Селина Танеева – Кэтрин Эбдон и черный оборотень (страница 28)

Да… метла… Кэти помрачнела. Она уже привыкла к мысли, что в сборной ей не играть, и, хоть и жалко было великолепной игрушки, Кэти уже свыклась с тем, что хорошая метла ей теперь ни к чему. Что же делать? Просить у Марка? Он даст, конечно… Эх, Бешеная Палка, Бешеная Палка… где же ты?

Но делать нечего, наверное и хорошо, что она не успела похвастаться Бену. Как бы она теперь объяснила, что уникальная конструкция утеряна? Разве кто теперь поверит, что из школьной развалюхи получилась великолепная метла? Не совершенство, конечно, но какая скорость!.. Да что ж теперь…

Однако до шести ещё далеко, целый день впереди. Нужно пока позаниматься, и… Да, ведь нужно бежать – Мэтью зачем-то созывает их компанию. Интересно, зачем? Неужели придумал, как встретиться с Дамблдором?

Когда Кэти добралась до места, в маленьком тупичке за гобеленом уже были Мэтью и Патрик. Патрик допытывался у друга, что тот задумал. Но Мэтью молчал с самым загадочным видом. Дождались Джорджиану. И только тогда Мэтью открыл наконец рот:

– Я придумал, как добраться до Дамблдора!

– Ну?!

– Раз мы не можем к нему просто так прийти, нужно, чтобы нас к нему вызвали!

Все ошарашено молчали.

– И как ты это себе представляешь? – осторожно спросила наконец Джорджиана.

– Ну как же! Нужно сотворить что-то такое, чтобы нас к нему вызвали!

– Что именно?

– Ну… не знаю… Что-нибудь такое… особенное.

– Ну… – задумчиво протянул Патрик. – Я вижу два пути. – Он ещё помолчал. – Или совершить подвиг…

– Подвиг? – Джорджиана скептически поджала губы и покачала головой.

– И мне самому этот способ тоже кажется… сложноватым.

– Ну почему? Однажды мы уже совершили подвиг, разве нет? – возразил Мэтью.

Патрик отмахнулся:

– Забыли. Про тот подвиг забыли. И не из скромности, а потому что всё равно все забыли. Никто ничего не помнит. Второй способ, мне кажется, гораздо доступнее.

– Ну? Не тяни.

– Нужно совершить такую… такое… безобразие, чтобы нас вызвали к директору!

Все опять долго молчали.

– Хорошая мысль, просто замечательная! – сказала Кэти. – Вот только какое ты придумаешь безобразие, чтобы нас во-первых, вызвали к директору, а не к Филчу…

– Это просто… – перебил было Патрик.

– Погоди, – Кэти продолжила: – А во-вторых, чтобы при этом не вылететь из школы!

– Кстати! Мне папа рассказывал, что если студента отчисляют из Хогвартса, с ним и в самом деле обязательно беседует Дамблдор! – порадовала Джорджиана.

– Хм… И что же, чтобы добиться встречи с Дамблдором, нужно, чтобы нас исключили? – растерянно протянул Мэтью. – Это мне не очень нравится.

– Ради великого дела можно и пожертвовать собой! – воскликнул Патрик.

– Допустим, – Мэтью покачал головой. – Но, наверное, не обязательно жертвовать сразу всем? Может, кто один рискнёт?

– Можно и так, – согласился Патрик.

Кэти отвернулась. Стало вдруг тревожно и как-то тоскливо. Она ещё не осознавала, что её так беспокоит. Если бы было время поразмыслить и разобраться в своих чувствах, она бы поняла, что жертвовать учёбой в Хогвартсе ей совсем не хочется! Но и возразить Патрику было неудобно. Вон он как сияет!

Молчание затянулось. Наконец Мэтью спросил:

– Ну и кто готов? Пожертвовать?

– Лично я жертвовать собой не намерена! – твёрдо заявила Джорджиана. – Ведь нам даже не ясно, что там за проблема? Рисковать будущей карьерой ради… неизвестно чего? Нет. Я – пас!

Кэти стало очень стыдно. Уши горели. Ей было стыдно за Джорджиану, которая не хочет жертвовать собой. А ещё больше – за себя. Потому что она была совершенно согласна с Джорджианой. И к тому же ей не хватило мужества признаться в этом первой. Она откашлялась и пробормотала:

– Я тоже.

– Что – тоже? – Патрик вопросительно поднял брови.

Кэти собралась с духом и подняла наконец глаза.

– Я тоже не согласна жертвовать своей учёбой. Мне… не знаю, как вам, а мне очень повезло, что я здесь. И мне очень не хочется покидать Хогвартс. Что бы это ни было. Загадка загадкой, а Хогвартс – Хогвартсом.

– Ясно, – Патрик насупился.

– Знаешь, наверное, девочки правы. Не стоит оно того. Добиться аудиенции у директора и тут же вылететь из школы? Звучит не слишком привлекательно.

– Это ж была твоя идея! – закричал Патрик.

– Да, моя. Но я не додумал её до конца. А сейчас, когда мы её обсудили, я вижу: идея была… как бы сказать… неважная. Потому что я тоже не готов рисковать своим образованием.

