Селестина Даро – Иллирия. Свет утра (страница 10)

– Даэдар…

Я непонимающе посмотрела на Глубинника. Страх отступил, и я встала на ноги.

Ко мне приблизился и второй сгусток темной энергии.

– Визелис…

Я моргнула. Это точно не совпадение. Эти мысли появляются у меня тогда, когда Глубинник подлетает ближе. Я сделала шаг навстречу третьему Глубиннику.

– Линдуллин…

Я не знала, что Глубинники могут общаться. В принципе коммуницировать. Но этот язык… Я не понимаю, что они говорят. Глубинники замерли вокруг, будто ожидая от меня чего-то. А что если… Может ли быть так…

– Получается, у вас есть… имена? – негромко спросила я, протянув руку к ближнему сгустку.

Он мгновенно обвился вокруг руки, словно теневая змея.

– Меня зовут Аврора, – прошептала я, пораженная увиденным. – Я умерла?

Линдуллин «отпустил» мою руку и слился в остальными двумя Глубинниками в причудливом воздушном танце. Они гудели, напоминая пчелиный рой…

Я вздрогнула, потому что мне на плечи накинули теплый плащ.

– Десте… – не договорила я, обернувшись.

В глазах Ариока играли лукавые искры. Он убрал руки от моих плеч, слегка хлопнув по ним.

– Смотри, – спокойно проговорил он, и поставил на землю перед Глубинниками небольшую склянку.

Когда он вынул из нее пробку, по запаху я узнала валериану.

Глубинники тут же слетелись к стеклянной банке и запульсировали. Внутри их тьмы словно били крошечные молнии, и чем дольше они висели над склянкой, тем сильнее была пульсация и тем более яркими и видимыми становились молнии.

Я завороженно смотрела на происходящее.

– Что здесь происходит? – повернулась я к принцу, ожидая хоть каких-то комментариев.

– Они питаются разными запахами. Не всеми, конечно. Но, к примеру, их привлекает аромат валерианы. Или розы, а еще – янтаря, – Ариок тихо усмехнулся, смотря на мою реакцию. – А Плазмоидам нравится кровь.

– Благодарю за плащ и новый опыт, – мой голос дрожал. – Я верну тебе плащ, как только мы вернемся в Страж. Кстати, думаю, мне пора…

Я ещё раз посмотрела на Глубинников.

– А ты всегда носишь с собой валериану?

– Стараюсь быть уравновешенным, – уклончиво ответил Ариок, улыбнувшись.

– Ты что, следил за мной? – не успокаивалась я.

– Нам действительно пора идти, – оборвал меня Ариок, взяв под локоть.

Он повел меня в сторону поляны, и я сразу поняла почему: ещё бы чуть-чуть и Тейлиор наткнулся бы на меня, Ариока и Глубинников. Видимо, выспавшись, он все же вспомнил о наказе Макковея и запаниковал, что упустил меня из виду.

Ариок поднял руку в приветственном жесте. Тейлиор побелел и кивнул.

– Жаль, что ты идешь не домой, – прошептал мне на ухо Ариок. – Я надеялся увидеть твою симпатичную сестру.

Я возмущенно сдвинула брови.

– О-о, не делай такое выражение лица!

Я ещё сильнее сдвинула брови, так как не могла понять, когда это мы вдруг перешли на другой уровень общения.

– Когда ты делаешь такое лицо, ты начинаешь мне напоминать Анориона!

Я вздрогнула.

– Ты что, действительно боишься меня? – Ариок лукаво склонил голову в мою сторону.

Я повела плечами. Тейлиор снова понуро плелся сзади.

– Я бы, на твоем месте, опасался кое-кого другого, – говоря это, принц пристально смотрел на Тейлиора. – Очевидно, здесь есть мужчины, позволяющие себе слишком многое. Моему мечу не терпится вновь отведать ревеневого варенья, – промурлыкал Ариок. – И если бы не тайна Стражей, я бы давно его им накормил.

Пожалуй, Ариок был прав. Я попыталась снять его плащ, понимая, что не знаю, как на все это отреагирует Макковей, но принц остановил меня одним движением, цокнув.

Мне хотелось порасспрашивать Ариока о Глубинниках, Плазмоидах, но когда за нами плелся Тейлиор, я этого сделать не могла.

– Так что, ты следил за мной? – я заменила свой вопрос на более безопасный.

– Я хотел попросить у твоей сестры зелье, но по пути наткнулся на вон то спящее недоразумение. А так как он везде таскается за тобой, я хотел удостовериться, что все в порядке.

Слова Ариока прозвучали как-то даже слишком честно и откровенно.

Глава 8

Мы с Ариоком вернулись обратно в Страж. По пути я поняла, что, возможно, могла бы помочь Дестериану с переговорами, поговорив наедине с Макковеем. Я чувствовала себя обязанной принцу за то, что он не дал мне умереть в Страже Зари.

