Селина Танеева – Кэтрин Эбдон и школа волшебников (страница 63)
Ребята долго наблюдали за полётом дракона. Его фигура становилась всё меньше и меньше, и наконец скрылась за горизонтом. Только теперь они наконец почувствовали, как сильно устали. Кэти и Патрик получили болезненные ожоги. Мэтью ощупывал шишку, полученную, когда тяжеленная веревка свалилась прямо ему на голову. Джорджиана, провалившись в болото, совершенно промокла. Все с ног до головы измазались в песке, мокрой траве и болотной жиже.
Но все были целы. И их было четверо.
Придя в себя, они обратились к пылающему невдалеке вензелю. Кэти обошла вокруг него: буквы будто бы висели в воздухе, ничем не поддерживаемые.
– Неужели это было последнее испытание? – с надеждой спросил Патрик. Судя по отсутствию в его голосе обычного оживления, он был измотан до предела.
– Сейчас узнаем, – вздохнула Кэти и активизировала монограмму.
Красный свет разгорелся и поглотил всё вокруг. Казалось, что их всех пожирает пламя. Но оно не обжигало, наоборот – охлаждало разгорячённые лица, успокаивало боль от ушибов и ожогов.
А ещё все ясно услышали смех. Кто-то смеялся радостно, гордясь их успехом.
ХХ, СС, РР и ГГ
Кэти неуверенно оглянулась на товарищей: когда холодное пламя наконец погасло, оказалось, что они находятся всё на той же поляне. Сзади по-прежнему возвышается скала, к которой был привязан дракон, и простирается болото, за которым он скрылся. На истоптанном песке валяется верёвка, толстая и очень прочная – из волокон мандрагоры. А чуть подальше – груда так и не использованных булыжников.
– Это что же получается... – растерялся Патрик, – монограмма не сработала?
Джорджиана подавленно молчала.
– И кого мы теперь встретим? Оборотня? Мантикору? Или ещё одного дракона – постарше? – спросил Мэтью.
– Пошли дальше, – устало вздохнула Кэти.
Дорога, совершенно прямая, вела в лес. Ребята переглянулись и поплелись вперёд. Они шли молча, утомлённые приключениями.
Кэти шла, глядя прямо перед собой, пришлось сосредоточиться на одной, самой важной и очень трудной задаче: переставлять ноги, словно налитые свинцом, стало неимоверно тяжело. Патрик уже не бегал вокруг, как собачонка, радующаяся прогулке. Мэтью и Джорджиана пыхтели позади.
Неожиданно Кэти заметила, что идёт уже не по пыльной дороге, а по начищенному паркету. Она подняла голову: лесная дорога незаметно превратилась в коридор, такой же прямой и широкий. Справа, из окон от пола до самого потолка, лился яркий солнечный свет: там был весёлый летний день. Под голубым-голубым небом томно перекатывало тяжёлые волны синее-синее море. По неправдоподобно чистому песку пляжа важно разгуливали белоснежные чайки.
Шум прибоя сливался со звуками дождя. Окна слева выходили в сад. И там была ночь, тёмная, дождливая. Тяжёлые капли очень уютно шлёпали по листьям. В такую ночь хорошо лежать в тёплой постели, закутавшись в одеяло, и чтобы завтра никуда не нужно было идти.
Необычный коридор привел в просторную, но уютную комнату. В дверях их встретила пожилая волшебница.
– Проходите-проходите, дорогие мои. Притомились, поди...
– Здравствуйте, – робко поздоровалась Кэти.
– Здравствуй и ты, детка. Ох, и досталось же вам! – старушка провела их к очень удобным на вид креслам, стоящим у большого круглого стола. – Идите сюда, идите, усаживайтесь.
Мирно потрескивал огонь в камине, за окном слева тихо шумел дождик, окно справа было прикрыто шторой.
Забравшись с ногами в громадное кресло, Патрик сразу же уронил голову на подлокотник и засопел.
Волшебница проворно обошла всех: ободряюще прикоснулась к каждому, кого погладила по голове, кого – по плечу, каждого приголубила. И беспрестанно приговаривала-напевала:
– Голубчики мои, отдыхайте, хорошие... Всё хорошо, не беспокойтесь... Вот и славно, вот и хорошо...
Кэти не заметила, как задремала под негромкие ласковые причитания.
Проснувшись, Кэти обнаружила, что она опять полна сил: короткий сон освежил её, к тому же боль от ожога утихла – должно быть, подействовал незамысловатый заговор старушки-волшебницы. Одежда тоже была в полном порядке; Кэти оглянулась на друзей: они ещё спали, но выглядели не такими измученными и чумазыми.
Волшебницы, которая встретила их, в комнате уже не было. А за столом напротив сидели двое: румяная женщина средних лет и сухощавый волшебник с длинной седой бородой, в бархатной мантии бутылочно-зелёного цвета. Старик опирался на посох, сделанный будто бы из скрученного ствола небольшого дерева, и украшенный драгоценными камнями. На женщине была островерхая шляпа и мантия из золотистой парчи, на груди – множество цепочек и амулетов из кости, дерева и самоцветов.
