Селена Гримм – Его безумная девочка (страница 1)

Селена Гримм

Его безумная девочка

Падение в снег

Это утро было обычным настолько, насколько вообще может быть обычное январьское утро в городе, который не спал всю ночь и теперь нехотя просыпался под серым небом.

Она вышла из подъезда в семь сорок три, как всегда. Надела те же сапоги, тот же пуховик, тот же красный шарф – тот самый, который бабушка ей связала пять лет назад. В ушах играл подкаст про осознанность, который она слушала уже третью неделю и который никак не делал её осознаннее.

Она шла к метро привычным маршрутом: мимо круглосуточного магазина с вечно пьяным продавцом, мимо детской площадки, где в семь утра никого не бывает, мимо остановки, где всегда толпились люди, которым не повезло жить дальше от метро, чем ей.

Снег падал крупными хлопьями – тот самый снег, который уже никому не нужен, но всё падает и падает.

Она сделала шаг – и вдруг нога поехала вперёд, руки взметнулись вверх, сумка слетела с плеча, наушник слетел с уха, и она рухнула на спину, прямо в сугроб, который намело у края тротуара.

Больно не было. Только мокро и холодно – снег сразу начал таять под курткой, затекать за воротник, под шапку, в рукава.

Она лежала и смотрела в небо.

Подкаст всё ещё играл в одном наушнике – какой-то голос вещал про важность принятия себя. Она не выключила, просто лежала и слушала, глядя, как снежинки падают ей на лицо.

Большие, пушистые, неторопливые. Они кружились в воздухе, как будто танцевали под ту музыку, которую слышали только они. Опускались на ресницы, на щёки, на губы. Таяли и снова падали.

Она вдруг подумала: а когда она в последний раз смотрела на снег? Не мельком, из окна маршрутки, не краем глаза, пролистывая ленту в телефоне. А вот так – лёжа, задрав голову, не думая ни о чём?

Наверное, в детстве. Когда каталась с горки и валялась в сугробе, пока мама не звала домой.

Мимо прошли чьи-то ноги. Потом ещё одни. Кто-то охнул, кто-то засмеялся, кто-то просто обошёл, не останавливаясь.

Она не вставала.

Снег падал и падал, и это было так красиво, что дышать хотелось медленнее, чтобы не спугнуть.

– Вам помочь?

Голос прозвучал откуда-то сверху, справа. Мужской, спокойный, с лёгкой хрипотцой.

Она повернула голову. Рядом стоял мужчина в тёмном пальто, с портфелем в руке. Лет тридцать пять, наверное. Обычное лицо, уставшие глаза, шапка надета кое-как. Смотрел на неё с вежливым беспокойством, уже протягивал руку.

– Вам помочь подняться? – повторил он.

Она посмотрела на его руку, потом снова в небо. Снежинка упала прямо в глаз – она зажмурилась, засмеялась.

– Нет, – сказала она. – Лучше лягте рядом. Давайте смотреть на снег.

Он замер. Рука так и висела в воздухе.

– Что?

– Он такой прекрасный сегодня утром. – Она похлопала ладонью по сугробу рядом с собой. – Давайте. Прямо здесь. Пять минут. Вы не опоздаете.

Он смотрел на неё, и в его глазах было что-то странное – смесь недоумения, любопытства и, кажется, лёгкого испуга. Нормальная ли она? Может, ударилась головой?

– Вы серьёзно? – спросил он.

– Абсолютно.

Она улыбнулась ему. Широко, открыто, как улыбаются только детям и очень близким людям.

Он постоял ещё секунду. Потом оглянулся по сторонам – на улице никого не было, только снег падал, и редкие машины проезжали мимо.

И он лёг.

Прямо в снег, в своём дорогом пальто, не снимая портфеля с руки. Лёг рядом, закинул руки за голову и уставился в небо.

– Ну и что мы здесь видим? – спросил он.

– Снег, – ответила она. – Много снега.

Они лежали и молчали. Минуту, две, три. Снежинки падали им на лица, таяли на щеках, на губах. Где-то вдалеке загудела машина, кто-то крикнул, хлопнула дверь подъезда.

Но здесь, в этом сугробе, было тихо.

– Давно не смотрел на снег, – сказал он вдруг.

– Я тоже.

– Лет двадцать, наверное. С тех пор как в школу перестал ходить.

– А я с детства.

Он повернул голову к ней. Она почувствовала его взгляд, но продолжала смотреть в небо.

– Вы странная, – сказал он.

– Знаю.

– Но вы правы. Это красиво.

– Я знаю.

Они помолчали ещё. Потом он засмеялся – тихо, как будто сам себе.

– Меня, наверное, уволят сегодня, – сказал он. – Я важную встречу пропущу из-за того, что лежу в сугробе с незнакомой женщиной.

– Не уволят, – сказала она. – Скажете, что спасали утопающую.

– Вы не тонете.

– Тону. В снегу.

Он засмеялся громче. Снег посыпался с его пальто, когда он приподнялся на локте, чтобы посмотреть на неё.

– Вы всегда такая? – спросил он.

– Какая?

– Безумная.

– Да.

Он смотрел на неё ещё секунду, а потом вдруг улыбнулся.

– Повезло же кому-то, – сказал он.

– Кому?

– Тем, кто вас знает.

Она не нашлась, что ответить. Снежинка упала на губы – она слизнула её, отвернулась, посмотрела снова в небо.

– Вставайте уже, – сказала она. – А то замёрзнете насмерть, и я буду виновата.

– А вы?

– А я полежу ещё минуту.

– Тогда и я полежу.

Он снова лёг. Портфель положил рядом в снег – видимо, решил, что хуже уже не будет.