Сэм Хьюз – Тонкая структура (страница 18)

— Том, ты не можешь просто так все бросить. Ты же должен быть ученым, а это не более, чем суеверие.

— Тогда найди мне научное объяснение. Я уже не знаю, во что мне верить.

Глава 14. Четырехмерный человек

Постановка опыта:

— Водолазное снаряжение, — произносит Джозефина Берд, поворачиваясь в своем кресле лицом к Митчу в тот момент, когда он входит в ее кабинет.

Митч, напряженный и слегка промокший от измороси, встает в дверях как вкопанный. Невысокого роста, с массивным рюкзаком за спиной, заполненным проверенными рабочими тетрадями школьников — в такой рюкзак он бы, наверное, поместился целиком.

— Джозефина, я катастрофически недооценил пробки в эту сторону. Дорогу по каким-то непонятным причинам просто разворотили. Я застрял на железнодорожном переезде. Если с обратной дорогой все будет настолько же плохо, то мне надо отправляться уже через десять минут. Так что если вы не готовы обрушить на меня поток небылиц и перейти, скажем так, к сути дела, то после обеда мне надо вести уроки.

— Мы могли бы перенести встречу…

Взмахнув рукой, Митч оставляет свой рюкзак в углу и, плюхнувшись в другое кресло, подъезжает к столу Зеф.

— Но сейчас-то я уже здесь. Что вам удалось узнать?

Оказывается, речь идет о новостях в местной газете. В статье, которую разглядывает Зеф, говорится о загадочном исчезновении примерно двух тысяч фунтов из местного банка. Кража произошла посреди ночи; сигнализация не сработала, похитители не оставили ни отпечатков пальцев, ни каких-либо улик, а камеры видеонаблюдения не зафиксировали ничего необычного. Ночью в одном из нескольких сотен закрытых металлических ящиков находилось пятьдесят тысяч фунтов в виде двадцаток, сложенных в толстые пачки банкнот. На следующее утро одна из пачек просто испарилась. Подзаголовок гласит:

Полиция в замешательстве

Митчу статью читать не нужно. Он ее уже знает; экземпляр той же самой газеты есть и у него.

— Становясь полностью неосязаемым, вы не можете дышать, — говорит Джозефина. — Чтобы сохранять полную невидимость в течение продолжительного времени вам требуется дыхательный аппарат. В радиусе трех миль от места вашего проживания есть только один магазин, торгующий водолазным снаряжением, и как оказалось, вы действительно были там и взяли кое-что в аренду. Поздравляю, Митч Калрус, вы первый в мире суперзлодей.

Митч выглядит, как ребенок, которого поймали с поличным. Он старается избегать сурового взгляда Зеф и откидывается на спинку кресла, чтобы увеличить дистанцию. — Х-а-а. Будь я проклят.

— А еще как суперзлодей вы просто ужасны— в смысле ужасно некомпетентны. Я самый ленивый в мире сыщик-любитель. Мне потребовалось задать буквально один вопрос одному работнику магазина, и я уже знала, что это вы.

Пока что Митч не сбежал. Собственно говоря, он выглядит, скорее, смущенным, чем настроенным в штыки. Именно на это Зеф и сделала ставку. — У вас есть преимущество — вы знаете, на что я способен, — замечает Митч.

— Если уж на то пошло, то о ваших способностях я знаю куда больше, чем вы сами. И я единственный человек, которому о вас хоть что-то известно. Во всяком случае, прямо сейчас. Без этих знаний история с кражей остается неразрешимой загадкой о запертой комнате. С другой стороны, я могла бы просто рассказать полиции о своем знакомстве с человеком-сенсацией, который может видеть через стены и проходить их насквозь, и тогда вы бы отправились в тюрьму. Вы ведь воспользовались водолазным снаряжением, чтобы попасть в банк, верно? Наверное, остановили машину за углом, вошли в здание, сотня футов вперед, потом столько же назад — проще простого. Вы уже успели притронуться к этим деньгам? Голыми руками? Не через сухой гидрокостюм?

— Ха, ну да, думаю, да…

— У вас были приводы?

— Нет!

— Значит, если вы вернете деньги сегодня, то вас, скорее всего, не найдут по отпечаткам пальцев.

Митч выглядит ошарашенным.

— Слушайте, водолазное снаряжение обошлось недешево…

— Митч! Митч! Посмотрите на меня! Вы же учитель! Среди детей! Вы должны быть примером для подражания! А это о чем говорит? Что совершать преступления плохо, если только вы не можете со всей уверенностью, на 100 % избежать наказания? Считайте это своей дорогостоящей ошибкой. Считайте, вам повезло, что я просто не позвонила куда следует, и ваши траты не превратились в тюремный срок.

— В тюрьме я бы не задержался.

