Schonsten A. – Зеленая равнина (страница 32)

– Давай хоть поспим, – Дима весело улыбнулся прошедшей обратно в комнату Ире и повернулся к Георгию Олеговичу, – потом пойдем, хорошо?

Георгий Олегович кивнул – поспать надо, тут Дима был прав.

– Поспим и уйдем, – сказал Дима, перед тем как вернуться обратно в комнату, – мутный тип этот Павел.

Георгий Олегович проводил взглядом Диму и осмотрелся. Пахло не очень, хотя квартира была с новым ремонтом, да и сама квартира была новая. В просторную кухню заходил новый день – и день обещал быть солнечным и ярким. Необычная тишина за окном немного напрягала и Георгий Олегович задумался.

– Интересно, если мы попали в неведомые края, то значит вместо нас перенесло кусок леса? – он моргнул, – мда, должны же нас искать, целый жилой район фактически пропал. Ладно, ночь пережили и хорошо.

Он открыл дверь и осмотрел ванную комнату – в полумраке белела ванна и стиральная машинка.

– Нормальный ремонт, – следом Георгий Олегович открыл дверь в туалет и отшатнулся – запах бил в нос.

– А туалет куда ходите? – крикнул он в сторону комнаты.

– В туалет, – голос Павла становился все пьянее и пьянее, – хозяйка все уберет, да, Ирочка?

Что-то тихо ответила Ира. Георгий Олегович пожал плечами и закрыл дверь. В комнате что-то упало и закричала девочка.

– Ты чего творишь? – Георгий Олегович вбежал обратно именно на этих словах Димы.

Павел стоял, у окна сидел Дима и вытирал окровавленное лицо, Нинель помогала встать упавшей Ире. Павел развернулся и шагнул в сторону Георгия Олеговича.

– Тихо, парень, чего буянишь? – Георгий Олегович развел руки и сделал шаг назад, отвлекая Павла от поднимающегося Димы с пустой бутылкой в руке, – выпил, ложись спать. Не буянь, Пашка.

– Вот, баиньки, – он поймал падающего Павла и вместе с Димой оттащил его в ванную.

– Руки ему свяжите, – Нинель принесла какую-то тонкую веревку и смотрела, как Дима связывает начинающего приходить в себя Павла.

– Чего не предупредила, что дружок ваш дурной? – Георгий Олегович вытер руки и засунул полотенце в рот очнувшемуся Павлу, – не ори, дебил.

– Мы его не знаем, – Нинель оглянулась на дверь, – он сильно стучал, просил впустить, мы и открыли.

– Вы не вместе? – Дима закрыл дверь ванной и подпер ее стулом.

Нинель покачала головой.

– Я к Ире пришла, помочь с дочкой, – уже в комнате рассказывала Нинель, пока Ира успокаивала дочку, – они с мужем развелись, а мы общались, вот я и пришла посидеть, помочь. Родители там передали подарки внучке.

Нинель всхлипнула и вытерла щеку.

– А тут это как началось, – Дима успокаивающе положил ладонь на руку Нинель и погладил, – пока Владиславу одели, пока рюкзачок собрали – внизу побежали все. Мы закрылись и с окна смотрели. Тут стучит кто-то, мы и открыли.

Нинель еще раз всхлипнула.

– Вначале нормально он себя вел, – девушка посмотрела в окно и вздохнула, – а потом пошло. Решили с ним не спорить, соглашались, думали, как полиция приедет.

Тут Нинель посмотрела на Георгия Олеговича.

– Он вас и услышал, сказал что пошел спасателей ловить, – тут Дима хмыкнул и Нинель замолчала.

– Все? – спросил Георгий Олегович и Нинель кивнула. Он встал и подошел к окну.

– Когда нас спасут? – голос Иры звучал тихо, – вы не знаете? Мне на работу надо, а ребенку завтра к врачу.

Георгий Олегович подвинулся – подошел Дима и встал рядом.

– Ну, – Дима прислонился к стеклу и внимательно рассматривал бескрайний окружающий их лес, – работа, наверное, отменяется. Как и врач, кстати. И где город, хотел бы я знать?

