Седрак Симонян – В краях Амшена (страница 3)
-Ладно, прости. Ты спи дальше. А я подготовлюсь к экзамену.
Она отключила телефон. Стало легче, даже забавно. Представила, как Айшенур дала пощёчину своему парню. Взялась за учёбу. Должна была прийти подружка, они намеревались за пару дней до экзамена, повторить и записать ответы на экзаменационные билеты.
Встретила Анара случайно, через неделю. Вежливо поздоровалась. Поговорили об учебе, о экзаменах. Анар пожаловался, что многое надо проштудировать, и из-за этого, почти целыми днями не выходит из квартиры. Это импонировало Сабрине. При прощании, к просьбе парня прогуляться на следующий день на катере по Босфору, Сабрина, немного посомневавшись, дала согласие, но поставила условие, что будет с подружкой. Постепенно, незаметно, Анар становился частичкой её бытия. Повседневность, мечты, сама жизнь уже не представлялись без его существования. И парень не давал повода омрачить свой образ в её глазах, в мечтах Сабрины. Неведомо к чему это привело бы, если бы не звонок Айшенур перед последним экзаменом, перед тем, как отключить мобильник, что положено на экзаменах, и войти в аудиторию.
-Что сестрёнка, соскучилась? Вот сегодня сдам экзамен, и приеду через пару дней.
-Экзамен? Сегодня? Ладно. Позвоню попозже. Или…позвони сама, как сдашь. Только прошу, позвони обязательно.
-Айшенур, случилось что? С парнем своим разладила? Голос у тебя странный.
-Потом, после твоего экзамена скажу. Удачи тебе.
Айшенур отключила телефон.
-«Как скажешь, сестрёнка», - подумала Сабрина, и вошла в аудиторию.
После удачной сдачи экзамена, она выскочила из аудитории, а навстречу уже Анар с букетом роз. Поздравил, поцеловал ручку Сабрины, и предложил пойти вечером в кофейню, но вдвоём, без подружек. Сабрина поколебалась, но согласилась. Какие могли быть у неё сомнения в, ставшем ей духовно близким, человеке? Он проводил её до дома, договорились встретиться в семь вечера.
Уже в своей комнате, вспомнив звонок Айшенур, Сабрина позвонила ей. Та ответила не сразу:
- Сестра, как там, удачно сдала?
В голосе Айшенур доносилась грусть.
-Сдала, конечно сдала. Скажи, что с тобой случилось?
-Не со мной. Тебе нужно срочно возвращаться, сестра..
-А что случилось? Я ещё побуду здесь пару дней…
-Приезжай. Дядя Селим в больнице, в Трапезунде. Сейчас мама с ним.
-Папа? Что с ним случилось, скажи, сестра.!
-Попал в аварию, но состояние стабильное…
-Правду скажи, Айшенур.
-Это правда, сестрёнка…Я недавно звонила тёте Наргис.
-Я приеду, немедля. Соберусь, и на вокзал.
С холодком в душе от услышанного известия, Сабрина присела. Потом вышла, сообщила старой тёте о случившемся. Та посочувствовала, постаралась утешать Сабрину. Приехавший на вокзал Анар, конечно, был расстроен сорвавшимся свиданием. Попрощались. Он первый раз обнял её, поцеловал в щёку. Оторвавшись от него, Сабрина вошла в автобус, который сразу же тронулся. Как будто, спешил унести её неописуемое чувство от объятия, поцелуя. Это и стало поддержкой от тревожных мыслей, фоном для раздумий Сабрины, на всём пути.
Уже ночью в Трапезунде, вместе с Айшенур её встретил дядя Фархад, младший брат Селима. Они обнялись.
-Как папа? Как это могло случиться?
-Слава Богу, он пришёл в сознание. Тётю пустили к нему.
Неисправный грузовик протаранил его машину.
-Поехали в больницу. Я хочу видеть папу.
-Да, сестрёнка, поехали.
Сабрина никогда не видела раньше маму такой растерянной, брошенной, внутренне одинокой. У неё сердце вздрогнуло от этого. Мать долго не отпускала её из своих объятий. Потом успокоилась, сказала, что Селим, сейчас спит, но она поговорила с ним, и он всё спрашивал о ней. Мама расплакалась. Сабрина с Айшенур, успокаивали её.
Девочки решили остаться с ней в больнице. Фархад поговорил с врачом. Им выделили комнату, а сам он уехал, обещая проследить за домом, а днём приехать в больницу.
В комнате, где их поселили, они долго говорили по душам. Казалось, вся прошлая будничность их жизни не то что расшаталась, а просто улетучилась, стала сновидением, а новая жизнь уже требовала других действий, сулила иные ожидания.
- Я останусь с Селимом, - в раздумьях, сказала мама.
