Селина Танеева – Кэтрин Эбдон и школа волшебников (страница 46)
– Что случилось?
– Где ты пропадала?
Оказывается, о злополучной прогулке и последующей болезни Кэти её одноклассникам не сообщили. Профессор Реддл на вопрос Алисы, куда подевалась её соседка, буркнул что-то неразборчивое. МакГонагал всё это время казалась очень расстроенной, и её потревожить постеснялись. Тогда Квентин осмелился спросить у Дамблдора, и тот успокоил их, сказав, что с Кэти всё в порядке и через несколько дней она вернётся к занятиям.
– Так что же случилось? – Ребекка сгорала от любопытства.
– Болела, – коротко ответила Кэти. Она решила никому не рассказывать о своих приключениях. Ей было стыдно за свой необдуманный поступок. Конечно, тогда у неё было ужасное настроение, но поступить так глупо – в декабре выйти гулять легко одетой, да ещё и заблудиться в двух шагах от школы, – непростительно. Она немного тревожилась о грядущем наказании, но не слишком. Ведь ещё предстоял решающий разговор с Дамблдором. Но, странное дело, – и о нём Кэти уже не думала с тем волнением, которое и привело ко всей этой истории.
Кэти тронула искренняя радость, с которой её встретили одноклассники. Даже Марк, обычно сторонящийся девчонок, поприветствовал её улыбкой.
Профессор МакГонагал продолжила тему превращения различных веществ в камень. На этот раз она усложнила задачу: было дано задание превратить различные мелкие предметы не просто в камень, а в кварц. Кстати, она рассказала о свойствах этого удивительного камня и его разновидностях. Потом показала на стенные часы и превратила стекло в горный хрусталь, стрелки стали густо-фиолетовыми. – «Это аметист, запомните», – пояснила МакГонагал, – а корпус часов стал цитриновым, лимонно-жёлтого цвета. Полюбовавшись на часы, которые многочисленными гранями многократно отразили классную комнату, ребята стали пробовать свои силы в новом превращении.
Кэти собиралась, как обычно, зазубрить новое заклинание и раз двадцать послушно повторить показанное профессором движение. Она достала свою палочку и чуть не выронила: палочка показалась ей горячей. Кэти опасливо положила палочку перед собой на стол и огляделась вокруг: никто не заметил её смятения? «Должно быть, я ещё не совсем оправилась после болезни», – успокоила себя Кэти. Но что-то ей подсказывало, что дело совсем не в болезни, что... Кэти осторожно опять взяла палочку – да, горячая, такая горячая, что больно пальцам, сжимающим её. Однако Кэти сжала их ещё крепче и взмахнула палочкой. Ничего не произошло – не посыпались искры, не повалил дым, – но Кэти почувствовала, как что-то всё-таки изменилось. Палочка в её руке была теперь приятно тёплой и, казалось, чуть-чуть вибрирует.
Кэти хотела позвать профессора МакГонагал, уже открыла было рот, – но тут же передумала: ведь ничего, в сущности, не произошло. А ещё Кэти испугалось: вдруг вспыхнувшая в ней надежда обернётся разочарованием, как это уже случалось.
Больше Кэти не пробовала взмахнуть палочкой, но и из рук её не выпустила. Она с трудом дождалась окончания урока и первой собралась выскочить из класса. Но на пороге её окликнула МакГонагал:
– Мисс Эбдон, сегодня после обеда профессор Дамблдор будет ждать вас в учительской.
Кэти, не в силах вымолвить ни слова, кивнула.
Когда все направлялись на следующий урок – лекцию по теории магии, Кэти незаметно отстала и свернула в сторону библиотеки. Остановившись у гобелена со сценой охоты на дракона, она быстро огляделась – никто её не видит? – и шмыгнула в своё укрытие. Встав посреди закутка, Кэти подняла палочку и... забыла все выученные за полгода заклинания. Ага, вспомнила одно:
–
Кэти взмахнула палочкой ещё раз, ещё и ещё. Наконец, почувствовав, что скованность исчезла, повторила:
–
Примерно через час Кэти сидела прямо на полу, привалившись спиной к стене, и торжественно держала перед собой палочку, на кончике которой светился огонек, крохотный, но ярко освещающий небольшое помещение.
А ещё через час, откинув гобелен, в убежище Кэти протиснулся профессор Снейп.
– Так я и думал... – Снейп осёкся, с изумлением оглядывая тесное пространство вокруг.
На полу в беспорядке валялись: открытая сумка; открытая коробка из-под перьев; открытая чернильница с... жидкостью сине-зелёного цвета; три булыжника, в очертаниях которых угадывались два учебника и свиток пергамента; два пера: одно – из цитрина, лимонно-желтое, второе – напоминающее скорчившегося птеродактиля грязно-фиолетового цвета.
Посреди всего этого бедлама, сжимая в руке волшебную палочку, стояла сияющая Кэти.
