Сборник – Тысяча и одна ночь. Сказки Шахерезады. Самая полная версия (страница 9)
Только голова мудреца Дубана произнесла эти слова, как царь упал замертво.
Продолжение сказки о рыбаке
– Так знай же, Шайтан, – продолжал рыбак, – что если бы царь Юнан пощадил мудреца Дубана, то Господь пощадил бы его; но он отказал и потребовал его смерти, поэтому и Господь не пощадил его. Если бы ты, Шайтан, пощадил меня, то тебя пощадили бы боги, пощадил бы я, но ты желал моей смерти, и потому я заключил тебя в этот графин и брошу в море.
Шайтан услыхал это, закричал и взмолился:
– Именем Аллаха умоляю тебя, рыбак, не делай этого! Пощади меня великодушно и не сердись на меня за то, что я сделал: и если я поступил дурно, то отплати мне добром, как говорится в изречении: «Будь благодетелем сделавшего тебе зло; сами поступки да послужат ему наказанием. Не поступай со мной, как Умамех поступил с Атикехом!
– А как он поступил? – спросил рыбак.
– Время ли рассказывать сказки, – отвечал Шайтан, – сидя в таком заключении. Но если ты выпустишь меня, то я расскажу тебе.
– Тебя надо бросить в море, – сказал рыбак, – и ты от этого не увернешься; так как я умолял тебя и унижался перед тобой, а ты хотел все-таки погубить меня, хотя я ничем не заслужил этого и не только не сделал тебе зла, а, напротив того, освободил тебе из заключения, и из того, как ты хотел поступить со мной, я убедился, что ты совершенно испорчен. Я желаю теперь, чтобы ты знал, что когда я брошу тебя в море, я всем буду рассказывать твою историю и предупреждать против тебя, для того чтобы человек, случайно вытащивший тебя, бросил тебя обратно, и чтобы ты оставался в море веки вечные и испытывал страдания.
– Освободи меня! – сказал тогда Шайтан. – Это доставит тебе возможность выказать человеколюбие; и я клянусь, что никогда не сделаю тебе вреда, а напротив того, окажу тебе услугу и обогащу тебя навеки.
Тут рыбак согласился на условие, что Шайтан не только не сделает ему вреда, а сделает что-либо хорошее: и, заставив его дать обещание и клятву и поклясться величайшим именем Бога, он раскупорил графин; из него пошел пар, затем сгустился, и, как прежде, из него вышел отвратительного вида Шайтан. Шайтан тотчас же бросил графин в море. Рыбак, увидав это, испугался за себя и подумал, что это не очень хороший знак, но затем собрался с духом и сказал:
– О Шайтан! Господь, да прославится имя Его, сказал: «Исполняй завет, так как это спросится с тебя». Ты дал мне завет и поклялся, что предательски не поступишь со мной; и если ты исполнишь свою клятву, то Господь вознаградит тебя, так как Он ревниво следит за исполнением данных клятв, и помни, что я говорил тебе, как мудрый Дубан говорил царю Юнану: «Пощади меня, и Господь пощадит тебя».
Шайтан засмеялся и, подойдя к нему, сказал:
– Ну, рыбак, иди за мной.
Рыбак пошел, не надеясь, что ему удастся спастись. Они отошли от города, спустились с горы и дошли до равнины, с озером посередине. Тут Шайтан остановился и приказал рыбаку забросить сети, чтобы наловить рыбы. Рыбак заглянул в озеро, увидал там рыбу различных цветов, белую и красную, голубую и желтую, что немало удивило его. Он забросил сеть и, вытащив ее, нашел в ней четыре рыбы, все разных цветов.
– Снеси эту рыбу к султану, – сказал ему Шайтан, – и он тебя обогатит за нее. Теперь, ради Самого Аллаха, прими мои извинения, так как я не вижу другого способа вознаградить тебя. Ведь я был в море тысячу восемьсот лет и с тех пор не видал земли. Но не лови рыбы из этого озера более, как по разу в день. А теперь оставайся с Богом.
Сказав это, он топнул по земле, и она расступилась и поглотила его.
Рыбак вернулся в город, раздумывая о том, что случилось с ним и с Шайтаном, и снес рыбу домой, где он взял глиняную чашку, налил в нее воды и пустил в нее рыбу, которая стала плескаться в воде. Поставив чашку на голову, он отправился, как приказал ему Шайтан, ко дворцу и поднес царю рыб. Царь не мог надивиться, так как подобных рыб не видал никогда в жизни, и приказал отдать их рабыне-кухарке. Эта девушка была прислана ему греческим царем за три дня перед тем, и он еще не пробовал ее искусства. Визирь приказал ей зажарить и сказал:
– Девушка! Царь говорит, что он вполне полагается на твое искусство; сегодня покажи нам себя. Эти рыбы принесены царю в подарок.
Передав рыбу, визирь вернулся к царю, который приказал дать рыбаку четыреста червонцев. Рыбак, взяв деньги, засунул их за пазуху и вернулся домой к жене, довольный и счастливый, купив все, что нужно было для семьи.
