Семён Афанасьев – Игра без правил (страница 22)

«Апачи», хлебнув говна в первый раз, нас пока что не беспокоят. Один раз имела место перестрелка за контейнер, по итогам которой был убит игрок-одиночка, не принадлежащий ни к одной стороне, наш один пират, а именно Зурита, бывший старшим в группе, получил царапину, и контейнер в итоге достался нам.

Я об этом, впрочем, узнал уже постфактум, когда рейд-группа вернулась с трофеями, и по этому поводу у нас состоялся разбор полетов в тесной компании, без посторонних.

Главный момент заключался именно в убитом одиночке. Дело там повернулось таким образом, что рейд-группа, обнаружив контейнер, залегла на время поблизости, затем к контейнеру вышел посторонний игрок и был убит из засады «апачами», которые таким образом выдали свое присутствие. Завязавшаяся перестрелка вслепую закончилась практически ничем, потому что обе стороны стреляли, толком не видя противника, и «апачи», которых было всего лишь два или три человека, смотались.

- Два момента, - заметил я, когда Зурита, отчитавшись, ушел распивать виски, положенный ему как лидеру успешного рейда и пострадавшему за общее дело. – Первый – если бы не случайный человек, к контейнеру могли бы первыми подойти наши, и тогда были бы печальные потери. Второй – имея преимущество в инициативе и числе, наша группа упустила врага, не сделав ни одного «фрага».

Блекджек пожал плечами:

- Ну бои за контейнеры – ненадежная штука, как и война вообще. Не все можно заранее предусмотреть и просчитать. Тактически Зурита все правильно сделал.

- А к нему-то как раз претензий у меня нет, это наш с тобой общий прокол на стратегическом уровне. Мне казалось, что все очевидно, что ты сам все понимаешь, и потому не стал тебе объяснять простые вещи. Ну а ты немного того… не увидел леса за деревьями.

- Боюсь, что не понимаю, о чем ты.

- Ты послал группу с установкой добыть контейнер, хотя он нам не критичен. Следовало бы сделать акцент на том, что грохнуть «апача» или двух намного важнее. Опять же, все наши были под антирадарами.

- Стандартная практика, - ответил Шрайвер, - у нас люди в целом посильней «апачей» в смысле боевой подготовки, ты и сам признал, что у них сброд. Логично не дать им перекрыть наше преимущество перками, разве нет?

- Было логично, Джейсон, до моего появления. Пока меня не было – стоял вопрос о выживании. Теперь стоит вопрос об уничтожении противника. Антирадары – это тактическая пассивность. Как мы видим по итогу боя, преимущество в подготовке оказалось недостаточным, чтобы одержать победу с «фрагами». При этом обрати внимание еще вот на какой момент: когда ты под антирадаром – ты отказываешься от преимуществ, которые дают тебе перки при условии, что у противника перков нет. «Апачи», с которыми была перестрелка, может быть, вообще были без перков, и все равно ушли целыми.

- Но вместе с тем антирадар нивелирует преимущество противника, если у него перки круче, - вступилась за соратника Ильза.

- Верно, но нивелировать преимущество противника – тоже не оптимальный способ действий. Вообще, антирадар – штука такая, ты ничего не проигрываешь и ничего не выигрываешь. То есть, иногда это хорошо, а иногда – плохо. А теперь предположим, что группа приближается к контейнеру, устраивает засаду поблизости, один человек прячется будто бы в засаду и включает перки, выключив антирадар. Он – приманка. Остальные по-прежнему под антирадарами. Теперь смотрим со стороны противника. Положим, враг подходит или уже подошел с перками. Он обнаруживает приманку и знает, что обнаружен, если у него есть «сигнализация», но не может знать, есть ли «сигнализация» у приманки. Он может действовать по-разному: можно уйти, можно попытаться напасть на приманку. Далее, противник подходит под антирадарами. Это уравнивает ситуацию, если рядом нет лишних, но если одиночки тоже идут к контейнеру – наша команда о них знает, «апачи» в неведении. То есть, у нашей команды больше информации, а это преимущество. Наконец, враг тоже может подойти частично с перками, частично под антирадаром. Ситуация равная. Таким образом, все варианты делятся на две основные группы: либо у нас преимущество, либо его нет ни у кого. То есть, «математическое ожидание» для нашей группы в среднем выше нуля и никогда – ниже. Далее, сама игра при равных исходных тоже может идти по-разному. Например, наш боец-приманка обнаруживает противника и включает антирадар. Что делает противник?

Блекджек задумался.

- «Апачи» не могут знать, наш это человек или одиночка… Ну, есть шанс, что они попытаются догнать его и попадут в засаду. Но если они за ним не пойдут…

- Тогда снова игра на равных, - вставил Макс.

- Именно. То есть, это снова вариант, при котором либо равная ситуация, либо у нас преимущество. Нам надо проработать определенные шаблоны поведения и натаскать бойцов. Все это еще не дает гарантию против провала рейда, но когда математическое ожидание в среднем выше нуля – с ростом числа попыток растет профит и уменьшаются шансы остаться в проигрыше.

