Селина Катрин – Дело о сердце оборотня (страница 56)

Мне было отчего-то грустно прощаться с Лазурией, хотя не сказать, что я провела здесь самые счастливые дни своей жизни, скорее наоборот. С самого первого дня моего пребывания на элитном курорте моя жизнь как-то не заладилась: меня отравили в телепортационном зале, затем я нашла труп оборотня, и меня обвинили в его убийстве, после чего продержали сутки в плутониевых наручниках. В замке Редстаффа в меня насильно влили зелье с тролльей дозой афродизиака, а во второй мой приезд в Лазурию я вновь поверила в то, что мои дни сочтены. Но как бы странно это ни прозвучало, ещё больше я боялась телепортации домой в столицу.

В то же утро, когда Бенефис вернулся после драки в публичном доме господина Грегора в мою квартиру и не обнаружил непослушной невесты там, он связался со мной по мыслепередатчику и пообещал обрушить на мою голову все муки ада. Естественно, ему не понравились мои сумбурные объяснения, что я вынуждена ещё некоторое время пробыть в Лазурии в качестве свидетеля, пока длится суд над опасным преступником в лице Редстаффа.

– Лоли, это твоя последняя сумасбродная выходка, – сказал мне в мыслепередатчик Бенефис устало, неожиданно перестав на меня ругаться, – совсем скоро ты станешь моей женой, и я очень надеюсь, что ты, наконец, угомонишься. Будущей госпоже Кёнигсберг не пристало мотаться по другим мирам без своего супруга. Я предлагаю сразу же, как ты вернёшься, сыграть нашу свадьбу, не откладывая её в долгий ящик. Мне надоело переживать за тебя и не иметь права повлиять на тебя и твои решения. Я хочу, наконец, стать твоим супругом, иметь права и обязанности заботиться о тебе и решать вопросы, касающиеся твоего благополучия и безопасности.

– Хорошо, – пробормотала я, сглатывая вдруг ставшую слишком вязкой слюну. Конечно, мой жених во всём прав. И том, что моё поведение недостойно незамужней благородной девушки, и в том, что он обо мне старается заботиться, но я ему этого не даю, постоянно сбегая из-под его охраны.

За всё время пребывая в Лазурии у нас так и не нашлось минутки, чтобы переговорить с Дарионом наедине. Как только Асмандиус был обездвижен главой СБИ, в замок ворвались маги в чёрной униформе, оцепляя место преступления. Затем мы аккуратно доставляли улику в маглицию, после чего последовали длительные расспросы со стороны Дариона и ещё нескольких следователей.

Как я поняла уже позднее, Дарион Блэкшир обманул и газетчиков, и самого преступника, сделав вид, что отпустил Асмандиуса за недостатком улик, а сам приставил за ним слежку. Дарион самостоятельно додумался, каким способом был убит Грей Азральд, вот только доказательств у него не было. Дарион рассчитывал, что рано или поздно Асмандиус забудется и воспользуется магией сирен. В целом, даже воды, над которой поколдовал бы преступник, скорее всего, хватило бы для приведения весомых аргументов в суде, однако кусок льда, который удалось заполучить с моей помощью случайно, стал просто-таки неопровержимой уликой.

Всё это время, что я была в замке Редстаффа, люди из СБИ вели наружное наблюдение. Вот только до тех пор, пока в окнах замка не полыхнуло смертельное заклинание, маги не сочли нужным уведомить Дариона о появлении гостьи в моём лице. Разумеется, Дарион с полуслова понял, о ком идёт речь, и телепортировался к стенам замка так быстро, как только смог.

И вновь я почувствовала себя круглой идиоткой под насмешливым взглядом своего друга, уже неоднократно спасшего мою жизнь. Я тяжело вздохнула и закусила нижнюю губу, предчувствуя нелёгкий разговор. Дарион сосредоточенно выставлял координаты телепортационной кабинки, чтобы я вернулась в столицу. Неужели мы сейчас попрощаемся и так и не поговорим тет-а-тет? Моё сердце ухнуло куда-то вниз. До последней минуты пребывания в Лазурии я надеялась, что Дарион вот-вот зайдёт в мой номер среди ночи или же поймает меня за руку в здании суда и скажет, что мы должны поговорить наедине.

– Лоли, – неожиданно обратился ко мне Дарион, выпрямляясь, а моё сердце пребольно ударилось о грудную клетку в плохом предчувствии. – Прости меня. Я думал, что я справлюсь, но мне тяжело видеть тебя ни с Бенефисом, ни с кем-то ещё… Я принял решение. Когда мы вернёмся в столицу, я направлю королю прошение о моём переводе в другой мир, чтобы мы больше никогда не встретились. Если захочешь, то можешь продолжить работу в Службе Безопасности по Иномирным Делам, но уже не под моим руководством. Я был готов бороться с Бенефисом за твоё внимание, пока ты была просто его девушкой… но сейчас ты – невеста и вот-вот станешь женой моего лучшего друга детства. Я не знаю и не хочу знать, по каким причинам ты приняла его предложение, но сейчас я хочу с тобой попрощаться. Раз и навсегда.

Дарион помолчал немного, отводя от меня взгляд, а мне вдруг стало так больно… кажется, это вдребезги разбилась моя последняя надежда.

– Всё сказанное мною в больничной палате теперь неактуально. Я проклинаю себя за то, что не воспользовался тем моментом… – неожиданно яростно произнёс Дарион и ударил кулаком по металлической двери кабинки. – Но всё сложилось так, как сложилось.

Сероглазый брюнет глубоко вздохнул, было видно, что признание далось ему с огромным трудом. Он ласково провёл подушечкой большого пальца по моей щеке, заправил выбившийся каштановый локон за моё ухо, а я прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновениями его тёплых пальцев. Это было всё, что я могла себе позволить, будучи невестой совершенно другого мужчины.

– Мне жаль, что всё так сложилось, – он посмотрел на меня глазами цвета предгрозового неба.

На последней фразе Дариона моё сердце пребольно ухнуло куда-то вниз, глаза увлажнились, но я заставила себя сморгнуть предательски подступившие слёзы и прошептать:

– Мне тоже очень жаль.

А затем не глядя на Дариона шагнула в кабину телепорта.

Конец второй книги

Словарник

Дезертум – мир, практически полностью покрытый раскалёнными пустынями. Коренные жители Дезертума умеют переносить повышенные температуры и перестраивать своё дыхание и кожные покровы таким образом, чтобы не выводить влагу из организма.

Водянка – болезнь, которая присуща жителям Дезертума. Если они вовремя не пьют воду, то организм начинает экономить её, запасая в тканях клетки, но при этом всё ещё посылают сигнал в мозг о жажде. Таким образом, после длительных засух многие жители Дезертума не могут вовремя остановиться и выпивают слишком много воды, в результате чего их организмы не успевают перестроиться, и люди умирают от отеков внутренних органов.

Голубые слизни прилипалы – вид моллюсков, чью слизь часто используют в качестве клеевой основы при строительстве мостов, так как она настолько прочная, что не теряет своих свойств на протяении десятков лет даже в условиях высокой влажности.

Лазурия – курортный мир для богатых выходцев из самых разных миров. Входит в состав Содружества Миров. Три четверти мира покрыто морями лазурного цвета. Именно этот факт и дал название миру. На территории всей Лазурии круглый год царит комфортный климат.

Мантикора – хищник, обладающий ядовитыми желваками и хвостом. Её яд мгновенно парализует жертву, вызывая невероятные муки. Жертва умирает от болевого шока.

Орканоид – родной мир расы орков, входит в состав Содружества Миров.

ОТПРУ – отдел Особо Тяжких Преступлений и Убийств

Плюраж – курортный мир для населения среднего класса.

СБИ – Службы Безопасности по Иномирным Делам

Сиегалия – родной мир расы сирен, входит в состав Содружества Миров.

Содружество Миров (СМ) – альянс миров, на территории которых действует Конвенция о Неприкосновенности Личности. На территории любого из СМ запрещено сканирование ауры без разрешения на то её владельца или опекуна или подвластных органов, а тем более вмешательство в ауру личности. Нарушение конвенции сурово карается законом вплоть до пожизненной каторги на плутониевых рудниках.

Сумеречный мир – мир, богатый на драгоценные металлы рубины, который изначально населяли оборотни. Со временем в Сумеречный мир переместились и вампиры из-за хороших для их расы климатических условия. Так оборотни и вампиры конкурируют за одни и те же ресурсы, расы постоянно находятся в состоянии холодной войны.

Конец второй книги