Себастьян Фитцек – Отрезанный (страница 65)
– За что? – брезгливо поморщившись, уточнил Херцфельд. – За то, что он вытаскивает свою вставную челюсть перед работающей камерой?
– Дешево, да? Он считает это эффектным трюком, – начал пояснять Эндер. – В старофранцузском стиле, ну, ты понимаешь. Он выдувает пузыри без зубов.
– Очень смешно.
– Вот я и говорю. Его шутки с моими и рядом не стоят! Проклятье!
– Уверен, что в следующем году вы возьмете ваш заслуженный приз, – поспешил успокоить Мюллера Ингольф, похлопав его сзади по плечу.
Тон и жест, с которыми фон Аппен это произнес, напомнили Херцфельду историю про психиатра, который уверял своего пациента в том, что все будет хорошо, если тот станет принимать только его таблетки.
– Позже мы сможем посмотреть шоу в записи, – заявил между тем Ингольф. – А теперь предлагаю начать. Теперь, когда мы наконец собрались все вместе.
Его заявление походило не на предложение, а на однозначно принятое решение, поскольку, не дожидаясь согласия гостей, фон Аппен прошествовал по своему номеру люкс и открыл еще одну дверь.
– Прошу всех пройти в мой рабочий кабинет, – остановившись на пороге, заявил Ингольф.
Затем он вошел в помещение, и Херцфельд увидел еще одно знакомое лицо.
– Линда!
– Пауль!
Комната, которую Ингольф назвал своим кабинетом, походила на настоящий конференц-зал.
Сидевшая за длинным столом Линда оторвалась от работы над рисунком. Таким образом, она, по-видимому, решила скоротать время ожидания. На эскизе был изображен умирающий человек, лежавший в луже крови. Несмотря на ужасающую сцену насилия на картинке, Херцфельд не мог не восхититься силой таланта молодой художницы.
– Рада тебя видеть!
С этими словами Линда подошла к Херцфельду и обняла его, как вернувшегося с войны солдата. На ней была надета кожаная куртка с искусственным мехом, воротник которой пощекотал Пауля за ухом. От молодой женщины исходил приятный, терпкий и одновременно цветочный аромат, но профессор был уверен, что это не духи.
– Так гораздо лучше, чем пощечина, как в последний раз, – прошептал он, когда Линда отошла от него.
Херцфельд поприветствовал кивком человека, занявшего место напротив Линды и который помимо Ингольфа, видимо, чувствовал себя комфортно в подобных апартаментах. На нем был надет костюм и галстук с большим узлом. Бросались в глаза наманикюренные и отполированные ногти, а также белые зубы, словно намазанные корректирующей жидкостью «штрих». Было заметно, с каким неудовольствием воспринял этот прототип бизнес-консультанта необходимость подвинуться за столом, когда в соседнее с ним кресло уселся культурист Эндер в спортивном костюме. Профессор же занял предложенное ему место с болезненной миной на лице и прижимая руку к повязке на животе.
Ингольф фон Аппен начал свою презентацию, так и не представив собравшимся неизвестного гостя. Вместо этого он притушил свет и включил проектор, высветив пустую картинку на белом экране, расположенном в самом начале комнаты.
– Я пригласил вас всех сегодня к себе, потому что мне нужна ваша помощь, – заявил фон Аппен.
– Так и Херцфельд говорил, когда в последний раз звонил мне, и мы все знаем, что из этого вышло, – сухо заметила Линда.
Эндер же, наоборот, расплылся в широкой улыбке.
– Не волнуйтесь. То, что мне нужно, гораздо менее рискованно, но зато более полезно для вас самих, – продолжил свою речь Ингольф и показал первый слайд, изготовленный в программе PowerPoint и состоявший из простой надписи: G. P. SAVE.
– И что это означает? – бросил Херцфельд.
– Это, уважаемый профессор, является реальной причиной того, почему я хотел пройти стажировку вместе с вами. Помните, я рассказывал вам о
– И о вашей кошке? Как же, помню. Вы разработали некий GPS-чип, с помощью которого можно найти сбежавших животных.
Ингольф усмехнулся и заметил:
– Точно.
Затем он показал лазерной указкой на логотип на экране и уже серьезно сказал:
– G. P. SAVE основано на идее PetSave. Только стоит оно на один эволюционный уровень выше.
– Вы хотите искать исчезнувших людей? – решил уточнить Эндер.
– Нет, – рассмеялся Ингольф. – Я хочу уберечь их от похищения.
При этом его взгляд стал очень серьезным и остановился исключительно на Херцфельде.
– В одном из журналов я прочел вашу статью, профессор, – заявил фон Аппен. – В ней вы написали, что на теле есть пятьдесят шесть мест, где с помощью микрохирургического вмешательства можно спрятать вещи, не оставляя видимых шрамов.
– Верно, такая статья вышла в журнале «Нэшнл джиогрэфик», – подтвердил Херцфельд.