Разошлись недовольные друг другом и сами собой. Во всяком случае, Кэти была собой недовольна. Вроде бы всё она сделала правильно, но на душе было мерзко. Будто она кого-то предала. И ничего поделать было нельзя. Потому что по-прежнему считала, что никакое приключение не стоит её пребывания в Хогвартсе.

Напуганная мыслью о расставании со школой, Кэти взялась за уроки всерьёз. До самого обеда она не отрывалась от учебников. Квентин растолковал ей особенности движения невидимых спутников Венеры, а Алиса помогла разобраться со свойствами чернолистного плюща и живо описала нехитрые повадки локотрусов. Наконец, совершенно отупев от теории сходимости магических преобразований, Кэти вышла проветриться. Дождик, заладивший было с утра, прекратился, тучи разошлись, между ними проглядывали голубые лоскутки неба. Приободрившись вместе с погодой, Кэти отправилась на опушку Запретного леса: она решила поискать берёзы, о которых упоминала мадам Помфри.

Пока Кэти шла вокруг озера, совсем распогодилось. Солнце светило почти как летом, раза два пришлось отмахнуться от паутинок, парящих в воздухе; об утреннем ненастье напоминали только промокшие туфли, да испачканный подол мантии.

Наконец Кэти вышла на дальний берег озера. Где-то тут, по словам мадам Помфри, должно расти несколько берёз. Где-то за кустами боярышника. Кэти стояла у самой воды, на узкой полоске, свободной от растительности, и озиралась вокруг. Ага, вот и боярышник! Да не просто кусты, а целые заросли! Кэти направилась в ту сторону. Через кустарник удалось пробраться без особых потерь – несколько царапин и совершенно вымокшая мантия не в счёт. А вот и белесые стволы виднеются в редкие просветы начинающих краснеть листьев. Кэти застонала: с самого начала нужно было идти в обход. А теперь предстоит лезть через такой бурелом…

Но наконец полоса препятствий позади, и Кэти углядела в траве первую шишку.

Берёзовые шишки, так поразившие её в прошлом году, не представляют из себя ничего особенного – шишки как шишки. Её тогда удивил не внешний их вид, а само существование: всё естество Кэти восстало против того, что на знакомых с детства деревьях, таких обыкновенных, таких… магловских, и вдруг висят целые гроздья больших, с кулак, шишек!

Теперь она набивала ими прихваченный с собой мешок. Во влажной траве, ещё не пожухшей, ещё по-летнему зелёной, тёмно-коричневые, иногда цвета баклажанов, шишки умудрялись так спрятаться, что разыскать их было непросто. Кэти методично обшаривала полянку.

Наткнувшись на кустик с небольшими ягодками, Кэти задумалась. Волчье лыко… Совершенно точно: совсем недавно она читала о нём… Но зачем нужны эти ягоды, припомнить не удалось. После недолгих колебаний Кэти нарвала букетик из веток с мелкими темно-зелёными, будто лакированными листиками и ярко-красными ягодами.

Почти сразу после этого Кэти наткнулась на целую россыпь шишек, присела на корточки. Шаря руками в мокрой траве и озираясь вокруг, углядела в сторонке ещё одну бёрезу. А там, чуть-чуть подальше – ещё две. Так, почти уткнувшись носом в землю, Кэти переходила от дерева к дереву, и её мешок постепенно наполнялся.

– Привет!

Кэти вздрогнула от неожиданности и подняла глаза. Неподалеку, среди резных листьев папоротника, в тени двух разлапистых елей, сидел человек. Что-то в его облике показалось странным. Кэти присмотрелась: ну да, прежде она никогда не видела этого человека. Пожилой мужчина, можно сказать старик, с русой бородкой и длинными волосами, беспорядочно спадающими на плечи и наполовину скрывающими лицо. Он смирно сидел на поваленном стволе, положив руки на колени, будто наказанный малыш.

– Добрый день, – Кэти вежливо поздоровалась и подошла поближе.

Нет, пожалуй, не старик. И тут она поняла, что показалось странным: человек был одет слишком легко для середины октября. На нём были широкие штаны из небелёного полотна и такая же рубаха. Распахнутый ворот открывал жилистую, дочерна загоревшую шею. И ещё, этот странный человек был босым. Кэти невольно вздрогнула и поёжилась.

Но, несмотря на странную одежду, человек выглядел очень приятно. Он приветливо улыбнулся и похлопал ладонью рядом с собой, приглашая Кэти присесть.

Кэти приблизилась.

– Что это у тебя? – мужчина протянул руку к букетику, сорвал ягодку и бросил в рот.

– Что вы делаете?! – испугалась Кэти. – Это же волчьи ягоды! Они же несъедобные!

– Ничего, – улыбнулся незнакомец. – Очень вкусно, – и снова потянулся к ягодам.

Кэти присела рядом, продолжая с любопытством разглядывать странного человека. Тот тоже поглядывал на неё, не переставая улыбаться. И улыбка у него была приятная.

– А вы кто? – спросила наконец Кэти

– Что ты тут делаешь? – в ту же секунду полюбопытствовал незнакомец.

Кэти пнула наполовину наполненный мешок и сказала:

– Я тут шишки собираю. А вы?