Конечно, Макковей меня на дух не переносит, и я никогда не приходила к нему первой ни по каким вопросам, а уж тем более личным, он всегда сам «бегал» за мной, так что такой ход мог бы стать элементом неожиданности. Вдруг удивившись, он на эмоциях согласится? А потом уже как-то не по мужски будет снова менять свое решение.

Презрение Макковея к моей персоне было настолько густым, что его можно было бы потрогать руками. Так что сама идея разговора наедине даже мне казалась слишком авантюрной… И тем не менее, почему-то интуиция шептала мне, что у меня больше шансов уговорить его, чем у всех остальных приехавших Магистров вместе взятых.

Наверняка он сейчас в своем кабинете, так что самое время решиться на это, Аврора.

Я, словно вор, тихо прокралась по коридору и остановилась у двери. Тейлиор остался на кухне, узнав, что я собираюсь навестить Магистра. Меня потряхивало. Нервы были на пределе, сердце стучало как сумасшедшее. Я сейчас собственноручно подписываю себе приговор.

Без стука я открыла тяжелую деревянную дверь. Если стучать – велика вероятность, что Макковей меня просто прогонит, а я – окончательно струшу и сбегу.

Макковей не ответил, но я все равно вошла внутрь. Ни слова. Когда мне хватило сил поднять глаза, я поняла, что его кабинет пуст.

У меня практически не было возможности рассмотреть его убранство раньше, потому что я старалась не заходить в кабинет Магистра. Избегать Макковея всегда, когда это казалось возможным.

Удивительно, но даже здесь, в месте, которое должно было быть скрыто от чужих глаз, стояли огромные панорамные окна, обрамленные кованым железом, как и по всему остальному периметру Стража.

Воздух был насыщен тяжелым ароматом старой кожи, земли и пыли, и приправлен едва уловимым ароматом магии – глубоким и терпким, как выдержанное вино.

Я не боялась, что Макковей застанет меня тут. В конце концов, я ведь просто стояла на месте и смотрела по сторонам. На одной из стен висела карта, пульсирующая едва заметным мерцанием, отражающим энергетические потоки земли. На массивном дубовом столе лежал пергамент, усыпанный переливающийся рунами, которые были похожи на застывшие молнии. В углу стоял глобус из полированного обсидиана, на котором светились крохотные звездочки, отмечая созвездия.

Кабинет Магистра был прекрасен, если не брать во внимание то, что сейчас он принадлежал Макковею.

Слева от глобуса у другой стены располагался книжный шкаф, а сверху над самим глобусом – полка, держащаяся на крупных штырях. На ней тоже стояли книги, правда, между ними лежали разные предметы: кристалл кварца, кусок вулканического стекла, кусок гранита, кусок железа, деревянная флейта, раковина морского моллюска и сердцевина окаменелого дерева.

Если подумать, каждый из них мог символизировать стихии. Я не смогла устоять и подошла поближе, чтобы разглядеть каждый из них.

Я провела пальцами по граниту, приятно холодному, гладкому и наверняка тяжелому. Он здесь символизировал стихию Земли. Кварц – менее плотный, более хрупкий. Не стоило его трогать, но я взяла его в руку и покрутила, смотря на то, как солнце красиво золотится на его гранях. Это Вода. Магистр Теламон из Стража Воды – самый тихий из тех, кто приехал обсуждать создание Завесы. Перед тем, как положить на место кварц, я чуть постучала по нему пальцами, а потом взяла флейту, и поднеся ее к губам, слегка подула. Из нее вырвался тихий, приятный звук, почему-то заставивший меня зажмуриться от удовольствия.

Макковей все не появлялся, и мне, почему-то стало наплевать, наорет ли он на меня, если обнаружит здесь. У меня в крови будто бы зародился особый ритм, и я ощутила, что не могу успокоиться, пока не посмотрю остальные предметы. Тем более, что обсидиан, лежавший тут, не был обычным: это был бархатный обсидиан, переливающийся перламутром.

Я подняла его и чуть потерла рукавом, стирая налет пыли, а затем вернула на место, несмотря на то, что мне, почему-то, вдруг жутко захотелось попробовать его лизнуть. Преодолев странное желание, я поднесла к уху раковину моллюска. Она олицетворяла Эфир. Ничего не услышав, а, точнее, услышав только биение собственного сердца, я перешла к метеоритному железу, которое мало по виду отличалось от обсидиана.

У Майи были бусы из такого железа, но однажды я взяла их «поносить» и ничего хорошего из этого не вышло. Эйван уговорил меня разобрать их на бусины и раскидать вокруг дома, чтобы небесный металл защищал нас от Глубинников.

Пока не тронутым мной оставалось только окаменелое дерево. Оно тут являлось стихией Времени. Интересно, почему здесь было только семь предметов? Ведь Стражей всего одиннадцать.

Я поднесла кусочек дерева к носу и, вдохнув янтарный аромат смолы, не смогла аккуратно вернуть его на место. Оно соскользнуло вниз из ладони, характерно ударившись о полку.

На ладони, там, где только что было дерево, вдруг вспыхнула зеленым руна Земли и тут же погасла. Что за черт?

Что-то скрипнуло. Я подняла глаза.