Сборник Статей – Книга о русском еврействе. От 1860-х годов до революции 1917 г. (страница 126)

На смену «Восходу», прекратившемуся в 1906 г., пришел «Новый Восход», затем с 1910 по 1918 гг. выходивший под на­званием «Еврейская Неделя». По направлению своему это изда­ние, одно время отражавшее мнение возникшего в годы револю­ции Союза борьбы за достижение полноправия евреев в России, стало официальным органом возглавлявшейся М. М. Винавером (1863—1926) Еврейской Народной Группы. В «Еврейской Неделе» участвовал ряд представителей еврейского либерализ­ма, близкого к кадетской партии. Редактором ее был Л. А. Сев.

В эти годы политическая дифференциация еврейских групп и партий, шедшая не только по общеполитической, но и по на­циональной линии, шла усиленным темпом. Ведь после рево­люции вопрос шел не только о полноправии, о гражданских правах для евреев, но и о правах национальных. Это отрази­лось на судьбе журнала «Еврейский Мир», созданного в Петер­бурге на началах коалиции в 1909 году. В тот период существо­вала редакция, в состав которой входили С. М. Дубнов и С. А. Ан-ский — от «Фолькспартей», Л. А. Сев и М. Л. Тривус — от Еврейской Народной Группы, В. Португалов — от сионистов, А. И. Браудо (1864—1924) — от Еврейской Демократической Группы. Секретарем редакции был А. Ф. Перельман — от Фолькспартей. Но коалиция долго не выдержала испытания. Уже в 1910 г. в результате разногласий вспыхнул редакцион­ный кризис. Из редакции вышли представители «винаверовцев», и журнал оказался в руках членов Еврейской Демократи­ческой Группы — А. И. Браудо, Я. Л. Сакера и Г. А. Ландау. Не­видимому, разрыв коалиции в «Еврейском Мире» (не ладили также между собой «Фолькспартей» и Демократическая Груп­па) был ускорен расхождениями по вопросу, следует ли при за­щите еврейских интересов в общей политике ориентироваться на «умеренных» (кадетов) или «левых» (трудовиков и с. д.). Новая редакция журнала приняла ориентацию налево, и это облегчило возможность сотрудничества в «Еврейском Мире» и затем в заменившем его «Еврейском Обозрении» (1910) представителям еврейских социалистических партий (В. Медему, Бен-Адиру и др.).

В последующие годы в центр внимания русско-еврейской пе­чати стал вопрос о взаимоотношениях поляков и евреев в связи с так наз. экономическим бойкотом, а затем дело Бейлиса (1911—1913), отравившее атмосферу попыткой правительства и особенно министра юстиции Щегловитова пустить в ход леген­ду о ритуальном употреблении евреями христианской крови. Следует отметить, что эту отвратительную вспышку антисеми­тизма вслед за двором и Союзом русского народа разделял рели­гиозно-философский писатель из «Нового Времени» В. В. Роза­нов (сотрудничавший под псевдонимом в либеральном москов­ском «Русском Слове»), который делу Бейлиса посвятил отвра­тительную черносотенную книгу «Обонятельное и осязательное отношение евреев к крови». Приходится отметить, что в отли­чие от канунов первой революции, когда преследования евреев вызывали всеобщее возмущение среди широких кругов русской интеллигенции, в годы, предшествовавшие мировой войне, на­блюдался рост национализма и имперских настроений в некото­рых кругах, где казалось, еще недавно еврейский вопрос воспри­нимался, как русский, и разрешение его было делом совести и чести для русского общества.

В годы первой мировой войны продолжавшие выходить ор­ганы русско-еврейской печати, — к ним присоединились левый демократический журнал в Москве «Новый Путь» (1916—1917) и издававшийся в Петербурге бундистами орган «Еврейские Ве­сти» (1916—1917), — не взирая на придирчивое вмешательство цензуры, играли заметную роль. Это было особенно важно в тех трагических условиях, в которых в эти годы оказались еврей­ские народные массы на всем западе России. Как известно, вой­на обрушилась на евреев многочисленными бедствиями: сотня­ми тысяч беженцев, выселением из прифронтовой полосы по распоряжению военных властей, огульными, и заведомо лживы­ми, обвинениями евреев в шпионстве в пользу немцев и т. д. В этой обстановке, осложненной экономической разрухой, разоре­нием, спекуляцией и пр., на долю русско-еврейской обществен­ности и русско-еврейской печати выпало множество трудных и ответственных задач. Возникли организации помощи жертвам войны, беженцам и выселенцам, создались организации специ­ально трудовой помощи и бюро по приисканию занятий для лю­дей, вырванных с корнем из привычных условий существова­ния. Для обслуживания этих специальных задач возникли жур­налы «Помощь», «Дело помощи» (ЕКОПО) и «Вестник Трудо­вой помощи» (ОРТ) и «Еврейский Экономический Вестник» (1917 г.). Журналы, посвященные специальным вопросам, выхо­дили и раньше, как например, «Вестник Общества распростра­нения просвещения» (1910-12) и «Вестник еврейского просве­щения» (1913—1917) при ОПЕ, а в Петербурге выходил также «Вестник Еврейской Общины» (1913-14). Но эти издания ни­когда не стояли перед такими трудностями, какие война с ее ис­пытаниями выдвинула перед русским еврейством.