Все это случилось с рыбаком; теперь нам надо рассказать, что случилось с девушкой. Она взяла рыбы, вычистила их, уложила на сковороду и продержала на огне, пока одна сторона их не зажарилась, и тогда вдруг стена в кухне раздвинулась, и появилась девица высокого роста, с нежным, очень правильным лицом, с подкрашенными глазами[30], красивая, с широкими бедрами, с куфьей[31] шитой голубым шелком, на голове, с серьгами в ушах, браслетами на руках и дорогими кольцами на пальцах. В руках она держала палку из индийского тростника и, дотронувшись ее концом до жарившейся рыбы, сказала:
– Остались ли вы, рыбы, верны своему завету?
Повариха при виде этого лишилась чувств, а девица и второй, и третий раз повторила свой вопрос; после чего рыбы приподняли головы со сковороды и отвечали, что верны, и повторили следующий стих:
– Мы вернемся, если ты вернешься, мы придем, если ты придешь, мы отступимся, если отступишься ты.
Выслушав это, девица опрокинула сковороду и исчезла тем же путем, которым явилась. Когда повариха встала, она увидала, что четыре рыбы сгорали углем, и вскричала:
– Для первого раза такая неудача!
Она стала горько сетовать, и тут как раз вошел визирь.
– Неси рыбу к царю, – сказал он ей.
Она заплакала и рассказала ему, что случилось[32].
Визирь с изумлением выслушал ее и вскричал: «Какое, в самом деле, удивительное происшествие!» Он послал за рыбаком, и, когда того привели, он сказал ему:
– Принеси нам, о рыбак, еще таких четыре рыбины, какие ты принес раньше.
Рыбак, повинуясь приказанию визиря, направился к озеру, закинул сеть и, вытащив ее, увидал, что в ней четыре рыбы, совершенно такие, какие он вытащил прежде. Он понес их к визирю, а визирь понес их к поварихе и сказал ей:
– Встань и изжарь их в моем присутствии, чтобы я мог видеть то, что случится.
Девушка вычистила рыбины и положила их на сковороду, где они пролежали очень недолго, как стена расступилась, и появилась девица, одетая по-прежнему и с палочкой в руках, дотронувшись концом палки до рыбины, она сказала:
– Остались ли вы, рыбы, верны своему завету?
Рыбы подняли головы и отвечали по-прежнему, а девица повернула палочкой сковороду и, вернувшись к стене, скрылась за нею.
– Такого случая скрыть от царя нельзя, – сказал визирь и, отправившись к нему, рассказал все, что видел.
– Я хочу видеть это своими собственными глазами, – заявил царь.
Он послал, вследствие этого, за рыбаком и приказал ему принести тотчас же четыре рыбы, какие он приносил ранее, дав ему на это три дня срока. Рыбак сходил на озеро и принес царю рыбу, а царь приказал дать ему за нее четыреста червонцев, и затем, обращаясь к визирю, сказал:
– Сам изжарь эту рыбу при мне.
– Слушаю и повинуюсь! – отвечал визирь.
Он принес сковороду и, вычистив рыбу, положил на нее; и лишь только он перевернул ее на другую сторону, как стена расступилась, и из нее тотчас же вышел огромный, как бык, негр, держа в руках зеленую ветвь, и сказал ясным, но страшным голосом:
– Остались ли вы верны, рыбы, своему старому завету?
Они тотчас же подняли головы и, сказав, что верны, прибавили: «Мы вернемся, если ты вернешься, мы придем, если ты придешь, мы отступимся, если отступишься ты».
Негр подошел к сковороде, перевернул ее палкой, и рыбы тотчас же сгорели, а негр скрылся тем же путем, каким и явился.
Когда стена сомкнулась, царь сказал:
– Это такое происшествие, которое нельзя оставить без внимания, и с этими рыбами связано что-нибудь удивительное.
Он приказал привести к себе рыбака, и, когда тот пришел, царь спросил у него, где он ловил этих рыб.
– В озере, лежащем между четырьмя горами, за той горой, которая находится за городом.
– Сколько дней туда езды?
– Не более получаса, государь.
Султан очень удивился и приказал своим войскам тотчас же отправиться с ним и с рыбаком, который начал проклинать Шайтана. Они спустились с горы по дикой пустынной дороге, никогда в жизни ими невиданной; и султан и войска его надивиться не могли при виде пустыни, огражденной четырьмя горами, и рыб четырех цветов: красного, белого, желтого и голубого. Царь остановился в изумлении и спросил у своих войск и у лиц приближенных: видел ли кто-нибудь из них это озеро? – и все отвечали на это отрицательно.
– Клянусь Аллахом, – продолжает царь, – я не вернусь к себе в столицу и не сяду на трон до тех пор, пока не узнаю истинной истории этого озера и рыб.
Он приказал войскам своим стать лагерем кругом озера, что они и сделали. Затем позвал к себе своего визиря, очень сведущего, хорошего, разумного и ученого человека, и сказал ему: