Селина Катрин – Дело о вампире-аллергике (страница 30)
На этих словах моя рука дрогнула, я отложила вилку, чтобы не выдать себя, и отвернулась от Дариона. Как же близко он подошёл к разгадке! Сказать ему или нет? Может сказать? Он не считает меня соучастницей и не угрожает тюрьмой, скорее всего я помогу следствию. А вдруг всё-таки после моего признания посадит? Тогда, наверно, лучше не говорить.
Мой мысленный диалог прервал вопрос Дариона:
– А как Вы, кстати, спаслись от преследователя на магобиле? Я так понял, что это было недалеко от Золотой аллеи. Если я правильно помню, в вечернее время все лавки и таверны на той улице закрыты.
– Эм-м-м… – мне было неудобно признаваться следователю в неблагородном способе спасения своей бесценной шкурки, но пришлось. – Я залезла на фонарный столб.
– Вы, простите, что? – Дарион вновь на меня уставился, высоко подняв обе брови.
Я вздохнула. Всё-таки придётся пояснить свой ответ.
– Я работала более пяти лет в заведении мадам Жадрин… и видите ли, есть некоторые клиенты, которые любят, чтобы им танцевали на шестах… – начала я путанно объясняться. Ясное дело, далеко не каждый человек и даже эльф умеет забираться по вертикальным металлическим фонарям.
Но Дарион неожиданно кивнул:
– Пилоны для танцев. Да, я понял. Любопытные у Вас навыки.
Я облегчённо выдохнула, потому что не пришлось рассказывать всю историю о том, как полуэльфийка Тесси однажды показала, что пилоны в её мире используются не как шесты для стриптиза, а как спортивные снаряды. А потом осознала,
– Выходит, убийца думал, что улика у Вас. Наверняка он столкнулся с Вами на улице, чтобы проверить Ваши карманы, но не нашёл предмет и решил уже более тщательно обыскать Ваш труп.
– Да, всё так и было, – совершенно чужим голосом подтвердила я, вспоминая события дождливой ночи. Ключ камень тогда был при мне, но лежал в кармане брюк. Разумеется, вслух я этого не сказала. – На мне было пальто Бенефиса, а убийца столкнулся со мной как раз около Золотой аллеи. По всей видимости, он прощупал пустые карманы пальто.
Дарион никак не отреагировал на то, что на мне была надета мужская одежда. Он продолжил свои размышления вслух:
– Как я понял, его вспугнул приезд самого Бенефиса. Скорее всего, убийца решил, что предмет находится не у Вас, а потому решил перепроверить Вашу квартиру и выкрасть его оттуда. Скажите, а как так получилось, что когда убийца пришёл в ваш дом, Вас там не было? Вы невероятно везучая девушка!
– Я … я …– я закашлялась, в горле запершило. Дарион заботливо налил мне ещё сока в бокал, всё ещё ожидая моего ответа. Мои щёки раскраснелись, сбыло безумно неловко признаться, – я ночевала дома у Бенефиса.
Я зажмурилась и до крови закусила нижнюю губу, ожидая услышать справедливую подколку на тему того, что приличные девушки не остаются на ночь у мужчины дома, если знают его всего сутки. Но, удивительное дело, Дарион не позволил себе даже и тени усмешки в мой адрес. Казалось, его это совершенно не беспокоило. Следователь стучал пальцами по столешнице, что-то обдумывая, а тем временем уже начали сгущаться сумерки.
Я подумала, что у меня получилось прогулять практически половину рабочего дня. Наверно, шеф будет в ярости, когда узнает, что я так и не вернулась в лабораторию с обеда. «О, нет, он будет в ярости, когда поймёт, что ты ушла с рабочего места, чтобы встретиться с Дарионом Блэкширом», – шепнул ехидный внутренний голос.
– Лолианна, – следователь обратился ко мне по полному имени, смотря глазами цвета стали в упор на моё лицо, – я считаю, что убийца искал у Линды, а затем у Вас ключ от девятого номера.
Я вздрогнула всем телом. Шах и мат. Он догадался.
– И судя по тому, как Вы вздрогнули, я прав, – чуть усмехнувшись, закончил Дарион. – Так, где ключ от номера находится сейчас?
– Я отдала его мадам Жадрин, – проблеяла я тоненьким голоском, надеясь, что меня не обвинят сейчас в пособничестве убийце.
– Давно? – сурово уточнил Блэшир.
– Четыре дня назад как, – ещё тише произнесла я, съежившись как мышка, под пристальным взглядом Дариона. – А что, не надо было?
Блэкшир не ответил на мой вопрос, поднёс руку к мочке уха и явно с кем-то связался. Его губы лишь слегка шевелились, когда он вёл мысленную беседу. Затем он отнял руку от уха и пояснил мне:
– Я попросил своих людей подъехать в дом мадам Жадрин и изъять все ключи от номеров. Но предположу, что за четыре-то дня злоумышленник уже успел выкрасть улику.
Я понурилась и грустно опустила плечи. Ну вот, из-за меня потеряна ещё одна ниточка к убийце.
– Не переживайте, Лоли, – вдруг мягко сказал Дарион, коснувшись моего запястья. – Вы поступили правильно. В противном случае, если бы ключ от номера оказался при Вас, на Вас бы могли напасть ещё раз. И кто знает, чем бы это закончилось.
«И то правда», – подумала я про себя. А Дарион вновь нахмурился и спросил:
– Я вот только одного понять не могу. Вы знаете, каким образом преступник воспользовался ключом от номера, если он всё время был при Вас? Вы же убирали номера и вряд ли куда-то выкладывали ключ.
– Эгхм-м-м-м, – произнесла я что-то невнятное и залпом опрокинула в себя ещё бокал с виноградным соком. Как же хорошо, что это был не алкоголь, а то я бы точно уже напилась бы до неприличного состояния. – Я заменяла Линду в ту ночь, на мне был её передник с вышитым именем. Я оставила передник вместе с универсальным ключ-камнем минут на десять или пятнадцать, потому что мне надо было срочно выбежать за кое-чем в фитолавку, – тщательно подбирая слова, произнесла я.
Когда я упомянула про фитолавку, я почувствовала, как невидимая удавка опасно сдавила гортань. Я с трудом вдохнула и выдохнула. Посмертное заклятье вампира с аллергией на человеческую кровь предупреждало меня, что уж слишком близко я подобралась к раскрытию тайны Влада Дэреша-Крувицки. Миг – и удавка пропала.
– За кое-чем? – Дарион выразительно приподнял левую бровь, подбадривая меня.
– За кое-чем, – упрямо повторила я, делая вид, что не понимаю его намёка.
Начальник Службы Безопасности по Иномирным Делам смотрел на меня выжидательно, затем неприлично громко фыркнул и произнёс, неожиданно перейдя на «ты»:
– Лоли, перестань, я же всё равно выясню, что именно ты там покупала. Просто это займёт время, которого у нас и так мало, – его серые глаза смотрели на меня чуть насмешливо.
Я же с отчаянием пассажира на тонущем корабле понимала, что не могу сказать правду. А вопрос, зачем я покупала козью кровь, разумеется, будет следующим после моего признания. Я с ужасом смотрела в огромные серые глаза и не знала, что ответить следователю. Безумно сильно не хотелось обманывать этого мужчину, проявившего ко мне столько внимания и доверия, рассмотревшего в горничной из публичного дома не одноразовую подстилку, а неплохого мага-вещевика. «А вдруг, он сам догадается, зачем мне нужна была козья кровь? Без моего прямого признания?» – мелькнула слабая надежда, но тут же погасла. Ведь даже Бенефис подумал, что я купила кровь, чтобы обмануть вампира. А он далеко не глупый мужчина и распутал ни одно сложное дело. Да и информация о том, что среди вампиров появился рецессивный ген, позволяющий питаться вместо крови разумных существ кровью животных, была явно засекречена самими вампирами. Именно поэтому я выдохнула как перед прыжком в ледяную воду и произнесла на одном дыхании:
– Я покупала козью кровь, чтобы сымитировать девственность.
Пока я говорила, я вновь ощутила на себе удавку вампирьих чар. Но стоило мне произнести оправдание про имитацию девственности, как они тут же рассеялись. Как же омерзительно было произносить эту фразу. Я почувствовала себя настолько скверно и тошнотворно, что захотелось провалиться под землю и оказаться где-нибудь далеко отсюда. Мои щёки горели от стыда, мне было душно, дыхание стало прерывистым и частым. Следователь тут же торопливо убрал руку с моего запястья. Было безумно обидно, ведь Дарион оказался первым, кто ни разу не позволил и тени неуважения прозвучать в его словах в мой адрес, узнав, что я работала в публичном доме мадам Жадрин. Он ни разу за всё время не произнёс ни одной пошлой шуточки, ни одного намёка, в отличие от того же Майкла или Бенефиса. Однако я не винила его, я бы тоже убрала руку на его месте, ведь только что я призналась в том, что мало того, что продажная шлюха, так ещё и в том, что обманщица. Как у него только хватило выдержки, чтобы не вытереть брезгливо после этого свою ладонь о штаны? Я бы наверно не удержалась от такого движения. М-да… а бабуля Ирма переживала за мою репутацию. По-моему, падать ниже уже просто некуда!
Дарион вновь отстранился от меня и задумчиво оглядел. Не изучающе или пошло-оценивающе, а именно задумчиво, и вновь какое-то странное чувство промелькнуло у него в глазах. Что же он там думает обо мне? Я бы отдала всё на свете, лишь бы узнать. Я совершенно не понимала этого человека. Реакции Майкла или Бенефиса мне были хотя бы понятны, а тут…