Сельма Лагерлеф – Удивительное путешествие Нильса с дикими гусями (страница 83)
– По этой вот дороге и возили лесную жатву, которую потом складывали в древесные копны! – закричал орёл.
Мальчик снова вспомнил, как бывало весело у них дома, в родных краях, когда на больших возах, запряжённых двумя сильными лошадьми, везли собранный с поля урожай. Малый, правивший лошадьми, гордо восседал выше всех на снопах, лошади выступали так важно, а сельские ребятишки, которым позволялось взбираться на возы, сидели там, крича и смеясь, то ли от радости, то ли от испуга. А здесь – тяжёлые брёвна перевозили вверх-вниз по отвесным склонам. Лошадь, должно быть, бывала измотана вконец, а возница, поди, не раз впадал в отчаяние.
– Да, вряд ли эта дорога видела много веселья! – сказал мальчик.
Орёл, взмахивая могучими крыльями, нёсся вперёд, и вскоре они очутились на речном берегу, который был сплошь усыпан стружками, щепками и корой. Орёл услыхал, как мальчик спрашивает, почему берег так замусорен.
– Здесь лесную жатву складывали в копны! – прокричал орёл.
Мальчик вспомнил, как дома, в его родных краях, снопы складывали в копны впритык к усадьбам, словно они служили их лучшим украшением. Здесь же лесную жатву свозили вниз на пустынный берег реки да там и оставляли.
– Вряд ли кто ходит по этой пустоши, пересчитывает свои брёвна и сравнивает их с соседскими, – сказал мальчик.
Немного погодя они добрались до большой реки Юнган, текущей по широкой долине. И сразу всё кругом переменилось, словно мальчик с орлом попали совсем в другие места. Тёмный хвойный лес по-прежнему одевал высокие кручи над долиной, но внизу склоны поросли белоствольными берёзами и осинами. Долина была так обширна, что река во многих местах смогла образовать озёра. На берегах раскинулось большое богатое селение с добротными, на совесть построенными усадьбами.
Летя над долиной, орёл услыхал, как мальчик спрашивает, хватает ли здешних лугов и пашен, чтобы прокормить столько людей.
– Здесь живут жнецы, которых кормит лесная пашня! – прокричал орёл.
Мальчик вспомнил о низеньких домиках и обнесённых изгородью дворах у них в Сконе. Здесь же люди жили в настоящих господских усадьбах.
– Похоже, прибыльное дело лесной промысел, – сказал он.
Орёл держал путь прямо на север, через реку, но, пролетев немного над ней, услыхал, что мальчик спрашивает, кто заботится о брёвнах после того, как их складывают на берегу.
Тогда Горго повернул на восток и полетел вдоль реки Юнган.
– Это река заботится о них и сплавляет брёвна на лесную мельницу! – прокричал орёл.
Мальчик вспомнил, как у них дома, в родных краях, следили за тем, чтобы ни одно зёрнышко не пропало. Здесь же тьма-тьмущая брёвен плыла по реке и никто за ними не присматривал. Мальчик не мог поверить: неужто хотя бы половина брёвен прибывает туда, куда надо? Одни плыли посредине реки, и с ними всё было ладно; другие же, оказавшись у берега, натыкались на мысы или же застывали на мели, в спокойной заводи заливов. В озёрах брёвен скапливалось столько, что они сплошь покрывали всю поверхность. Казалось, они будут отдыхать там, сколько им вздумается. Много брёвен застревало у мостов, в водопадах же они порой попросту переламывались. В быстринах брёвна спотыкались о камни и выстраивались высокими, колыхающимися штабелями.
– Немало, должно быть, времени потребуется, чтобы это зерно попало на лесную мельницу, – сказал мальчик.
Орёл продолжал медленно лететь вдоль реки Юнган. Порой он, распластав крылья, тихо застывал на месте, и мальчик мог разглядеть, как убирают лесной урожай.
Вскоре они подлетели туда, где трудились сплавщики. И орёл услыхал, как мальчик спрашивает, что за люди бегают по берегу.
– Это те, кто спасает лесной урожай, который застрял в пути! – прокричал орёл.
Мальчик вспомнил, как спокойно и мирно возили у них дома, в родных краях, урожай на мельницу. Здесь же молодые парни носились по берегу реки с длинными баграми в руках, с трудом направляя лес по нужному руслу. Мокрые с ног до головы, они брели прямо по воде вдоль берега, перепрыгивали с камня на камень посреди бурлящих порогов, ходили по раскачивающимся шатким штабелям брёвен, да так спокойно, будто шагали по ровной земле. То были отчаянно смелые и дерзкие люди.
– Смотрю я на это и вспоминаю кузнецов в Бергслагене, которые обращались с огнём так, словно он ничуть не опасен, – сказал мальчик. – А эти сплавщики так играют с водой, будто они над нею господа! Видно, и вправду они усмирили воду и она не смеет им вредить.
