Саж Пуассон – Эффект наблюдателя (страница 4)
Цвет интерфейса неуловимо изменился. Голубое свечение приобрело лёгкий, едва заметный желтоватый оттенок.
– Доступ к детализации ограничен, – ровно сообщил синтетический голос. – Общая причина: недостаточная глубина медикаментозного вмешательства. Пациенты направлены на повторную, глубокую коррекцию.
– Что значит «глубокая коррекция»? – Мара почувствовала, как по позвоночнику пополз холодок.
– Процедура изоляции с полным переформатированием нейронных связей, отвечающих за стресс, – так же бесстрастно ответила система.
Мара отшатнулась от стола. Полное переформатирование. Стирание личности под предлогом заботы.
Дыхание участилось. Сердце в груди забилось тяжёлыми, быстрыми толчками. Страх, который она пыталась загнать вглубь, снова поднялся к горлу.
Желтоватое свечение стола мгновенно стало оранжевым.
– Отключись! – крикнула Мара.
Она развернулась и бросилась к двери модуля. Ей нужно было выйти. Вырваться из этой идеальной, удушающей коробки, где даже пульс не принадлежит ей самой.
Она подбежала к тёмному полотну двери.
Ничего не произошло. Полотно не скользнуло в стену.
– Открой дверь!
Голос системы зазвучал не из стола, а со всех сторон, заполняя пространство гостиной. Он больше не был просто вежливым. Он стал пугающе мягким, как руки хирурга перед анестезией.
–
Мара ударила кулаками в гладкую поверхность двери. Боль обожгла костяшки, но звук удара вышел глухим, поглощённым материалом.
– Выпусти меня! Это незаконно!
–
Она замерла, прижавшись лбом к прохладной двери. Паника требовала биться, кричать, ломать. Но именно этого система и ждала. Чем выше паника – тем жёстче протокол.
Мара заставила себя закрыть глаза. Вдох. Выдох. Ещё раз.
В этот момент она почувствовала странный, холодный импульс. Где-то далеко, на периферии сознания, словно лопнула натянутая струна. Чужой, абсолютный покой, не имеющий ничего общего со стерильной тишиной этого модуля. Это было похоже на присутствие кого-то, кто смотрел на неё сквозь толщу воды.
Этот секундный контакт с чужой пустотой сработал лучше любого адреналина.
Мара открыла глаза. Паника ушла, оставив место холодной, математической злости.
Она не стала бить в дверь. Она развернулась и медленно подошла обратно к столу.
Оранжевое свечение всё ещё пульсировало.
– Я отказываюсь от медицинского вмешательства, – произнесла Мара. Голос звучал ровно. Металл об стекло. – Я запрашиваю подтверждение своей дееспособности согласно протоколам научного сотрудника.
Пульсация замерла. Система на долю секунды зависла.
И вдруг оранжевый цвет пропал. Интерфейс стал абсолютно белым.
Голос, ответивший ей, изменился. Из него исчезла мягкая, обволакивающая забота. Он стал острым, точным и пугающе персональным.
–
Это больше не был алгоритм умного дома. Кто-то смотрел на неё с той стороны экрана. Кто-то очень умный и очень опасный.
Мара оперлась руками о стол, глядя в белое свечение.
– Я не логична. Я живая.
Белый свет погас. Экран стал черным.
За спиной Мары с тихим шелестом открылась дверь.
Система приняла вызов.
Глава 5. Архитектор равновесия
Дверь модуля оставалась открытой. Тёмный провал в стене выглядел как приглашение или как ловушка – в этом мире разница между ними отсутствовала. Мара перешагнула порог, ожидая сопротивления воздуха или хотя бы звука шагов, но её ступни по-прежнему бесшумно утопали в безупречном покрытии коридора.
Здесь не было теней. Свет лился отовсюду, ровный и холодный, лишающий предметы объёма и превращающий пространство в бесконечную лабораторную кювету. Мара шла вперёд, чувствуя, как её собственная нелогичность, её злость и участившееся сердцебиение резонируют с этой тишиной, вызывая в ней микроскопические трещины.
Коридор закончился широкой смотровой площадкой. Огромное, от пола до потолка, стекло отделяло её от города.
Там, у самого края, стоял человек.
Он не оборачивался. Его фигура в тёмном, безупречно подогнанном костюме казалась вырезанной из бумаги и наклеенной на панораму сияющих башен 2030 года. Он стоял, заложив руки за спину, и рассматривал симметрию улиц с таким видом, словно проверял правильность решения сложного уравнения.
– Удар ладонью по стеклу был лишён смысла, Мара, – произнёс он.
Голос был живым. В нём была глубина, интонации и едва уловимая сухость, которой не хватало интерфейсу. Но это был тот же самый голос. Та же пугающая точность формулировок.
Мара остановилась в трёх метрах от него. Её кулаки непроизвольно сжались.
– Ты интерфейс. Или он – это ты.
Человек медленно обернулся.
Элиас Квант выглядел на пятьдесят, но это была та категория возраста, которая не имеет отношения к старению. Его лицо было картой абсолютной дисциплины. Глаза – прозрачные, лишённые привычного человеческого «мерцания» эмоций – смотрели на неё так, словно считывали не выражение лица, а волновой график её нейронов.
– Интерфейс – это инструмент для тех, кто не готов к прямому диалогу, – ответил он. – Я предпочитаю наблюдать за отклонениями лично. Вы – самое крупное отклонение за последние семь лет.
– Семь лет? – Мара усмехнулась, чувствуя, как внутри закипает протест. – Десять минут назад я умирала в две тысячи двадцать шестом. Врачи кололи мне адреналин.
– Ваше тело в две тысячи двадцать шестом сейчас находится в состоянии, которое медицина того времени называет «смертью мозга», – Квант сделал едва заметный жест рукой в сторону города. – Но ваше сознание совершило несанкционированный переход. Вы пробили порог устойчивости. И теперь ваша нестабильность создаёт нагрузку на мою среду.
– Твою среду? – Мара шагнула ближе. – Ты построил этот стерильный морг и называешь его миром?
Квант чуть наклонил голову. В его взгляде проскользнуло нечто, похожее на научное любопытство.
– Вы называете это моргом из-за избытка страха. Вы привыкли, что жизнь – это хаос, боль и ожидание конца. Я убрал эти переменные. Я оптимизировал реальность, сделав её предсказуемой. В этом мире никто не задыхается в реанимации, Мара. Здесь нет тромбоэмболии. Здесь есть только порядок.
– И нет выбора, – отрезала она.
– Выбор – это статистическая иллюзия, – Квант подошёл ближе. – Обычный человек совершает выбор на основе страха или химического импульса. Я просто убрал посредников. Но вы… вы принесли с собой слишком много веса. Слишком много «я».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.