Сдобберг Дина – Хочу тебя вернуть (страница 45)

Мы идём куда-то, кажется, бесконечно, пока не останавливаемся перед металлической дверью. Тайгир достает ключи и открывает её, по-прежнему не выпуская моей руки из капкана своей ладони.

Только после того, как прозвучал щелчок замка с обратной стороны, он, наконец, разворачивается ко мне. Срывает свою маску и отшвыривает её в сторону. Прижимает меня к стене, гладит руки, плечи, обводит контуры маски на моём лице. На секунду замирает в миллиметре от моих губ и срывается. Обрушивается голодной бездной, цунами, от которого невозможно убежать.

— Моё наваждение, — шепчет на родном языке, сжимая моё лицо в своих ладонях. — С ума свела, покоя лишила, всю душу выжгла! И сама же спасаешь!

— Моя душа это ты, — отвечаю ему на том же языке.

Тайгир замирает. Да, я говорила, что знаю язык, но я впервые говорю на нём при Тайгире. Он осматривается, словно что-то выискивает в комнате, подхватывает меня на руки и усаживает на край кровати.

— Не важно, что происходит. Не важно, в каком я настроении. Не важно, что у меня в руках. — Он одним движением разрывает мою юбку до самого бедра.

— Даже, если ты виновата, — говорит он, пока старательно обматывает шёлковыми лоскутами мои запястья.

Рядом с кроватью идёт труба, возможно, какие-то коммуникации. Тайгир привязывает мои руки к этой трубе, фиксируя и заставляя вытянуться. Меня накрывает воспоминанием о том, как я вот так же стояла в доме своего отца. Рывок, треск ткани, чувствую волну воздуха на своей обнаженной спине. Меня начинает трясти, а Тайгир вновь повторяет всё те же слова.

— Не важно, что у меня в руках. — Слышу звук расстёгнутой пряжки.

Ременная петля скользит по бёдрам, по спине, по оставленным на ней шрамам. Её сменяет горячая ладонь и ощущение прижавшегося ко мне мужского тела.

— Я никогда не причиню тебе боли. Ни по какой причине. — Говорит он, пока его пальцы ласкают шею, губы обжигают щеку, плечи, уши поцелуями. — Повтори.

Я сбиваюсь, я воспроизвожу его слова не точно. И он вновь и вновь, требует от меня повторения. Пока сам ласкает моё тело, заставляя плавиться под его руками и взрываться от удовольствия. Откуда-то издалека, словно сквозь толщу воды доносится свист вспарываемого ударом воздуха, звук рвущейся ткани, но вместо обжигающей боли, которую ждёт моя память, я сгораю, задыхаюсь, жадно хватаю воздух.

— Чччч… Я никогда не причиню тебе боли. Никогда. Всё, что ты должна запомнить. — Тихий шепот, кажется, проникает сразу в мозг, вплавляет слова в память.

Один удар ножом и мои руки свободны, разворачиваюсь и вцепляюсь в его шею, жаль ногтей нет. А так хочется впиться когтями в его кожу!

— Наигрался? — шиплю я, потому что горло словно сорвано.

— С чего бы вдруг? Ночь только началась. — Улыбается он. Широко, открыто, до ямочек на небритых щеках.

— Ты не Тигра, ты Чеширский кот! — обвожу пальцами его скулы. — Ты похудел.

— Ерунда. — Отмахивается он. — Я сниму?

Его пальцы скользят по маске.

— Жутко неудобная штука! В ней жарко. — Признаюсь я под тихий смех. — Что это за комната.

— Моя. Здесь ночую, когда дела. — Вытягивается на кровати он сам и утягивает меня на себя.

— И теперь будешь здесь ночевать? — спрашиваю я, выводя рисунки у него на груди.

— Нет. Тебе здесь не место, а ночевать я собираюсь с тобой. — Одним движением переворачивает он меня и накрывает своим телом.

Наша ночь наполнена пьяным шёпотом признаний и откровенными ласками. Нет ничего, что было бы под запретом. Пропитались друг другом насквозь.

Я даже не поняла, когда мы уснули. Просто открыла глаза пытаясь понять ещё ночь или уже утро. Я уснула на боку, уткнувшись носом в Тайгира. Через мои бёдра перекинута его нога, а рука прижимает к себе, поддерживая за спину.

— Давно не спишь? — даже не удивилась, встретив его взгляд, едва посмотрев вверх.

— Недавно проснулся. Нам пора уходить. — Говорит он.

— Ага. Интересно, в чём я пойду? — вспоминаю я об участи моего наряда, от которого остались только туфли, маска и трусы.

— В этом. — Протягивает Тайгир мне свою рубашку.

— В принципе, модное платье. — Смеюсь я. — А это зачем?

Я удивляюсь, когда он снова надевает на меня маску.

— Эта ночь останется маленьким секретом между мной и моей женой. — Тайгир берёт отброшенное вчера покрывало с кровати и закутывает меня с головой. — Ты помнишь? Я не причиню тебе боли, даже если это просто чужие слова. Спрячь лицо у меня на плече.

