Сдобберг Дина – Хочу тебя вернуть (страница 11)

— Про то, что она с удивлением узнала, что у неё есть муж? Конечно, она сама и рассказала. — Непонятно отчего довольно лыбится Агиров.

— А ты? — спрашиваю Киру. — Уже решила, на чью сторону встанешь?

— Решила. — Кивает головой сестрёнка. — Я хочу, чтобы вы оба были счастливы. Поэтому не полезу с советами и нравоучениями. И сторону я готова занять только вашу, а не кого-то из вас.

— А мне нравится позиция Заура, считать подруг жены родственницами. — Сабир даже и не пытается скрыть того, что жена, главное его сокровище, его взгляд от Киры не отрывается.

— Это ты к чему? — уточняю непонятную фразу.

— К нашему разговору в день нашей с Кирой свадьбы, когда я её у вас обратно забрал. — Напоминает он, как мы с братом обещали ему проблем, пользуясь положением родственников жены.

Глава 8.

После небольшой ссоры с собственным пациентом, я вернулась к своей работе. У Тайгира было достаточно шрамов. На плечах, на груди, на руках. Я спокойно опознала и следы пуль, и шрамы от ножевых ранений. Некоторые, как тот, что был на плече, я просто узнала, потому что видела раньше. Но вот спина…

Я только сейчас задумалась о том, что пока мы жили вместе, Тайгир не только не тянул меня в кровать, но и не позволял себя ходить по дому раздетым. Никаких выходов из душа в полотенце или попыток усесться завтракать в одних трусах. Я не придавала этому значения, потому что судила по себе. Я же не позволяла себе разгуливать по дому в одном нижнем белье или забыв умыться и причесаться.

Может, сказалось то, что у нас с мамой дома такого не было. Мама говорила, что она слишком уважает меня и себя, чтобы выглядеть неопрятно или неодетой. А может вбились как правило слова бабушки, Халилы Омаровны.

— Ты у нас такая красивая девочка, ты всегда должна быть такой, чтобы мы смотрели и радовались, какая красавица у нас растёт. — Говорила она, заплетая мне сложные косы, вместо моего любимого хвоста. — Чтобы взглянули и сразу заулыбались, потому что ты наша радость, украшение нашей жизни.

Сейчас, видя эти шрамы по всей мужской спине, я даже не могла предположить как их можно получить. Причем многие из них пересекали друг друга, одни накладывались на другие.

Я прекрасно понимала, что чувствительность в области повреждённой кожи снижена, если вообще сохранилась. В тот момент, когда мои пальцы прикасались к этим застарелым шрамам, я переставала воспринимать Тайгира как угрозу, как нечто, несущее зло мне и моим близким. В душе всколыхнулась злоба к тем, кто посмел сделать такое.

Понимаю, что передо мной взрослый мужик, что уж кто-кто, а Тайгир Тахмиров точно не нуждается ни в чьей защите, а если вдруг что-то и произойдёт, то у него есть старший брат, который сейчас пристально наблюдает за каждым моим движением. Чувствую, как напрягается под руками тело Тайгира. Но ничего не могу сделать, да, не самые приятные ощущения, особенно после недавней операции, но по-другому не выйдет.

Объяснив сразу обоим братьям о назначениях, я как можно быстрее покинула палату. Мне нужно было время и хоть какое-то уединение. Неожиданно взбунтовавшиеся чувства вдруг ткнули меня носом в то, что не только страх вызывает у меня Тайгир. И далеко не только одну ненависть за своё предательство и попытку превратить меня в девочку для развлечений для толпы уродов!

— Спокойно, Ксана! Ты взрослая женщина, у твоего тела есть свои потребности, на которые ты забила, вот тебе организм и выдаёт коленца. Тайгир мужчина красивый внешне, с красивым телом, у тебя к нему были чувства… Вот гормоны и попытались править! — тихо убеждаю саму себя. — Сейчас нужно просто отвлечься!

Лучшим способом отвлечься я посчитала посещение Киры. Тем более, что видела её за эти дни мельком. Сейчас, когда её супруг перестал в буквальном смысле рычать на любого, кто осмелился приблизиться к Кире и детям ближе, чем на полтора метра, навещать подругу можно было без риска для жизни.

Впрочем, были и исключения. Голос одного такого "исключения" доносился из палаты. Центр новый, навороченный, а стены палат как картонные, слышимость изумительная.

— Да пойми ты! Ей ходить нужно! Всё у неё уже хорошо. — Возмущалась Алина Андреевна.

— Вообще-то она права, насколько я знаю, даже девочкам после кесарева сечения рекомендует хотя бы с боку на бок переворачиваться, едва они от наркоза отойдут. — Добавляю свои пять копеек, заходя в палату. — Иначе всё, чему положено выйти останется внутри. И придётся Кире идти на чистку. Представляешь, после родов ещё и скоблить изнутри будут. И всё потому, что ты ей ходить не даёшь.

— Нет, ты серьёзно думаешь, что кто-то старается создать твоей жене дополнительных проблем? Ладно, меня ты с самого начала знакомства во враги народа записал. — Возмущается Алина. — Вот тебе близкая подруга жены то же самое говорит! Киру бегать с грузом по пересечённой местности на время никто не заставляет! Но ходить ей надо, хотя бы по палате и коридору. Ай, я о последствиях предупредила. Вот поэтому я и категорически против присутствия мужиков на родах. Они потом или в одну крайность впадают, либо в другую. И ни одна из них ничего хорошего не обещает.

