Селина Аллен – Эффект Фостера (страница 4)

Мускулистое плечо Джефри коснулось моей руки, вырывая меня из детских воспоминаний. Я почувствовала тепло его кожи, даже сквозь ткань моего топа и его футболки, но не сдвинулась ни на сантиметр. Ведь тогда Фостер решил бы, что может хоть немного смутить меня, а я не собиралась позволять ему почувствовать эту власть.

Дэниел, наконец, избавился от странного минутного оцепенения и, прихрамывая, вышел из столовой на поиски Джеммы.

– У вас есть лимонная кислота? – спросила я, морща нос.

Джефри совершенно беспардонно взял мой стакан, наполненный апельсиновым соком, и поднес его ко рту, часы на его запястье на секунду позволили солнечному зайчику ослепить меня.

Интересно, его совсем не волновало, что буквально минуту назад этого стакана касались мои губы? Это негигиенично вроде как.

– Что такое, детка? В салате недостаточно кислоты? – заботливо спросил Мейсон, что сидел по другую сторону от меня. На слове детка я услышала странное фырканье от первобытного человека слева от меня.

– Ее недостаточно в моих глазах. Я хочу выжечь их, после всего, что только что увидела здесь.

Подбородок Джефри чуть выдвинулся вперед, и теперь я хотя бы понимала, что он чем-то недоволен. Поверьте мне, я знакома с ним практически всю свою жизнь, этот индюк просто не бывает доволен, улыбку из него не вытянешь, как и нормальных слов, что не звучали бы как оскорбление или насмешка.

Его ноги наглым образом раскинулись в стороны под столом, и крепкое бедро прижалось к моему бедру, отчего я вздрогнула.

– Это то, чем взрослые занимаются за закрытыми дверьми, – равнодушным голосом ответил Джефри.

Все эти грубые нарушения моего личного пространства не были чем-то вроде флирта. Фостер просто всегда делал только то, что удобно ему – эгоист до кончиков своих светлых волос, и в данный момент ему было удобно развалиться на стуле, не волнуясь о тех, кто сидел с ним по соседству.

– Вот именно, за закрытыми, в твоей большой голове явно недостает мозгов, раз ты не замечаешь такой очевидный факт, как отсутствие двери в этой кухне, – запрятав подальше страх, сказала я, а затем встала со своего места, ведь жар его тела совершенно странным образом угрожал расплавить мои внутренности.

Я резким движением задвинула стул и отошла к арочному выходу из столовой. Отвращение, раздражение и предчувствие чего-то нехорошего поглощали меня, как бывало это всегда в присутствии Джефри.

– Впредь, пользуйся только теми помещениями, где есть дверь, а если не знаешь, как она выгляди, то просто загугли, – посоветовала я. – Буду наверху, Мейсон.

Мейсон кивнул и о чем-то заговорил с Джефри.

Я остановила свой взгляд на лице старшего Фостера, и была удивлена, заметив, что вместо того, чтобы смотреть на своего брата, он смотрел на меня. Заглядывая в зеленые глаза, я ожидала увидеть лишь безразличие, с которым этот человек был неразлучен с самого детства. Однако в этот раз в его глазах вспыхнуло нечто иное – смертоносное и темное. Но, так и не сумев понять, что это было, я поспешила уйти, оставляя братьев на кухне одних.

Глава 3

Барбара

– Что он здесь делает? – сокрушалась я, когда Мейсон вернулся в свою комнату, где я прождала его около получаса.

– Он здесь живет.

Мейсон лежал на огромной двуспальной кровати. Комната младшего Фостера была огромной: на полу мягкий серый ковролин, стены комнаты были выкрашены в белый с легким напыление перламутра. Два сводчатых окна с белыми рамами и западное расположение обеспечивали помещению огромное количество солнечного света во второй половине дня и на закате. В углу стоял деревянный рабочий стол, рядом располагался стеллаж, заставленный огромным количеством наград и бейсбольных трофеев: перчатки, мячики, медали, кубки и даже бейсбольная бита с автографом Майка Траута5.

Мейсон обожал бейсбол с самого детства, игра, превратившаяся в страсть его жизни уже была своего рода проводником в любой колледж страны, а там стипендия и команда по бейсболу первого дивизиона6, ведь боссы бейсбола по достоинству оценили игру Мейсона, поэтому давно подсылали к нему своих рекрутеров.

Мой парень разрывался между Университетом Бригама Янга в Прово, что буквально в часе езды от Солт-Лейк-Сити, и Университетом Флориды. Сильнее всего он хотел во Флориду, ведь там одна из сильнейших команд первого дивизиона по бейсболу. Однако все понимали, что Мейсон выберет Прово и их серьезную школу бизнеса, путь Мейсона, как и мой, был выстроен еще задолго до его рождения и бейсбол в эти планы не входил.

– Но сейчас пятница, разве он не должен быть на учебе? – спросила я.

– Ну, приехал и приехал, какое тебе дело?