– А теперь только представьте, от скольких страданий мы могли бы избавить семьи, да и самих похищенных людей, если бы нам удалось своевременно вшить тем, кому угрожает похищение, GPS-передатчик, – многозначительно проговорил Ингольф.
Затем он высветил новый слайд, на котором был изображен какой-то график.
– Каждые шестьдесят секунд в Южной Америке похищается один человек, – принялся пояснять свой график фон Аппен. – В Германии показатели, конечно, значительно ниже, но тем не менее страх у рядовых немцев перед похищениями растет. Эта зараза распространяется по всему миру.
Фон Аппен внимательно посмотрел на каждого присутствующего, и всем было ясно, что хотели сказать его глаза. Немного помолчав, он добавил:
– И случай с Задлером не единичен.
Ингольф снова сделал короткую паузу в своем выступлении, а потом заявил:
– Мои биржевые аналитики отмечают заметный рост спроса на этом рынке услуг. Мы можем рассчитывать как минимум на двадцать миллионов заинтересованных клиентов. Даже при самом плохом варианте, если прогнозы моих людей не совсем обоснованны, годовой оборот при этом составляет около полутора миллиарда долларов, что принесет прибыль в четыреста тридцать миллионов. И это в самом худшем случае.
Он опять замолчал, давая присутствующим возможность почувствовать всю перспективность своего предложения.
– Рынок поистине огромен, – продолжил фон Аппен. – У нас много потенциальных заказчиков. Это и компании, вынужденные заключать дорогостоящие страховые договоры на случай похищения их топ-менеджеров в странах третьего мира, и государства, заинтересованные в снижении расходов на содержание ножных браслетов отбывающих наказание заключенных, и в первую очередь родители, которые хотят знать, где их дети. Если мы проведем соответствующую операцию сразу после рождения, то впоследствии обеспокоенная долгим отсутствием своего ребенка мать всего лишь за секунду сможет просто включить компьютер и проверить, где находится ее чадо.
– Подождите! – перебила его Линда. – Я ослышалась, или вы действительно хотите вживлять людям чипы?
– Нет, вы не ослышались. Как только возникнет подозрение о похищении, по пеленгу можно будет выслать группу быстрого реагирования, чтобы найти похищенного. Эта техника достаточно отработана. Наши юристы проверили основные условия осуществления проекта. Если вживление будет производиться квалифицированным врачом с согласия всех заинтересованных лиц, то с правовой точки зрения все в порядке.
– А с моральной? – возмутилась Линда.
– Лично я не вижу в этом ничего плохого, – пришел на выручку Ингольфу Херцфельд и, привлекая к себе внимание, поднял руку. – Я могу понять тебя, Линда. Ты имеешь в виду конфиденциальность, личные права и прочие деликатные вопросы. Но только все это относится к области теории. Если бы ты спросила мое мнение всего полгода назад, то я с негодованием отверг бы такую идею. Но теперь? После всего, через что мы прошли? – Он зябко повел плечами и добавил: – Если бы у меня была возможность найти Ханну через спутник, то я готов был бы отдать за это свою правую руку.
– Я так понял, что вы поддерживаете идею создания системы G. P. SAVE? – спросил Ингольф, в глазах которого вспыхнули огоньки.
– Нет.
– Но… – явно смутившись, промямлил фон Аппен. – Разве вы не сказали…
– Я сказал, что у меня нет возражений против вашей идеи с моральной точки зрения. Только я не буду в этом участвовать.
С этими словами Херцфельд сделал движение, чтобы встать.
– Постойте, профессор, подождите! – воскликнул Ингольф. – Вы нужны мне не как врач! Вам не придется никого резать, если вас это останавливает. Вы будете выполнять функции консультанта.
Фон Аппен посмотрел на каждого и добавил:
– Вы все будете работать в одной команде. Линда! Вы талантливый человек, особенно по части графики, и можете взять на себя маркетинг. А то, что у вас критический взгляд на данный вопрос, так это хорошо. Это только создает дополнительные предпосылки успеха.
Ингольф еще раз посмотрел на присутствующих и, обращаясь уже к Мюллеру, ободряюще кивнул ему:
– А у вас, Эндер, явные организационные способности, и вы могли бы взять на себя сбыт.
– Я? – искренне удивился Мюллер. – Но как? Ведь выше коменданта по службе мне подниматься не доводилось, и будь моя воля, я с удовольствием променял бы эту работу на карьеру в комедийном шоу.
– Хорошо, это просто означает, что вы все в настоящее время профессионально друг с другом не связаны. Да и вы, профессор, судя по всему, сейчас в отпуске, – заявил Ингольф.
– Да, это можно назвать и так.
– Соглашайтесь и отбросьте сомнения. Только за счет гарантийного бонуса, который вы получите в начале года, каждый из вас сможет легко направить свой личный «порше» в дерево.