Алина вышла, едва ли не хлопнув дверью.

— Тебе правда самой ходить не больно? — тихо спрашивает Агиров Киру, та улыбается и заверяет, что нет и всё хорошо.

Кажется, в штыки муж подруги воспринимает только саму Алину, но при этом прислушивается к ней как к врачу. А ещё я понимаю, что надеяться на разговор с подругой наедине не стоит. Сабир Агиров ещё не готов оставить жену одну, а я и вовсе не вхожу в круг тех, кому он доверяет. Даже думать не хочу, что теперь с теми, кто довёл его до этого состояния. Но раз была перестрелка… А я к тому же накрутила себя, пока шла.

— А я к тебе, подруга, тоже, чтобы поговорить. А то если всё нормально тебя скоро домой заберут, а у меня к тебе столько вопросов! — решила я уточнить всё и сразу. — Для начала, расскажи мне, дорогая, а каким таким волшебным образом у тебя, у которой никого кроме меня и Зарины больше не было, вдруг появляется брат? Да ещё и такой говнюк?

— А вы знакомы? — удивляется Кира.

— К сожалению да. Я планировала рассказать всё вам с Зариной в день приезда. Но сама знаешь, не вышло. — Я подробно, но стараясь чтобы вышло побыстрее, рассказала Кире и её внимательно слушающему мужу о том, как получилось, что я знаю Тайгира Тахмирова, и по какой причине сбежала из родного города и не собиралась сюда возвращаться.

— Нет, Тайгир не мог так поступить! — неожиданно встала на защиту Тайгира Кира. — Ты что-то не то поняла, надо разобраться! Он меня, когда вообще не знал кто я, в борделе спасал.

— Что? В каком борделе? — от шока чуть не слетела с края кровати я. — Ты что там делала!? На экскурсию ходила что ли?

— Давай, сначала расскажу, что знаю о том моменте я. А потом и о Кире поговорим. — Меня насторожило, как напрягся Агиров, и как прижал к себе Киру.

Не показывая всем вокруг, кому она принадлежит, а словно желая убедиться, что она действительно рядом. Я и Кира внимательно слушаем объяснения её мужа, который как-то незаметно перешёл ко мне на ты и стал обращаться просто по имени. Словно принял моё место в жизни его жены. Он рассказывает нам про Расима, про его не самую лучшую репутацию, про то как он пообещал своим друзьям брак между семьями, а женихом выставил Тайгира. А потом он нам рассказал о том, что произошло после моего побега, что сотворил Тайгир…

— Но… — я не могла подобрать слов. — Ему же тогда было всего девятнадцать лет!

— Именно поэтому он тебя и прятал, чтобы Расим чего не сотворил. Наверное, Амирана ждал. — Предполагает Агиров. — Что ты удивляешься? Он думал, что тебя украли. Он тебя спасал, за тебя мстил. Какая разница, сколько ему тогда было? Он мужчина, чью женщину какая-то падаль осмелилась тронуть. Так что зря ты решила, что он тебя отдавать кому-то собирался.

— Но он же сам сказал, что его жене…

— Это ты лучше у него сама спроси. Иначе такого себе напридумываешь. — Говорит Кира. — Он лучше тебе всех объяснит, что он там имел в виду. Но никакой жены у Тайгира не было и нет.

— А он утверждает, что есть. И это я. — Тут я не выдержала и выматерилась от души.

— Тише! Не при детях же! Хотя и у меня чуть уши не свернулись! — одёрнул меня Сабир. — А вообще, похоже. Если женой считал, то понятно, почему рядом с ним никаких баб никогда не было.

— Мне всё равно, чего он там считал. Мне хотелось бы узнать, как Кира умудрилась оказаться в борделе, и от чего её там Тахмиров спасал.

Поцеловав Киру в висок и уткнувшись на несколько секунд лицом в её волосы, Агиров начал рассказывать. У меня самой волосы дыбом встали и челюсть на месте приходилось удерживать рукой. Заодно и руки были заняты. Чтобы с моей Кирой и вот так? За что? Только обнимающая мужа Кира, спасала его от того, что я бы вцепилась ему в морду!

— И как мама поживает? Всё у неё хорошо? — шипела я в конце.

— Мать умерла, Кира её простила перед смертью. — Ответил мне Сабир, а я в недоумении уставилась на подругу.

— В смысле? Кира, ты серьёзно? Что значит простила? Да это невозможно простить! — возмутилась я, чуть не разбудив близнецов. Когда кряхтение в кроватках стихло, я продолжила злобным шёпотом. — Ты святая что ли? Или тебя по голове ногами били? Какое ещё простила? Ты как вообще с таким, прости господи, мужем жить отважилась после таких выкрутасов? Кира, ты умница, хозяйственная и красивая девочка. И даже наличием детей без мужа уже давно никого не удивишь. Жить есть где, у тебя же своя квартира. Деньги есть, а за твоими мозгами в очередь встанут, только свистни. И конечно, ты всех попрощала, даже извинений не потребовав!