился Блекджек, раздался буквально шквал очередей.

- Макс, попал?

- Не уверен, но позиция уничтожена!

Вскоре тот самый посыльной приполз снова, и от него я узнал, что Макс действительно попал в стрелка, который прятался в указанном месте, при этом второй «апач», который сидел вместе с первым, запаниковал и побежал, спровоцировав свинцовый шквал по себе. Поскольку это место уже зацелили полтора десятка наших бойцов, добежать до более надежного укрытия ему не удалось, хотя, прояви он минимум выдержки и затаись, никто бы и не понял, что там сидело двое, а не один.

[1] Марксман в западных армиях – то же самое, что взводный снайпер у нас, то есть, боец в составе пехотного взвода, вооруженный полуавтоматической «марксманской» винтовкой типа СВД или М14.

Глава 24

В какой-то мере ситуация начала выравниваться. При наших минус шести, включая одного особо ценного бойца, у противника уже четыре подтвержденные потери, из которых два хороших стрелка с хорошим оружием, и еще двое сами по себе, может быть, не особо ценны, но их позиция была одной их самых близких и потому опасных.

Примерно к двенадцати часам дня стрельба сошла к минимуму. Враг перестал поливать нас свинцом наудачу, потому обмен скупыми очередями случался только когда кто-то где-то что-то замечал и начинал стрелять, тем самым вызывая ответный огонь по себе. Ильза со своего поста заметила меж кустов еще один, пятый труп, что довело наш счет до пяти и почти выровняло его.

Я воспользовался затишьем для того, чтобы обползти все нужные мне места, в спокойной обстановке расспросить тех, кто стоял на часах в момент атаки, и восстановить полную картину произошедших событий. Выяснилось, что стреляли с запада и северо-запада, в то же время с севера и востока враг некоторое время молчал. И только когда мы начали отражать атаку, некоторые бойцы впопыхах заняли позиции, защищенные с направлений, откуда стреляли, но открытые с севера и востока, и только тогда началась стрельба и оттуда, что и повлекло за собой вторую и третью наши жертвы.

Это натолкнуло меня на кое-какие умозаключения, которые я изложил Блекджеку.

- Смотри, какой у них был план: они жестко обстреляли нас с одного направления, потратили кучу боеприпасов просто на стрельбу вслепую, по лачугам, не очень-то и пробивающимся с такой дистанции. Выглядит как нецелесообразная трата боеприпасов,потому что фактически они никого не убили, не считая часового, что погиб первым. Вероятно, расчет строился на то, что мы испугаемся массированного обстрела и попытаемся убежать в другую сторону, где нас покосили бы на голом песке. В какой-то мере это оправдало себя – все же, два трупа – но не особо. В дальнейшей перестрелке мы теряем еще одного, потом благодаря из «домашней заготовке» с деревом они убивают Райбека – ход хороший, но вы с Максом заставили их за это заплатить. Затем мы теряем Сингха по случайности, взамен выбиваем им еще двоих, ну и неучтенный пятый труп. То есть, их план провалился, и почти все их первоначальное преимущество мы отыграли назад, сейчас ситуация скорее в нашу пользу, и если тенденция сохранится – их ситуация будет ухудшаться. Сюда добавляем то, что свой первоначальный успех они купили ценой дикой растраты боеприпасов, сейчас большая часть выстрелов с их стороны – одиночные.

- Согласен, но мы все еще в осаде, что дает им тактическое преимущество и инициативу. Условно, они могут отправлять две-три группы по пять-шесть человек и собирать контейнеры, в то время как мы такой возможности полностью лишены. При этом они чувствуют себя хозяевами положения, а наш моральный дух сейчас невысок, мы в западне. У них в руках вся инициатива.

- Знаешь, у нас в России есть такая шутка… «Я медведя поймал! – Так сюда веди! – А он не идет! – Тогда сам иди! – Не могу, медведь не пускает!». У нас есть крыша над головой и припасы. У них – только «лисьи норы» да кроны деревьев, и при первом же дожде они окажутся по уши в воде и грязи. Дождь в среднем раз в пять-шесть дней, и предыдущий был четыре дня назад. Один дождик – и тут начнется Пашендейл[1] в миниатюре, причем только для них, но не для нас. Им придется либо идти на решительный штурм, либо снять осаду и двинуть обратно, и тогда уже они будут полностью деморализованы своим провалом. Ну либо продолжать сидеть и лежать в своих окопчиках в грязи, что оокажет губительное влияние и на их моральное состояние, и на физическое.

- Угу. Только до дождя еще надо дожить. Нет спору, если бы у нас было подразделение морской пехоты или хотя бы немного опытный пехотный отряд – мы бы выдержали эту осаду. Но у нас, прямо скажем, состав, не идущий в сравнение с регулярным подразделением, моральный дух и мотивация у нас тоже отнюдь не как у нормального солдатского коллектива.

- Это вообще не оспаривается, но, тем не менее, я оцениваю ситуацию настолько благоприятной для нас, что даже заранее возражаю против вашей с Максом ночной вылазки как ненужного риска. Все, что нам нужно – сохранять спокойствие и дисциплину. Да, трудно иметь высокую мораль, когда по тебе могут жахнуть в любую секунду, но как раз для этого у меня есть план. В контейнерах часто бывают дымовые шашки, но используются они, насколько я знаю, нечасто. У нас есть это добро?

Блекджек наморщил лоб.

- Ну, вроде бы, у меня на складе валялось штук шесть, плюс есть несколько у лидеров подразделений.

- Тогда слушай, какой у меня план. Мы начинаем видимый для противника отход с восточной части поселка на западную, затем закрываем дымовыми шашками центр и запад лагеря. Один человек, имея несколько дымовых шашек, бежит под прикрытием дыма на запад вдоль пляжа, ставя перед собой дымовую завесу. Его задача создать дымовое прикрытие на всю ширину вырубленной полосы, как будто мы пытаемся прорваться в лес и сблизиться с противником на западной стороне. Как думаешь, какая будет реакция «апачей»?