Сэм Уэст – Сплаттерпанки (страница 14)
- Вам придется простить меня за то, что я оставил вас всех с кляпами во рту, пока я произношу свою речь перед ужином, но я уверен, что вы понимаете, что я хотел бы говорить без помех. Как я уже сказал, добро пожаловать на наше небольшое собрание. Меня зовут Ричард Грейнджер, и я миллионер, сделавший себя сам. Это мой младший брат Харлан, а это Себастьян Коннелл-Райт, ваша настоящая аристократия голубых кровей, - сказал он, указывая на великолепного мужчину справа от себя.
- Привет, - сказали Харлан и Себастьян в унисон, а затем рассмеялись.
- Блондинка - жена Себастьяна, а толстая корова, которая скоро снова присоединится к нам, - моя жена Эстер. Эх, вспомнишь черта...
Толстую женщину сопровождал в бальный зал вооруженный охранник. Теперь она тоже была обнажена. Ее жировые складки подпрыгивали при ходьбе, и она рыдала. Мужчина подвел ее к свободному месту между Харланом и одним из похищенных мальчиков.
- Тебе нужно заткнуться, дорогая жена, или я отрежу твой трясущийся жир и заставлю его сожрать.
Казалось, это сработало. Ее рыдания стали потише.
- Так-то лучше. Теперь, если вы еще не поняли, вы все здесь умрете. Я настоятельно рекомендую вам поступать так, как будем говорить я, мой брат и Себастьян, и этим максимально облегчить себе оставшиеся дни. Вы не должны ожидать ничего, кроме абсолютного унижения во время вашего здесь пребывания, и послушание - единственная добродетель, которую я вам рекомендую. Вы все были специально выбраны из-за вашей уникальной красоты, но вы должны понимать, что ни в коем случае не можете полагаться на свое обаяние. Если вы попытаетесь использовать свое тело или милое личико, чтобы торговаться с нами, вы рискуете разозлить нас, потому что мы лишены всякого человеческого сострадания и живем, чтобы видеть, как вы страдаете. Не буду лгать, ваша участь будет трудна и болезненна, и малейшее неповиновение будет караться самым суровым наказанием...
Очевидно, рыжеволосая девушка услышала больше, чем могла вынести. Она вела себя эмоциональнее всех остальных. Девушка рыдала и слезы текли из ее глаз, смешиваясь с соплями, которые пузырились у нее в носу. Ее маленькие груди дергались вместе с грудной клеткой, когда она кричала в кляп.
- Пожалуйста, разберись с ней, Харлан, - сказал Ричард, его маленькие глазки сузились еще больше, так что стали едва заметны на его толстой голове. - Но сделай это тихо, я здесь пытаюсь говорить.
- Будет сделано, старший брат.
Он вскочил на ноги и прошел позади толстой Эстер к девушке, которая извивалась так сильно, что ножки стула попеременно отрывались от пола.
- Дерзкая маленькая рыжеволосая сучка, не так ли? Ну давай поговорим о том, как надо вести себя в соответствии со своим стереотипом.
- Харлан, я же попросил.
- Прошу прощения.
Ричард вздохнул и продолжил.
- Как я уже говорил, вы поступите правильно, если будете послушны и покорны. Выполнение наших желаний - ваша единственная функция. Не то, чтобы вы много выиграете, делая то, что вам говорят, а просто потому, что вам есть что терять.
Пока Ричард говорил, Харлан отвязал брыкающуюся рыжую и ударил ее лицом о столешницу, задрав ее стройную задницу в воздух. Она больше не кричала, из-за его мясистых рук, обхвативших ее шею. Глаза девушки безумно выпучились, а лицо приобрело более темный оттенок красного.
Никто больше не стонал в свои кляпы, слышалось только глухое рычание Харлана, пока Ричард продолжал говорить:
- Я также хотел бы добавить, что побег невозможен. Мы находимся в глубине сельской местности, и, по крайней мере, миль на сорок вокруг нет даже самой маленькой деревни. Территория этого замка занимает более десяти тысяч акров, и даже если каким-то чудом вам удастся проскользнуть мимо многочисленных охранников снаружи, которые патрулируют территорию двадцать четыре часа в сутки, и получится преодолеть две мили до границы, вы все равно не сможете взобраться на тридцатифутовую стену, увенчанную колючей проволокой, которая полностью окружает здание.
Он на мгновение замолчал, чтобы его слова дошли до сознания. Звуки ворчания Харлана повисли над столом, как ядовитый газ. Она взглянула на Майка, который тоже смотрел на нее. Среди всего этого разврата, всей этой грязи и омерзительной похоти она была до нелепости тронута тем, что он смотрел ей в глаза, а не на грудь. Двое других парней, сидевших рядом с ним, избегали зрительного контакта с ней, а когда смотрели в ее сторону, их взгляды задерживались на ее груди. Майк до такого не опускался. Она чувствовала связь между ними. Ей даже удалось слегка улыбнуться. Мимолетно он ответил ей самой слабой улыбкой, которую она когда-либо видела в своей жизни. Когда он это сделал, в его глазах стояли слезы.
- И жены, вы также должны понять, что к вам не будет никакого особого отношения. Мы собираемся убить наших гостей ради забавы, но также мы хотим убить и вас, потому что нам с Себастьяном надоело быть женатыми. С вами будут обращаться более сурово, чем с другими гостями вечеринки. Все вы должны уяснить - мы видим в вас не людей. Вы для нас животные. Животные, которых мы кормим в обмен на их услуги. Скот, который мы бьем, когда он отказывается быть использованным.
- Слушая все это, я понял, что умираю с голоду. Не развязать ли нам гостей и начать пир? В конце концов, это ведь вечеринка.
- Действительно, Себастьян, в самом деле. Но не могли бы вы все любезно извинить меня на минутку?
Как только Ричард встал, чтобы выйти из-за стола, Харлан эякулировал. Он громко застонал, его тело напряглось, вены на шее рельефно проступили.
- Блядь! - воскликнул он, сжимая шею девушки так сильно, что ее лицо из красного стало фиолетовым.
- Осторожнее, брат, держи себя в руках, - предостерег Ричард от двойных дверей, прежде чем исчезнуть за ними.
Молли с некоторым облегчением заметила, что руки Харлана ослабли на шее девушки, и цвет ее лица стал медленно возвращаться к чему-то, отдаленно напоминающему нормальный, в то время как сама она осталась лежать, навалившись на стол, судорожно борясь с рвотными позывами.
- Черт, это было здорово, - сказал он, потирая свой все еще твердый, забрызганный кровью член, прежде чем засунуть его обратно в штаны.
Он принялся за работу, помогая Себастьяну развязать шесть пар рук, которые были привязаны к подлокотникам. Харлан толкнул контуженную рыжую обратно на ее место, и она закричала от боли. Лужа крови образовалась под ее стулом, и Молли содрогнулась от жалости, задаваясь вопросом, сколько внутренних повреждений было ей нанесено.
Себастьян развязал Молли.
- Нам будет так весело, - прошептал он ей на ухо, прежде чем перейти к Эванджелине.
Как только девушку развязали, она навалилась мертвым грузом на ее поврежденную руку. Молли сама вытащила кляп из рта.
- Эванджелина? Ты в порядке?
Она понимала, что вопрос был глупым, но не знала, что, черт возьми, еще спросить. Девушка посмотрела на нее и что-то прошептала одними губами. Конечно. Благодаря Харлану и его перочинному ножу девушка стала немой.
- Значит, Молли – это ты.
Молли искоса посмотрела мимо Эванджелины и мимо раненой рыжей, которая все еще не сдвинулась со своего места, навалившись на стол, на красивую женщину, которая обратилась к ней.
- Да. И что?
Но еще прежде, чем вопрос сорвался с ее губ, Молли уже знала ответ. Это была жена Себастьяна, и она ревновала. Несомненно, ебнутая на всю голову, но, тем не менее, все еще ревнующая.
- Я просто хотела знать, вот и все.
Молли почувствовала прилив гнева из-за неуместной ревности этой глупой женщины. Ее собственный муж собирался убить ее, а все, что ее волновало, это то, что муженек хотел убить еще и другую женщину.
- Я не просила, чтобы меня привезли сюда для того, чтобы убить.
- Ну, ну, дамы, - засмеялся Себастьян, развязывая последнего из трех парней. - Как бы я ни любил, когда красивые женщины дерутся из-за меня, вы, сучки, не можете здесь распоряжаться. Это моя вечеринка, вечеринка Ричарда и Харлана, а вы гости, поэтому должны быть вежливыми и уважительными. Не так ли, Харлан?
- Бесспорно, - ответил тот, садясь на свое место.
Снова появился Ричард, и все опять сели за стол, чтобы начать адский званый ужин.
12.
Ричард привел с собой одного из охранников. Новоприбывший небрежно стоял у дальней стены, направив на них винтовку.
- Просто небольшой стимул для вас всех вести себя прилично. Я считаю, что постоянная визуальная угроза творит настоящие чудеса. За всех вас!
Ричард поднял бокал с шампанским в тосте. Молли была первой из пленников, кто поднял свой в ответ - она слишком хорошо помнила, что Харлан сделал с ее все еще ноющей рукой, когда она этого не сделала. Когда Майк поднял свой бокал, их глаза снова встретились, и каким-то образом его взгляд наполнил ее крошечным проблеском надежды.
Двое мальчишек рядом с ним тихо плакали, но все же сумели поднять свои бокалы. Чего нельзя было сказать о двух девушках справа от Молли. Теперь, когда их запястья больше не были привязаны к стульям, и рыжая, и Эванджелина упали лицом на стол. Трое мужчин, казалось, не обращали внимания на такое неповиновение. В данный момент.