Брошено,
двадцать годков не кошено,
лет пятьдесят не пахано
поле – бурьян сплошной.
Прошлое
скрыто под расторопшею
и васильковым бархатом —
в землю с водой ушло.
Боже мой!
Сколько гостей непрошеных,
злато отнять и яхонты
шло по Руси родной.
Сложены
вместе с мечами, с ножнами —
все обратились в прах они,
но уцелело зло.
Коршуны
сплетни и слухи ложные
в клювах разносят, страхами
потчуют люд честной.
Вожжами
ждут, чтобы Русь стреножили.
Недруги росомахами
смотрят со всех углов.
Розовым
скрыты их цели грозные.
За океаном знахари
варят густой настой.
Плошками
в глотки льют зависть с пошлостью.
В пекло, как пешек шахматных,
гонят стада «ослов».
Строже бы
стать и ударить в рожу им,
чтоб не казалась сахаром
жизнь. Угрожать бедой
можно ли
тем, кто, пылая, с кожею
рвал на себе рубаху и
насмерть стоял скалой?
Лошади
скачут в полях некошеных,
лет пятьдесят непаханых,
топчут ковыль седой.
Брошено?
Кажется неухоженным?
Лишь протяните лапу, и
выметем всех метлой!
Закон космического братства
Ужасный мир: темно и днём, и ночью.
Уснуло время, скованное тьмой.
Вулканами планета кровоточит
в системе с остывающей звездой.
Отсюда SOS послал корабль-разведчик,
попавший в пояс каменных дождей.
Никто не застрахован от «осечек».
Мы ближе всех, и нам спасать друзей.
Восьмой виток. Ощупывает сканер
поверхность: пики, кратеры, разлом.
Потоки лавы лижут языками
нависший над огнём отвесный склон.
К огню плато хребтом большим прижато.
С надеждой штурман тихо прошептал:
– Дай шанс нам, Боже…
Круглою заплатой — 