Георгий Олегович перевел взгляд с леса на улицу – внизу ходили люди. И их стало больше.

– Зря мы ушли с магазина, – Дима рассматривал двигающихся внизу людей, – зря. Нам кранты.

– Двадцать шестой, – Георгию Олеговичу надоело считать людей, входящих в подъезд, и он отошел от окна.

В ванной громко вопил Павел.

– Вот сука, – Георгий Олегович открыл дверь в ванную и запихал обратно полотенце в рот Павлу, поглубже, – не ори, сука.

Он вышел и закрыл дверь. Подъезд наполнялся звуками – были слышны чьи-то голоса, что-то бухнуло. Раздался смех.

– Зря ушли, – Георгий Олегович впервые за все время был согласен с Димой.

Глава 12

Второй дом.

С улицы комната казалась еще более темной и маленькой. Было жарко – спертый воздух давил на легкие и душил – Тамара закашлялась.

– Уснула Танька, что ли? – с легким уколом зависти прислушалась она к ровному дыханию Татьяны.

Постояла и кивнула – точно спит. Сама она не уснет – Тамару трясло. Да и никто кроме Татьяны и Петра Васильевича не спал. Парни на балконе уже час пытались докричаться до Федоровича, но никто не отвечал. От окна еще долетали обрывки фраз, но Тамара вслушиваться даже не стала.

– Нет там уже никого в живых, – она вспомнила вчерашний день и устало села.

Тишина давила.

– Может это сон? – Тамара пыталась успокоится.

Голова раскалывалась от мыслей и бессонной ночи. Она закрыла глаза и тут же их открыла – слишком тяжело было. События вчерашнего дня вертелись перед глазами кровавыми пятнами. Тамара сжала голову ладонями и уткнулась в колени. С тихим шорохом осторожно отворилась дверь из спальни, и Тамара подняла голову.

– Как он? – шепотом спросила она, близоруко пытаясь разглядеть вышедшую из спальни Лену.

– Спит, – Лена посмотрела в окно, рассветало, утро обещало быть солнечным, – что там, узнали?

Тамара потерла виски и наморщила лоб.

– Артем и Юра пытаются докричаться до Федоровича, – Тамара посмотрела на спящую в кресле Татьяну, – но пока ничего. Наверно все. Уже все.

Она замолчала. В тишине слышно было, как с хрипами дышит спящая Татьяна и глухие голоса со стороны балкона.

– Странное ощущение, – Тамара перевела взгляд на пол, – странное.

Лена молчала.

– Странно, да? Там убивают, а мы здесь. Как мыши спрятались. – Тамара встала и поправила кофту, – у вас есть это ощущение? Такое мерзкое, такое липкое. Понимаете? Я знаю, что их там убили, но почему внутри гадкое чувство.

Тамара закрыла лицо руками и тяжело вздохнула.

– Такое гаденькое чувство, что хорошо, что не меня, понимаете? – она пригладила волосы, криво улыбнулась Лене и кивнула на кресло, – вот кто спокойно спит. Села и моментально уснула.

Лена подняла с дивана плед и накрыла вздрогнувшую во сне Татьяну.

– Знаете, – Лена облизала сухие губы, поправляя плед, – когда мы возвращались сюда, я очень боялась. Очень боялась, что она умрет, и никто не откроет дверь. А сейчас я боюсь, что Петя умрет там, пока я здесь разговариваю или если я усну.

Лена обернулась к дверь спальни, откуда только что вышла.

– Я всегда всего боялась, – ее голос сбился и задрожал, – особенно сейчас. Да я даже и одна никогда не жила, всегда с кем-то, то с родителями, то с Петей. А сейчас никого нет.

Она повернулась к окну.

– Всего лишь один день прошел, – она села на диван и о чем-то задумалась на минуту.

Тамара походила и тоже села рядом. Погладила осторожно Лену по плечу – страх и паника понемногу отступали.

– В любом случае мы живы, – слишком бодро сказала она в воздух, – и нам надо это пережить. Пока нас не спасут.

Лена кивнула.