- Завтра Фархад принесёт ключи от нашего загородного дома, вы поедете, порядок наведёте там. Фархад поможет. А мне здесь надо выхаживать Селима, у него ведь перелом бедра, и спина повреждена, он весь в гипсе обмотан. Я буду всё время находиться с ним рядом, готовить еду, и всякое остальное. А вы, в селе, присмотрите за домашним хозяйством. За ульями надо проследить. Пора мёд собирать. Только без Фархада, ничего не предпринимайте.
-Мама, кажется я на медицинском учусь. Может, мне поухаживать за папой?
-Нет, доченька. Ты эти каникулы побудь дома, помоги Айшенур, с хозяйством. Ей одной тяжело будет с приготовлением зимних припасов, с соленьями. Вот и кизил уже пропадает, пора из него варить варенье, и банок пару десятков, компот закатать из кизила, слив, яблок. Да, ещё фундук соберёте, и орехи грецкие, что под деревьями. Я не успела собрать. На балконе, на солнечной стороне, рассыпьте на ковёр, пускай сушатся.
Да, чуть не забыла, вдоль забора ряды красного перца, соберёте и нанижете на шелковую нить, как и чеснок, и повесьте тоже на балконе, на просушку.
-Да мама, всё мы сделаем, будь уверена! И вообще, всё у нас будет хорошо, как раньше. Заверяла Айшенур.
-Ты меня мамой назвала?.
И слёзы потекли из глаз Наргис. Девочки обняли её.
Дом в пригороде Трапезунда, несколько лет назад приобретённый Селимом, выглядел вполне прилично, для жилья. Селим, уже пару лет, сдавал дом рабочим строителям, а те взамен, отремонтировали комнаты, крышу накрыли шифером. Единственное, что смутило, воду надо было брать из колодца. Когда Айшенур впервые посмотрела в глубь колодца, отпрянула назад.
-Дядя Фархад, там так страшно…
-А ты не смотри в глубину. Просто, возьми ведро, подвесь на крючок, аккуратно отпусти, придерживая цепь, чтобы не сорвалось, и спокойно крути ручку, опуская в колодец. Набирая воду, прокрути ручку обратно.
-Всё равно страшновато, - с трудом вытянув из колодца полное ведро и расплескав чуть не половину, пока она снимала ведро с крючка, призналась Айшенур.
Тем временем Сабрина протирала окна и двери. Мыла полы... Фархад привезённую домашнюю дичь положил в морозильник, остальную провизию, уместил в холодильнике.
-Самое большее, шесть-семь остановок отсюда до больницы. Наргису удобно будет ездить к Селиму.
Пока Айшенур нагревала привезённый куриный бульон и остальную еду для Селима, Сабрина заканчивала уборку, постелила постель для матери. Заперли двери дома, сели в легковушку Фархада, отправились обратно, в больницу. Наргис была в добром расположении духа, после посещения мужа.
-Селим хочет видеть вас, – сообщила она девочкам.
-Как он там, мама? – Заголосили девочки одновременно.
- Доктор сказал, что посмотрел рентгеновские снимки, и внутренних повреждений не обнаружил. Просто перелом ноги, и спина…
-Можно зайти к нему, вместе с Сабриной? – попросила Айшенур.
- Да, девочки. Селима перевели из реанимации в палату. Я поговорила с медсестрой. Наденьте халаты, она проводит вас к нему. Но, ненадолго. Не утомляйте разговорами. Пока он слабый.
Когда девочки вошли в палату, Селим бесцельно глядел на потолок, впадая в думы. Кроме него, на крайней койке лежал ещё больной. Девочки подошли поближе к Селиму. Он обернулся, и постарался улыбнуться сквозь болезненную гримасу:
-Видите, жизнь как обернулось, ангелы мои…
-Папа, ты выздоравливай! - Сабрина взяла ладонь отца, поцеловала, прижала к лицу.
-Как-нибудь выкарабкаюсь, доченька… Расскажи, как твоя учёба.
-Сдала экзамен. Остался один семестр в этом году. И то, в основном буду практиковать. Пока не определилась, где именно.
- Ну и хорошо. А как ты, ангел наш? – Селим, обернулся к Айшенур.
-Всё в порядке, дядя Селим. Читаю, учусь бизнесу, как вы велели. Главное, вы поправляйтесь….
-Постараюсь, доченька, постараюсь. А где Наргис?
-На кухне. Разогревает обед для вас. А вот и она.
Вошла Наргис, с подносом в руке. Айшенур пододвинула стул ближе к кровати:
-Покормить тебя, Селим?
-С руками у меня всё нормально, сам поем. Только покрути-ка вон ту ручку, чтобы подголовье кровати приподнять… Ну, вот, хватит, так удобно. Только бульона не хочу. Дай, доченька, попить воды… Теперь, продолжайте рассказывать о себе.
- Папа, без тебя всё это не имеет значения.