Особое место в истории русско-еврейской печати занимает журнал, созданный С. М. Дубновым и посвященный истории ев­реев. Мы имеем в виду «Еврейскую Старину», выходившую в 1909—1930 гг. Из 13 томов этого журнала 10 издал С. М. Дуб­нов. Отметим также исторические сборники «Пережитое» (4 то­ма), выпущенные С. М. Гинзбургом и другими в 1909—1913 гг.

Октябрьская революция, закрыв всю независимую печать на территории России, ликвидировала и русско-еврейскую печать.

Подводя итоги этому последнему периоду, можно в известном смысле сказать, что исчезновение независимой печати сопро­вождалось насильственной ликвидацией и того слоя русского еврейства — русско-еврейской интеллигенции, — которая на протяжении 60 лет вынесла на своих плечах борьбу за свободное слово, — ставившее себе задачу на всех этапах защищать граж­данские и национальные права евреев.

За эпоху между двумя революциями в рядах писателей и публицистов выдвинулось много новых имен, с честью выпол­нявших свой долг и до конца отстаивавших каждую пядь земли в борьбе за эмансипацию русского еврейства. Кроме тех, кого мы уже называли, следует добавить В. Е. Жаботинского (1880—1940), Б. Д. Бруцкуса, Г. А. Ландау, Ю. И. Гессена, X. Д. Гурвича, Я. Д. Лещинского, И. М. Чериковера, С. В. Познера, М. А. Клейнмана и мн. др. А для того, чтобы со скорбью подчеркнуть печальные итоги, которые подвел большевистский Октябрь 1917 г. многострадальным усилиям еврейской интеллигенции, мы приведем из синодика мучеников хотя бы только имя С. Л. Цинберга (1873—1938), — историка литературы, литературного критика, многолетнего участника русско-еврейских органов пе­чати от «Восхода» до ряда других. С. Л. Цинберг, инженер-хи­мик по профессии, работавший на Путиловском заводе в Петро­граде день за днем, а по ночам писавший свой труд по истории всемирной еврейской печати (только чудом можно объяснить, что манускрипты 10 обширных томов его исследований удалось вывезти за границу и издать), в 30-х годах «исчез» из своей квар­тиры, а в годы второй мировой войны прибыло известие о его смерти. Трагическая судьба С. Л. Цинберга символизирует не­разрывную связь судьбы лучших представителей русско-еврей­ской интеллигенции с судьбой русско-еврейской печати в ду­ховных сумерках нависшей над Россией террористической дик­татуры.

ПРИЛОЖЕНИЯ

НЕОПУБЛИКОВАННЫЙ ПРОТЕСТ ПРОТИВ АНТИСЕМИТИЗМА

«Движение против еврейства, распространяемое русской пе­чатью, представляет небывалое прежде нарушение самых основ­ных требований справедливости и человеколюбия. Мы считаем нужным напомнить русскому обществу эти элементарные тре­бования. Их забвение есть единственная причина так называе­мого еврейского вопроса, а простое и искреннее их принятие есть единственный путь к его разрешению.

1. Во всех племенах есть люди негодные и зловредные, но нет и не может быть негодного и зловредного племени, так как этим упразднялась бы личная нравственная ответственность, и пото­му всякое враждебное заявление или действие, обращенное про­тив еврейства вообще — против евреев, как таковых, показывает или безрассудное увлечение слепым национальным эгоизмом, или же личное своекорыстие, и ни в каком случае оправдано быть не может.

2. Несправедливо возлагать ответственность на еврейство за те явления в его жизни, которые вызваны тысячелетними пре­следованиями евреев в Европе и теми ненормальными условия­ми, в которые этот народ был поставлен. Если в течение многих веков евреев насильно принуждали заниматься одним денеж­ным делом, закрывая для них все другие роды деятельности, то нежелательные последствия такого исключительного направле­ния еврейских сил никак не могут быть устранены дальнейши­ми стеснениями, которые только увековечивают прежний не­нормальный порядок.

3. Принадлежность к семитическому племени и Моисееву Закону не представляет собой ничего предосудительного, не может само по себе служить основанием для особого граждан­ского положения евреев сравнительно с русскими подданны­ми других племен и вероисповеданий. Так как русские евреи, принадлежащие к известным сословиям, несут одинаковые повинности со всеми прочими представителями тех же сосло­вий, то по справедливости они должны иметь и общие с ними права.