Лицо Снейпа смягчилось, по губам быстро пробежала улыбка. Он ничего не успел сказать, Кэти опередила его:
– Я прогуливаю! – выпалила она. – А поскольку я не магла, и не тупая, я не шляюсь по всей школе, а сижу вот тут и носа не высовываю, честное слово!
Снейп в ответ на эту тираду не смог сдержать смешок, но быстро принял обычный невозмутимо-ироничный вид и сказал:
– Ну, об этом пусть у профессора Реддла голова болит. А вы... собирайте весь этот хлам. Профессор Дамблдор ждёт.
Кэти, не выпуская из рук палочки, кое-как запихнула в сумку свои вещи, большой булыжник сунула под мышку, поднялась и вопросительно уставилась на Снейпа. Тот кивнул и приподнял перед Кэти гобелен, пропуская её вперед.
В учительской, кроме Дамблдора, находилась ещё целая куча народу. Кэти растерянно остановилась в дверях. Сзади её тихонько подтолкнул Снейп. Кэти не удержала каменный учебник – тяжеловат оказался – и выронила его. На грохот все обернулись.
– Что это? – подпрыгнув от неожиданности, ошеломленно спросил профессор Консалье.
– Извините, – подбирая булыжник, пробормотала Кэти. – Это мой учебник по теории магии.
– Ну-ка, ну-ка, – профессор Аллен подхватил из рук Кэти серую глыбу и расплылся в улыбке. – Профессор МакГонагал, оцените – по-моему, очень качественно получилось. Увесистый томик, – и профессор взгромоздил «учебник» на стол.
МакГонагал подошла, постучала пальцем по камню и одобрительно кивнула. Потом обернулась к Кэти и спросила:
– Что у вас ещё получилось?
Кэти, сопя, выложила на стол свои трофеи. Флитвик и МакГонагал внимательно изучили все предметы.
Кэти, поборов смущёние, попросила:
– Профессор МакГонагал, не могли бы вы сделать всё как было, а то это мои... э... конспекты по истории магии...
– Конечно-конечно, – Флитвик, сияя, как новенький галеон, быстро вернул учебникам и свитку первоначальный вид.
– А это что? – удивилась МакГонагал, с опаской беря в руки чернильницу, с густой сине-зелёной жидкостью.
Кэти смутилась.
– Это я применила заклинание трансфигурации воды в томатный сок.
– Воды? – растерянно переспросила МакГонагал.
– Ну, это были чернила...
– Но я же объясняла, что простейшие преобразования предназначены для конкретных предметов или веществ. И что заклинание, применённое к чему-то другому, просто не сработает.
Профессор Аллен прыснул:
– Сработало же!
Кэти смутилась ещё больше:
– У меня не было воды...
МакГонагал рассмеялась – Кэти глазам своим не поверила – и сказала:
– Ну что ж, теперь мы знаем, как действует это преобразование на чернила.
– А можно вернуть всё обратно? А то у меня чернил почти не осталось...
Кто-то ещё засмеялся, а МакГонагал заулыбалась и ответила:
– Проще приготовить чернила заново. Обратитесь к профессору Снейпу – он вам поможет, он большой специалист по всякого рода загадочным жидкостям.
Кэти поёжилась.
– А ещё? А ещё? Кроме преобразований вы что-нибудь пробовали сделать? – Флитвик возбужденно топтался возле Кэти.
– Да, пробовала, – рассеянно ответила Кэти. Она давно уже заметила у дальнего края стола большую книгу. Необъяснимым образом эта книга манила её к себе. Словно сомнамбула, Кэти подняла волшебную палочку и взмахнула ею – книга не торопясь стала приближаться. Краем глаза Кэти заметила, что Снейп, до сих пор безучастно стоявший у двери, вдруг сделал несколько быстрых шагов, а потом так же резко остановился, будто передумав. Кэти заторопилась, нетерпеливо махнула палочкой ещё раз, и книга, которая до сих пор ползла по столу со скоростью улитки, вдруг подпрыгнула, кувыркнулась и легла прямо перед Кэти названием вверх.
Кэти совершенно перестала обращать внимание на творящееся вокруг неё. Она не слышала восторженных восклицаний Флитвика, одобрительных замечаний Аллена. Она перестала замечать напрягшуюся вдруг фигуру Снейпа и кислое выражение лица Реддла. Не замечала и Дамблдора, который сидел в кресле в дальнем углу и с самого её появления в учительской не вмешивался, а задумчиво наблюдал за происходящим. Кэти, судорожно вцепившись в край стола, уставилась на книгу. Потрёпанный кожаный переплёт тёмно-коричневого цвета. Полустёршиеся буквы названия:
Это была та самая книга, прочитать которую Кэти хотела больше всего на свете, о которой думала днём и ночью, которую просила у Снейпа, замусоленная бумажка с названием этой книги до сих пор лежала у неё в кармане.
Флитвик, вдохновлённый её успехом с переворачиванием книги, предложил: