Сборник – Нас тревожат другие дали. Выпуск 3 (страница 4)
Время движется по одной координате, в одну сторону, а может, нет? В пространстве вектор можно проложить в любом направлении, а вектор времени можно направить в любую сторону. Время движется только вперёд, а куда вперёд? Покажите мне направление – нет у него направления. Значит, оно не может двигаться, а это мы проходим сквозь время. Может, так? И чем быстрее мы движемся, тем оно плотнее и нам труднее идти через него.
Глава 5
«В своё время мы задались вопросом, а есть ли жизнь во Вселенной? – продолжал Централис. – А вдруг мы одни? Если бы мы были одни, то никогда, вы понимаете, ни-ког-да мы этого не доказали бы, сколько бы ни существовали. Но, на наше счастье, это оказалось не так. Когда-то мы посещали вашу планету – было это почти девятьсот миллионов лет назад, – посчитали её пригодной для жизни и заселили. Тогда мы были на первом уровне изучения Вселенной. И вы с тех пор развились, как мы и предполагали, в подобных нам в далёком прошлом».
«А зачем вы искусственно заселяете планеты?»
«Мы делаем это, чтобы не прекратилась жизнь во Вселенной. В среднем три цивилизации погибают за тысячу лет по земному времени. Дня через два будем заселять планету, которая будет в нашем эксперименте две тысячи пятьсот шестьдесят седьмой. Она открыта вами недавно, назвали вы её Проксима, она чуть больше Земли, вращается вокруг звезды Проксима Центавра на расстоянии семь с половиной миллионов километров от неё. Это, конечно, в десять раз меньше, чем расстояние от Меркурия до Солнца, но надо иметь в виду, что звезда эта – красный карлик, поэтому на планете может быть вода в жидком виде. Мы хотели заселить Марс, но он пригодится вам, поэтому выбрали другую планету, чуть подальше от вас – четыре целых три десятых световых года. Заметьте, почти из двухсот триллионов планет, известных нам в вашей галактике, мы попытались заселить всего сто двадцать восемь миллиардных процента. Эксперимент удался только на восемнадцати планетах, где победила разумная жизнь, и то на четырёх из них она под вопросом».
«Зачем же динозаврами заселять планеты?»
«Закономерный вопрос. Заселяем мы почти всегда по одной схеме, подобно тому, как возникла жизнь на нашей планете, чтобы разум боролся ежедневно, приобретая бесценный опыт победы, был готов для борьбы с глобальными катаклизмами и чтобы жители научились находить выход из любых сложных ситуаций, особенно из тех, которые ведут к гибели цивилизации, то есть жизнь должна быть жизнеспособной».
Глава 6
«А теперь о цели нашего визита на Землю. Что касается Временны́х дыр Дьявола, мы успели проверить только институт в США, а изучают эту проблему ещё в двух странах: России и Китае. Американские учёные впервые создали временной провал. В Корнеллском университете по заказу военных исследователи изучали так называемую временну́ю маскировку. Физики поставили эксперимент по разложению света. В результате не только от глаз человека, но и от высокоточных по вашим меркам приборов мы скрыли временной отрезок. Этим открыли новый вид камуфляжа – когда можно спрятать любой объект во времени. Раньше на Земле проводились опыты по «пространственной маскировке» путём так называемого «обмана света». Свет заставляли огибать предмет, который надо было спрятать, и предмет оставался невидимым. Попробуйте увидеть предмет в тёмной комнате. На предмет свет не падает, и предмета не видно. В комнате, где вы были, пока не зажгли спичку, ничего не видели. Верно же?»
«Это не одно и то же, – вставил Николай. – Там учёные использовали луч лазера зелёного цвета, пропуская его через две линзы, одна из которых этот луч разделяла на два потока – медленный и быстрый, а вторая приводила его в первоначальное состояние, но один из лучей запаздывал. Вот здесь-то лазер как бы мигал или моргал. Иными словами, время, когда лазер “мигает”, незаметно для любых приборов».
«Всё правильно, – продолжал Централис. – Вот я и мыслю: если этот миг расширить до практически большой величины, то в этой Временно́й дыре Дьявола можно спрятать всё что угодно, от любых предметов до информации, о которой никто никогда не узнает. Невозможно будет ничего перехватить в этой дыре».
У Николая промелькнула мысль, что всю жизнь он учился, а сейчас получил столько информации, что придётся её обрабатывать, скорее всего, всю оставшуюся жизнь. Центра-лис несколько секунд не посылал Николаю никакой информации, наверное, давая осмыслить предыдущую.
«Николай, в Томском политехническом университете уже получили источник антиматерии, а в СМИ нет сообщений об этом».