Кэти показалось, что эта пара какая-то ненастоящая. Приглядевшись, она поняла, почему: фигуры их были полупрозрачными. Но они не были привидениями: привидение напоминает туманный сгусток серебристо-серого цвета, с трудом удерживающий форму. А эти на первый взгляд были совершенно неотличимы от обычных людей, вот только... только сквозь них смутно просвечивают предметы обстановки.
Волшебники тихонько разговаривали, о чём-то спорили. Заметив, что Кэти проснулась, старик стукнул легонько посохом по полу, и Кэти сразу перестало казаться, что эти люди ненастоящие. Она даже подумала, что это ей примерещилось спросонок. В комнату, между тем, вошла уже знакомая старушка. Она расстелила на столе скатерть из неокрашенного льна и сказала старику:
– Салазар, я немного подлечила ребят, уж больно они уморились. Посмотри, что ты можешь сделать – у тебя лучше получится.
– Спасибо, Хельга, я осмотрел их. С ними уже всё в порядке.
Кэти осторожно пощупала обожжённую драконом шею: ожога уже не было. «Хельга, Салазар, – подумала Кэти, – так значит, это...». Не такими представлялись ей знаменитые основатели Хогвартса.
Женщина, которая беседовала с Салазаром, тоже внимательно посмотрела на Кэти, встала и подошла к ней. В руке у неё оказалась... волшебная палочка! – догадалась Кэти, – обыкновенная веточка, к которой был привязан пучок из перьев, травы, каких-то волосков. Однако действовала палочка великолепно: Кэти не почувствовала ничего – не кружилась голова, не темнело в глазах и не звенело в ушах,– просто она обнаружила, что сидеть в громадном кресле стало вдруг гораздо удобнее. Волшебница подошла к спящей Джорджиане, и Кэти стала свидетельницей чуда: Джорджиана вдруг стала своего обычного роста. Причем она не выросла на глазах, как это случилось, когда выпила зелье. Нет, просто в один неуловимый миг она стала в два раза выше. Вернув нормальный рост Мэтью и уже проснувшемуся Патрику, волшебница вернулась за стол.
Оказалось, что стол накрыт к ужину. Кэти не заметила, чтобы Хельга хлопотала, но уже стояли тарелки, кубки, аппетитно дымился большой чугунок.
Джорджиана и Мэтью тоже проснулись. Все молча разглядывали хозяев, те, в свою очередь, оглядывали ребят.
– Какие они ещё маленькие, – вздохнула волшебница в золотистой мантии.
– Обычные первоклассники, – возразил Салазар. – Просто ты слишком давно не видела первоклассников.
– Верно. К тому же, в прошлый раз до нас добрался третьеклассник, помните?
– Ох, Ровена, это было так давно, – сказала Хельга.
– Ну как же, весьма предприимчивый слизеринец.
Кэти с любопытством слушала разговор.
– Ну что же, – Салазар окинул всех присутствующих внимательным взглядом, – начнём? Или подождём этого шалопая?
– Да вы угощайтесь, ребятки, не стесняйтесь! – Хельга мановением руки наполнила тарелки и кубки. – А сейчас подойдёт Годрик, и...
– И мы решим, что делать дальше, – заключил Салазар. По всему было видно, что именно он здесь главный.
Патрик уже уплетал за обе щёки бобы со свининой, остальные тоже не стали скромничать.
Кэти заметила, что никто из взрослых волшебников не притронулся к кушаньям. Только Салазар глотнул разок из своего кубка. И порой ей опять казалось, что фигуры их выглядят немножко нереальными.
Наконец где-то громко хлопнула дверь, по комнате пронёсся сквознячок, и появился высокий молодой мужчина. В отличие от прочих, на нём не было мантии. Он был одет в охотничью куртку, а в руке держал жезл, напоминающий короткий меч, украшенный жемчугом и гранатами.
– Приветствую вас, герои! – он положил жезл на стол перед собой и одним махом осушил кубок. – На этот раз всё получилось, не так ли? И мы в полном составе!
– Да. Время пришло, – торжественно произнёсла Ровена.
– Вы уже объяснили нашим юным друзьям, зачем они здесь?
Кэти наконец решилась открыть рот:
– Извините, но мы совершенно случайно...
– Случайно? – расхохотался Годрик.
– Случайно? – нахмурился Салазар. – Вы будущие волшебники. Вы уже волшебники, раз вы здесь. И запомните, на будущее: случайностей не бывает!
– Значит, время пришло. – Годрик сияющими глазами посмотрел на Салазара. – Кто расскажет нашим юным друзьям, зачем они здесь?
– Не думаю, что это необходимо, – холодно возразил Салазар.
– Но...
– Салазар прав, – вступила Ровена. – Всё-таки, они ещё слишком малы.
– Малы?! Они великолепно справились со всеми заданиями!
– Ты понимаешь, о чём я. Никто не должен знать то, что знаем мы. Тем более дети.
– И всё же...
Кэти молча слушала это обсуждение: говорить – не говорить, малы – не малы, – а потом возмутилась:
– Извините, пожалуйста. Это ничего, что мы тут сидим и слушаем ваши дебаты? Может быть, мы пойдём уже? – она встала, поклонилась Хельге: – Спасибо большое за ужин.