Мой милый Мейсон не замечал демонической сущности своего братца, либо замечал, но, как и их отец, игнорировал это. А все потому, что Мейсон обожал Джефри. Как только Джеф появился в этом доме, Мейсон стал бегать за ним хвостиком. Он прислушивался к Джефри и никогда не испытывал к нему ненависти или злости.

Погодите. Мне кажется, или Мейсон ничуть не удивлен появлением брата?

– Ты знал, что он приедет! Почему ты не сказал об этом мне?

– Тогда ты не осталась бы ночевать.

– Конечно, я не осталась бы, ведь твой брат нечисть, которая только и думает, как навредить мне, – зарычала я, а затем упала на кровать рядом с моим парнем.

Я вспомнила случай, как Джефри склеил все мои учебники в школьном шкафчике. Пришлось купить новые.

Джефри учился последний год в Университете долины Юта. Так как учебное заведение находилось буквально в соседнем городе, Фостер иногда приезжал на выходные. Обычно, это происходило в субботу. То есть прибыть он должен был завтра, когда я уже ушла бы из дома Фостеров, но индюку просто необходимо было испортить мои планы.

Между нами всегда были натянутые отношения, хотя натянутые это мягко сказано, я не раз представляла, как накидываю на его шею веревку, привязываю другой конец к седлу Рейджи и пускаю его высвободить всю свою черную ярость, наблюдая за мучениями Джефри. Поэтому в дни, когда старший брат Мейсона возвращался домой, я оставалась у себя. Гораздо безопаснее было не видеться с ним.

Мейсон перекатился и навис надо мной. Кончиками пальцев он нежно погладил мою шею, а затем убрал рассыпавшиеся на мое лицо локоны волос.

– Это было в детстве, Барбара. Джефри давно не достает тебя. Что он, в самом деле, может сделать тебе сейчас? Облить из водяного пистолета?

Нет, облить меня из водяного пистолета было детским лепетом, выстрелить три раза в живот из пейнтбольного ружья – вот что было по душе маленькому извергу.

Я очень хотела поиграть с ними в домике на дереве, который располагался на старом дубе за домом Фостеров. Раздалось три выстрела, яркая краска испачкала мой джинсовый костюмчик. Живот свело судорогой от боли. Из окна показалась взъерошенная голова Фостера. Уже дома я заметила, что весь мой живот покрылся синяками.

Мейсон многого не замечал, а может просто предпочитал игнорировать, как я уже говорила. Дни детства давно кончились, Джефри был взрослым, но это не означало, что он отказался от игрушек, просто игрушки выросли вместе с ним. А это было в сотни раз хуже.

Рука Мейсона скользнула под мой топ и коснулась краешка кружевного белого бюстгальтера. Кожа на моем животе покрылась мурашками, но что-то заставило меня накрыть его руку своей и остановить.

– Еще девиц каких-то с собой притащил.

– Да какое нам дело до Джефри и его подружек

Действительно! Какое мне дело?

– Никакого, абсолютно никакого, – фыркнула я.

Мейсон огладил пальцами мою скулу. Я почти коснулась его губ своими, почти растворилась в той нежности, что он дарил мне, и почти забыла о недоразумении тире старшем брате Мейсона, как в комнату кто-то вломился.

Я резко вскочила с кровати и перевела испуганный взгляд на дверь.

Посланник сатаны собственной персоной стоял на пороге комнаты.

– Кажется, Джемма не позволяет вам ночевать в одной комнате, – хмуро заметил он. Я выдохнула, понимая, что это не мама Мейсона застала нас. Не то, чтобы она была кем-то вроде полиции нравов, но у нее был свой свод правил и согласно одному из них, в ночи, когда я остаюсь в доме Фостеров, мне предоставлялась гостевая спальня, которая за все эти годы уже стала моей второй комнатой.

Очевидно, что мы всячески нарушали эти правила, как несколько недель назад, когда Мейсон пробрался в гостевую и лег со мной, однако я не позволяла ему чего-то, что осудила бы церковь.

– Кажется, тебя это не касается, – угрожающе сузив глаза, ответила я.

Джефри проигнорировал мои слова, однако по потемневшему взгляду и дернувшемуся подбородку, я поняла, что мой ответ ему не понравился. Он сложил накаченные руки на своей груди, привлекая к этому действию мое внимание.

– Предки свалили, Молли и ее подруга хотят посмотреть фильм, ты как, Мейсон? – Он спросил только Мейсона, ведь меня при просмотре фильма видеть рядом не хотел.

– Молли и ее подруга? Ты, что же, не запомнил, как зовут вторую девчонку, которую притащил домой? Они же учились в нашей школе! – удивилась я.

Фостер вскинул одну бровь. Взгляд в стиле ты-дура-или-просто-придуриваешься пронзил меня насквозь.

– Я не запомнил, как зовут и первую, но имя Молли подходит им обеим.

Ни одну из них не звали Молли.

Неужели есть девушки, которые позволяют ему обращаться с ними подобным образом?