В целом, подготовка шла со скрипом: у нас не такой сброд, как у «апачей», но тоже не отборная гвардия. Что хуже – относительно спокойная жизнь привела к некоторой расслабленности контингента, так что Шрайверу приходится потеть, вколачивая в подчиненных азы военной премудрости.

Выхожу на пляж, где размечены условные препятствия, и вижу Блекджека, возвышающегося над валяющимися «курсантами».

- Упражнение не засчитано, – вздохнул Блекджек, обращаясь к старшим сразу двух «пятёрок».

- А сейчас-то что не слава богу? – тут же возмутился первый.

- Вроде, и рельефом пользовались, как ты говорил! – поддержал его второй. – И на вертикаль обращали внимание!

- Скорость движения, - пояснил Шрайвер. – Есть определённые нормативы по скорости движения.

- Да ну, мутотень какая, - уже значительно тише продолжил первый «сержант» по имени Кастл, в прошлом обычный взломщик, случайно порешивший копа. – Ну мало ли, кто с какой скоростью бежит?! Вон хоть и на моих посмотри. Ченнинг, Джона, сюда!

К нам бодро подбежали неторопливой рысью двое, с первого взгляда напоминающие комических актёров. Один высокий, под метр девяносто, и очень худой. Второй наоборот: плотный, около метра шестидесяти, почти квадратный. Этот вообще и внешне, и походкой похож на известного персонажа детской сказки.

- Ну вот взять их. Если надо добежать быстро и недалеко, Ченнинг сделает Джону на один-два. – Разошёлся в аргументации Кастл, поощряемый внешне спокойным видом Шрайвера. – А если надо доставить информацию с первого выносного поста вдоль берега в лагерь, к примеру; а потом вернуться на пост, то тут первым наоборот придёт Джона.

Гордый безупречной логикой аргумента, он победоносно впивается взглядом в Блекджека.

– Можно я не буду обсуждать твои личные взгляды на вещи? – хищно улыбается уголком рта «тюлень». - В реальной обстановке ты бы оставил без прикрытия левый фланг. Ну или, точнее, вы бы оставили. Соответственно, утащил бы за собой на тот свет ещё пару человек. Если не всю пятёрку, - подумав, поправился он. –Тут уже зависело бы от ответа с той стороны. Если бы они проворонили, то были бы варианты. Но знаешь, как называется план, который строится в расчёте на ошибку противника?

- Нет, - озадачился тот.

- Это авантюра, Кастл, – хлопнул себя по коленям Блекджек. – Если мы сейчас в наработке начнём руководствоваться пожеланиями командиров пятёрок, это будет чистейшей воды авантюра.

Я бы мог ещё кое-что добавить, но влезать в общение командира с подразделением – крайне дурной тон. Чревато сразу несколькими проблемами одновременно.

К счастью, Блекджек родился далеко не вчера. Явно отмечая колебание на лице уже подуставшего народа, он добавляет:

- А есть и ещё один вариант. Весь тактический замысел может быть известен только одному человеку. Согласен?

- Разыграть народ втёмную? – прорезается Райбек, отзеркалив улыбку Шрайвера уголком рта. – Количества неважны? Главное – победа любой ценой?

Он сейчас явно сказал не всё, намекая на то, что выжившему начальству будет без разницы количество потерь среди рядовых «ног».

- Боже упаси. – С донельзя серьёзным видом поворачивается в его сторону Шрайвер. – У нас тут связь какая? Мгновенная? Или с задержками?

- Второе, - вынужденно признает Райбек.

- А что быстрее – наша связь или, порой, изменения обстановки?

В этот раз самый разговорчивый оппонент молчит, потому Блекджек завершает мысль, повышая голос, чтоб слышали все:

- Обстановка в наших условиях, с учётом рельефа, может меняться очень быстро. Чтоб парировать все угрозы, плюс компенсировать их превосходство в числе и огневой мощи, наше основное оружие – точные шаблоны и безукоризненное исполнение.

- Сил реально больше нет! – вздыхает Кастл, выглядящий сейчас чуть отталкивающе. – Ну целый день бегаем! К чему это всё?! Оно точно нам поможет?

Блекджек, кстати, дисциплинированно набегает за серию упражнений почти столько же, сколько и рядовой боец. Движется он, правда, чуть сбоку, но это никак не влияет на общий километраж.

- Объясняю последний раз. – Шрайвер без труда изображает в этом месте стоическое терпение, глубоко вдыхая и шумно выдыхая. – Для всех присутствующих. – Он выдерживает театральную паузу и обводит взглядом окруживших его людей. – Есть нормативы. Они основаны на давно просчитанной механике, физике, и ещё хер знает на чём из науки. Суть понятия, кратко: стрелок, целящийся по твоему бегущему силуэту, выполняет несколько действий. Выбор цели, - Шрайвер отгибает от кулака мизинец. – Интуитивный просчёт упреждения. – К мизинцу присоединяется безымянный палец. - Прицеливание…