Мало-помалу орёл с мальчиком приближались к устью реки, и вот уже перед ними расстилается Ботнический залив. Горго, однако, не полетел вперёд по прямой, а направился вдоль берега на север. Но не успел он пролететь и несколько миль, как вдруг путешественники увидали внизу лесопильный завод, который мог вполне сойти за маленький городок. Орёл, паря над лесопильней, услыхал, как мальчик говорит самому себе: какой это большой, хороший, ну прямо чудесный завод!
– Это большая лесная мельница! Она мелет брёвна и зовётся Свартвик! – прокричал орёл.
Мальчик вспомнил ветряные мельницы у них дома, в родных краях. Как мирно стояли они среди зелёных равнин, медленно вращая крыльями! Эта же мельница, предназначенная для того, чтобы перемалывать урожай, снятый в лесу, располагалась у самого берега. На воде перед ней плавало множество брёвен, и одно за другим их втаскивали железными цепями по наклонному помосту в дом, напоминавший огромный сарай. Что творилось с ними там, внутри, мальчик видеть не мог, но он слышал страшный шум и грохот. А с другой стороны дома выбегали небольшие вагонетки, доверху гружённые белыми досками. Вагонетки катились по блестящим рельсам к складу, где из досок составлялись штабеля, которые, словно дома в большом городе, выстраивались в целые улицы. В одном месте возводили новые штабеля, в другом – разбирали старые и переносили доски на борт больших кораблей, стоявших в ожидании груза. Рабочих там было полным-полно, а за складом досок, ближе к лесу, виднелись их жилища.
– Здесь трудятся так, что скоро распилят весь лес в Медельпаде, – сказал мальчик.
Орёл чуть пошевелил крыльями, и они тотчас увидели другой лесопильный завод, примерно такой же большой, как и первый, – с лесопилкой, складом досок, причалом и жилищами рабочих.
– Вот тебе ещё одна из этих огромных лесных мельниц! А зовётся она Кубикенборг! – закричал орёл.
– Видно, лес даёт куда больший урожай, чем можно было бы ожидать, – сказал мальчик. – Но это, должно быть, последняя на нашем пути мельница из тех, что перемалывают брёвна.
Горго, тихо шевеля крыльями, пролетел ещё мимо нескольких лесопильных заводов и приблизился к большому городу. Услышав, что мальчик спрашивает, какой это город, орёл прокричал:
– Это Сундсвалль! Наипервейшая усадьба во всей лесопильной округе!
Мальчик вспомнил города на юге, в Сконе, такие серые, такие старые и хмурые на вид. Здесь же, на сумрачном севере, город Сундсвалль, уютно расположенный на берегу прекрасного залива, выглядел новёхоньким, радостным и каким-то сверкающим. А если смотреть на него сверху, он казался особенно праздничным и весёлым; в самой середине города теснились высокие каменные дома, такие великолепные, какие едва ли сыщешь и в самом Стокгольме. Множество деревянных домиков, утопавших в небольших садиках, широким поясом окружали эти каменные дома, но не вплотную, а немного отступя. Казалось, эти деревянные домики знали своё место, знали, что они не чета каменным, и не смели придвинуться к ним поближе.
– Этот город – богат и могуч! – сказал мальчик. – Неужто он стал таким благодаря тощей лесной почве?
Шевельнув крыльями, орёл перелетел к острову Альнён, лежавшему прямо против Сундсвалля. Мальчик был поражён: сколько лесопильных заводов выстроилось здесь вдоль берегов! Один подле другого расположились они и на острове Альнён, и на суше прямо против острова – завод к заводу, склад к складу. Мальчик, насчитав по крайней мере сорок таких заводов, решил, что на самом деле их гораздо больше!
– Ну и чудеса здесь на севере, – сказал он. – Таких мне нигде за всё путешествие видеть не приходилось. Жизнь так и кипит! Удивительная у нас страна! Куда ни прилетишь, всюду найдётся для людей работа, которая их прокормит!
XLII
Утро в Онгерманланде
Хлеб
На другое утро, пролетев немного над провинцией Онгерманланд, орёл сказал, что нынче он голоден и ему надо непременно раздобыть себе корм. Посадив мальчика на громадную сосну, стоявшую на высоком горном кряже, он улетел.
Мальчик нашёл себе уютное местечко на развилине двух ветвей и сидел там, глядя вниз на Онгерманланд. Утро стояло пригожее, солнце позолотило верхушки деревьев, слабый ветерок, играя, шевелил хвою, из лесу доносилось дивное благоухание. Перед мальчиком раскинулся чудный край. Нильс был весел, беззаботен, и ему казалось, что никому на свете не живётся так хорошо, как ему.
Перед ним открывался широкий, ничем не заслоняемый вид на все стороны. На западе поднимались утёсы и горные вершины. И чем дальше они отстояли от него, тем более дикими и высокими казались. На востоке тоже громоздились гряды гор, но они, постепенно опускаясь, становились всё ниже, пока не превращались у самого моря в настоящую равнину.
Повсюду сверкали реки и речушки, то и дело образовывавшие водопады и пороги, затруднявшие их бег в горах. Но стоило им приблизиться к побережью, как эти же реки и речушки широко расстилали свои сверкающие воды. Мальчик видел с дерева и Ботнический залив.