Для Николая это было как гром среди ясного неба. Он даже покрылся потом, так как эта информация была строго засекречена.
«А вы откуда… А, да! Статья уже готовится, скоро будет информация в открытой печати».
«Ну, в конце концов, это ваше дело».
Через несколько секунд, когда подумал: «Пора и честь знать», Николай «услышал»:
«Не беспокойтесь, сейчас вас доставят туда, куда вы скажете. Где бы вы хотели сейчас быть?»
Больше всего он хотел сейчас быть в своей лаборатории, но сначала ему надо в деревню, к Антону Фёдоровичу, ружьё с патронташем отдать, да и Альму передать. Он подумал: «Если можно, то поближе к деревне, вместе с Альмой. Заранее благодарю». Это были его последние чёткие мысли под землёй этого болота перед тем, как провалиться во времени.
Глава 7
Очнувшись на задах огорода, он торопливо прошёл его и, когда зашёл в дом, так торопился в Томск, что на немой вопрос Антона Фёдоровича ничего членораздельного не сказал. Ничего не объясняя, на все вопросы повторял: «Потом, потом, не сейчас…» Так и оставил хозяина в большом недоумении, теряться в самых невероятных догадках.
А гости, как бы ни торопились покинуть Землю, задержались из-за непредвиденного внезапного прорыва перекрытий и стен, хлынувшей внутрь жижи, которая быстро заполняла комнаты и залы, не было никакой возможности спасти выросшее поколение динозавриков для экзопланеты. Централис объявил аварийную эвакуацию и перебазирование на новое место. Они не знали, что за их эвакуацией наблюдал случайный свидетель.
Марина Ганфайтер
Марина Ганфайтер родилась 8 декабря 1962 года. Живёт в Донецкой области.
Пишет стихи, рассказы, повести, публицистические заметки, литературоведческие статьи. С начала 2014 года не имела возможности публиковаться на Украине, т. к. направленность её произведений шла вразрез с политикой украинской власти.
Общение с читателями проходило на сайтах «Стихи. ру», «Проза. ру», «Поэмбук». В 2023 году в № 2 журнала «Дальний Восток» опубликован рассказ «Расстрелянная Терема».
В феврале 2022 года её село было первым населённым пунктом Донбасса, освобождённым армией России. О событиях того времени Мария рассказала в повести «Мы ждали восемь долгих лет».
Мать
Глава из повести «Мы ждали восемь долгих лет»
Война пришла не только в людскую жизнь, изменив её, но и в саму природу. А уж о животных и говорить нечего, они страдают не меньше, чем люди.
Торчит на холме кособокий туалет из побелённых досок. Старый, никому не нужный, давно уже в него никто не заглядывает. Стоит он нетвёрдо, покачиваясь, грозя завалиться на одну сторону или рассыпаться. А под туалетом этим – яма, крутой спуск в которую зияет с тыльной стороны нужника бесконечной тёмной дырой. И в яме этой прячет от людских глаз своего единственного детёныша собака-мать.
В роду у этой собаки явно были овчарки: и мастью схожа она с ними, и размерами, и поражающей высотой в холке. Крупная собака, сильная, умная. Одно смущает в ней – улыбка. Кто-то так и прозвал её – собакой-улыбакой. Мария же называет её Альмой.
Альма раньше приходила к магазину вместе с солдатами с блокпоста, что вырос за околицей села осенью 2014-го. Потом командира батальона вызвали на ковёр (не выполнил приказ, отказался стрелять по указанным квадратам). Пропал командир, а вместе с ним – и солдаты с блокпостом. И собака, оставшаяся без хозяев, пришла к людям в село, облюбовала себе место неподалёку от магазина. Пришла не одна, а с пополнением: в заросли у туалета принесла щенков.
Кто-то сердобольный решил освободить собаку от нахлебников. Война идёт, самим есть нечего, а тут сразу четверо! Бросили новорождённых в ведро с водой, крышкой прижали, чтобы не видеть барахтанья. Но потом пожалели мать, выловили одного и вернули ей. Щенок оклемался, но запомнила собака, как обошёлся с её детьми человек, и единственного своего в зубах потащила в яму. Лаз туда узкий да крутой, никто уже под туалет не заберётся и не отнимет сынка.
Еду добывала мать упорно: бегала к магазину, тщательно обнюхивала и обыскивала выброшенные коробки, выпрашивала у продавцов и покупателей. Лаяла, если нужно – служила. Собаку жалели, кормили, глядя на сморщенные материнские соски, не скупились на хлебушек и косточки. И всё удивлялись, как это она так улыбается.