— Верно, но жизнь вам вполне могли бы подпортить. Попытаетесь пройти сквозь офицеров полиции — значит, сопротивляетесь аресту. Попробуете выйти из своей камеры — и совершите нечто куда более противозаконное, чем кража наличных. — Митч даже мог мгновенно убить человека, материализовав свою руку внутри его мозга. Зеф абсолютно уверена в том, что Митч бы ничего подобного не сделал, но так или иначе, решает опустить эту часть заранее подготовленной речи. — Доведите эти мысль до логического конца. Нельзя стереть криминальное прошлое, просто став нематериальным. Жить в рамках закона удобно. Здесь вас окружают порядочные люди. А за последние неважно сколько месяцев я узнала вас достаточно хорошо, чтобы понять: вам нравится поступать по совести. Вы порядочный человек, а не суперзлодей. Мы же не в комиксе, где персонаж за одну ночь разворачивает свои взгляды на 180 градусов и из доброго становится злым. Зачем вы украли деньги?

Митч несколько раз пытается заговорить, пока по его лицу бесцеремонно карабкаются разные эмоции: чувство вины, негодование, желание защититься.

— В общем, я учитель. Преподавать начал сравнительно недавно. Зарплата не такая уж большая, а на мне все еще висит пятизначная студенческая ссуда. И все в таком духе. Вы же сами учитесь в аспирантуре. Знаете, сколько денег на это уходит.

— Само собой, — неохотно соглашается Зеф.

— Так вот. Ко всему прочему двое моих соседей по квартире женились и съехали. А новых я еще не нашел. Все сложно, понимаете?

Зеф не знает, соответствует ли действительности его последние слова, или же он их просто выдумал в качестве еще одного оправдания.

— Наркотики?

— Ох, да ради всего святого. — Митч поднимается и в сердцах отходит от Зеф на пару шагов.

Зеф поднимает руки. — Простите. Ладно. Извините, что спросила.

— Попробуйте для разнообразия хоть немного в меня поверить.

— Я пытаюсь!

Митч складывает руки на груди.

— Хорошо, — говорит в ответ Зеф. — Вот что мы можем сделать. Вы вернете деньги. Они появятся таким же таинственным образом, как и исчезли. В идеале их надо положить в тот же самый ящик. Или куда-нибудь поблизости. Пусть все выглядит, как канцелярская ошибка. Взамен: я поделюсь своими удивительными и беспрецедентными находками насчет ваших загадочных способностей. Я буду продолжать нашу работу с целью выяснить весь масштаб ваших сил и их природу. А в целях вашей защиты мы как минимум год повременим с любыми публичными заявлениями. Я уверена, что смогу продумать эксперименты на год вперед, чтобы это время не прошло впустую. Согласны?

Митч взглянул на нее с толикой негодования.

— Хорошо, — отвечает он.

— Вы говорили про десять минут. Ваше время уже более или менее истекло. Так что вперед, марш отсюда!

Сердито ворча, Митч забирает свой рюкзак и уходит. Зеф возвращается к своей работе, хихикая при мысли о школьном учителе, отбывающем тюремный срок.

Глава 15. 1970 — … (часть 1). Нулевой катаклизм

Пока машина урывками движется к центру города по безнадежно парализованной в час пик улице Хай-Йорик, младший офицер полиции Акс замечает кое-что в окне.

— Это она! Вот там, вон там, видишь? Смотри! Смотри!

— Она — это кто?

Акс слегка опускает стекло в машине и показывает.

— Вон то здание. «Книжные руины». Она шла вдоль боковой стены. Блондинка. Ты ведь изучал историю?

— Я ненавижу историю. Потому и бросил школу так рано. И поэтому же стал полицейским — для этой работы знать историю необязательно.

— Останови машину. — Она, впрочем, и так почти стоит.

— Акс, нет, чувак, это не стоит возни с бумагами.

Акс оставляет своего напарника, Иллу, в машине и выбирается наружу, под ранний вечерний дождь.

Изначально эта часть Кахагана строилась как пригород — с неторопливо извивающимися дорогами и большими лесистыми садами, разделявшими двухквартирные дома. Затем ее поместили внутрь небольшой аркологии, и многие дома были снесены, чтобы освободить место для химических заводов. Спустя какое-то время аркология была разрушена, заводы пришли в упадок, и местность превратилась в трущобы. Позже самый крупный завод, находившийся в центре и отдаленно напоминавший храм своей архитектурой, стал центром священного города. За последующие несчетные годы этот район Кахагана перепрофилировали с полдюжины раз, и остатки предыдущего строительства становились каркасом, опорой или просто исходным материалом для новых сооружений.

В настоящее время Хай-Йорик играет роль центрального делового района. Розничные магазины выстроились вдоль улиц, заняв старинные здания самых разных архитектурных стилей, наподобие раков-отшельников, поселившихся в брошенных раковинах. В другое время здесь можно было бы увидеть фантастическую разноцветную суматоху, бурлящую массу людей, но сейчас конец самого что ни на есть скверного рабочего дня, и все спешат домой, спрятавшись под черными водонепроницаемыми капюшонами и зонтами в надежде успеть до того, как небо, наконец, разразится дождем. Обычно это просторный и энергичный район — здесь есть, где прогуляться, на что посмотреть и куда зайти за покупками, — но дороги всегда были чересчур узкими, чтобы справиться с транспортным потоком, который ежедневного обрушивается на них в этот час, из-за чего все пространство занято попавшими в пробку машинами: массивными семейными автомобилями, трехэтажными грузовиками, мотоциклами, велосипедами, запряженными лошадьми повозками. Воздух выглядит серым от выхлопных газов, земля покрыта блестящей пленкой дождевой влаги.