Он открывает дверь и подхватывает меня на руки, сбегает по ступеням, словно я ничего не вешу. Охрана клуба, если и увидели нас, то постарались сделать вид, что их тут нет. По крайней мере с Тайгиром никто не здоровался. Только в машине он стянул с меня маску и убрал в бардачок.

— Это зачем? — удивилась я.

— Сувенир на память. — Улыбается он, включая телефон. Просматривает уведомления и кладёт его на торпеду.

Я даже не смотрю, куда мы едем. Наблюдаю за Тайгиром, за сменой выражения на его лице. Улыбка сменяется задумчивостью, потом напряжённая складка между бровей разглаживается. Машина останавливается, а Тайгир поворачивается ко мне.

— Почему ты решила прийти? — тихо и серьёзно спрашивает он.

— Потому что поняла, что не правила определяют нашу жизнь. А без тебя жить не получается. — Столько чувств рвётся наружу, а слов подобрать не могу.

— Почему?

— Потому что люблю тебя. Не хочу обратно, в ту жизнь, где я без тебя. — Обняла собственные коленки и смотрю в лобовое стекло. — Правила, законы, привычки… Всё это такая чушь! Я за это время пожалела сотни раз, что не слушала сама себя. Хваталась за воздух. А в результате осталась в пустоте.

— Это не воздух. Это гордость, характер. — Чувствую на себе его взгляд. — А ты пришла ко мне.

— Да. Потому что вся эта гордость и весь этот характер, счастливой меня не делают. И свободной тоже. — Ответила я. — Почему мы сюда приехали? Что здесь?

— Вон то здание, видишь? Это ЗАГС. — Показывает мне, куда смотреть Тайгир. — Если ты выбрала меня, и жизнь со мной, то я хочу знать. Ты согласна не просто жить рядом, а быть моей женой?

— А как же… Дай вспомню, как ты это сказал, а то ты у нас любитель точных формулировок. Я твой господин и хозяин, ты принадлежишь мне, и у тебя нет права на слово нет. — Припоминаю ему я.

— Оксана, — он серьёзен, и я понимаю, что не до шуток сейчас. Ответ на этот вопрос ему важен.

— Да. Я хочу быть твоей женой, — наблюдаю, как вспыхивает бездна в его глазах, тянусь к нему за поцелуем, словно за печатью, скрепляющей мои слова. — Только зря сюда приехали, вот так сразу нас не распишут.

— Уверена? — он протягивает мне телефон, и я читаю сообщение Тайгиру от Амирана, с адресом этого самого ЗАГСа и словами, что наше сожительство это непонятно что, и если мы уж решили, то чтобы наводили порядок в своей жизни. Чтоб всё было как положено. Он уже договорился.

Мы молча посмотрели друг на друга и почти одновременно рассмеялись.

— Нет, твоего брата ничто не исправит! Чтобы ему вот такая же правильная попалась, только чтоб все его правила для неё были неприемлемы! Нет, правда, я хочу на это посмотреть! — говорю, когда отсмеялась.

— Чем сложнее завоёвывать, тем слаще победа. — Усмехается Тайгир. — Так что, пожалуй, я соглашусь. Едем домой?

— А как же ЗАГС? — киваю в сторону здания. — Братик же договорился.

— А платье, гости…

— Ну, уж нет! — радуюсь как ребёнок предстоящему хулиганству. — Это всё потом. А сейчас хочу не по правилам. Как думаешь, много у них невест в мужских рубашках?

— Самое крутое платье. — Лыбится этот котяра.

Эпилог.

До конца рабочего дня осталось совсем немного. Но не это заставляет меня улыбаться. И даже сообщение, что на ужин мы заедем в старый дом Тахмировых не в состоянии заставить меня стать хоть чуть-чуть серьёзнее. Тайгир как всегда ждёт на парковке центра.

— Я скучал. — Говорит, как только я усаживаюсь в машину.

— Конечно, господин же назначил меня любимой женой. — Смеюсь я.

— А по заднице? — пытается угрожать он.

— А если я две недели готовлю сама? — готовка по-прежнему самое больное место, хотя и есть определённые успехи.

— Понял, не выступаю. — Вроде как впечатлился угрозой Тайгир, хотя на самом деле всё не так ужасно.

Довольный жизнью Арлан встречает нас у порога. Сразу успевает вывалить все новости, включая и то, что они едут на море вместе с Асланом, Анзором и Кириллом. Четыре этих пацанёнка собравшись вместе, способны перевернуть весь дом за считанные минуты. И да, он с собой на море забирает свою няню.

Про эту няню я много слышала, но видела только мельком. Она всё время посвящает детям, и даже когда собирается семья, её практически не видно.

На ужине Амиран чуть ли не силком усаживает её за общий стол. Но стоило ужину закончиться, как девушка испарилась.

На улице стояла почти летняя погода, конец мая радовал буйным цветением и обилием солнца. Поэтому после ужина мы вышли в небольшой сад. Здесь уже давно была поставлена ажурная деревянная беседка, где было здорово посидеть вечером с пледом и чашкой чая. Тайгир уже привычно уселся прямо на пол, рядом с невысоким креслом, в котором устроилась я.