Саймон Скэрроу – Честь Рима (страница 66)
- Как, во имя Плутона, мы собираемся попасть внутрь? - прорычал Макрон. - Любой бы подумал, что они хотят держать новых клиентов на расстоянии.
- Или защитить тех, кто у них уже есть. Идем, здесь должен быть какой-то путь вовнутрь.
Они обошли постоялый двор снаружи, пока не услышали мужские голоса изнутри, говоривших на местном языке. В конце стены был небольшой сток, ведущий из конюшни, и Катон остановился возле него.
- Мы можем войти отсюда.
Макрон принюхался к едкому запаху, поднимающемуся из стока.
- Через эту гадость? Отвали.
- Другого пути нет, чтобы не привлекать слишком много внимания. Мы не можем позволить себе быть обнаруженными патрулем одной из банд, пока мы будем спорить с трактирщиком. Я пойду первым.
Катон снял плащ и пояс с мечом и свернул их в сверток, который передал Макрону.
- Передашь его мне, когда я пройду, вместе с твоими вещами.
Затем, опустившись на колени, он более внимательно осмотрел сток. Его высота не превышала полуметра, и сточные воды непрерывно вытекали на улицу. Стиснув зубы, он опустился на землю и стал пробираться вперед на локтях. Он старался держать лицо над едкой жидкостью и вонью, но не мог избежать брызг, пока продвигался вперед. К счастью, длина стока была всего сантиметров шестьдесят, и, как только он смог, он приподнялся на корточки и потянулся обратно.
- Я прошел. Передай мне свертки.
Через минуту, с большим трудом и проклятиями, Макрон пролез и поднялся на ноги.
- Дисовы дети, старею для такой ерунды. - Он сплюнул в сторону.
- И, похоже, становишься слишком круглым. - Катон усмехнулся в темноте, накидывая через голову пояс с мечом и надевая плащ. – Согласен, мой друг, это очень похоже на выход на пенсию.
- Если бы я только знал, что на пенсии придется ползать в дерьме, я бы, возможно, снова пошел в армию. Если бы Петронелла могла видеть меня сейчас...
- Будь благодарен, что она этого не видит.
Катон оглядел внутреннюю часть двора. Напротив стояло главное здание «
- Это то самое место, - решил он. - Давай сделаем это медленно. Осмелюсь предположить, что в нашем нынешнем состоянии эти воины-ицены будут склонны разрубить нас на куски, прежде чем успеют задать нам вопросы.
- Они могут попытаться. - Макрон перекинул плащ через плечо, обнажив ножны.
- Лучше пока скрыть меч.
- Что, если они понадобятся нам? Лучше иметь их наготове?
- Будем надеяться, что нет. Пойдем.
Катон оглядел двор, чтобы убедиться, что никого больше нет, затем подошел к двери и отодвинул засов. Он сделал паузу, чтобы спокойно вздохнуть, а затем осторожно толкнул дверь внутрь. Сразу же на него повеяло теплым воздухом с ароматом древесного дыма, пота и просяного пива, а также громом смеха и голосов, соревнующихся в громкости между собой.
Свита Прасутага состояла из нескольких лучших воинов. Крупные бритты, мощного телосложения, с просто заплетенными назад волосами, с татуировками на открытых участках кожи, одетые в шерстяные штаны и туники с синими полосами ткани, вплетенными в копны волос. Они были в самом расцвете сил, а некоторые из них носили на шее золотые или серебряные торки как доказательство своей доблести в бою. Когда ближайшие из воинов резко повернулись к двум незнакомцам, стоящим на пороге с вымазанными сомнительного происхождения полосами грязи на одежде и лицах, они замолчали и опустили кружки с пивом. Через несколько ударов сердца все стихло, слышно было лишь только как шипели поленья, горящие в жаровне в центре комнаты.
Катон увидел, как один из воинов сделал шаг к крюкам на стене, где висело оружие воинов. Он поднял руки, ладонями наружу.
- Мир. Мы пришли поговорить с Прасутагом.
Воин презрительно фыркнул и быстро достал свой меч, выхватив его одним плавным движением. Тут же остальные воины-ицены последовали его примеру и образовали неровную дугу вокруг двух римлян.
- Так вот оно как. - Макрон мрачно кивнул, схватившись за рукоять собственного меча под плащом.
Человек, который первым вооружился, пробился сквозь своих товарищей и стал напротив Катона.
- Кто ты? - потребовал он.
- Друзья вашего царя, Прасутага, и его жены.
- Друзья, тьфу! - Воин сплюнул на пол перед калигами Катона. - Вы –римляне. Не друзья иценов. - Он подошел ближе, и его нос сморщился от отвращения. - От тебя пахнет свиньей.
Макрон сделал полшага вперед.
- Я почти сыт этим по горло. - Он собирался достать меч, но Катон крепко схватил его за запястье.
- Что это значит? - донесся до них женский голос из дальнего конца зала. Некоторые из воинов повернулись в ее сторону, и тут же возник вихрь движения, прежде чем из их рядов вышла высокая, крепкая женщина с рыжими волосами и нахмурилась при виде грязных мужчин, стоявших прямо у дверного проема. Мгновение спустя ее глаза расширились от удивления, и она разразилась хохотом.
- Клянусь Андрастой, что привело вас двоих сюда, покрытых тем, что очень похоже на дерьмо?
*******
Боудикка отпустила своих воинов и повела Катона и Макрона к столу в конце комнаты. У стола лежал покрытый мехом тюфяк, на котором распростерся Прасутаг, его кожа казалась бледной даже в отблесках пламени в жаровне, установленной рядом, чтобы согреть его. Еще больше мехов покрывали его тело, а голова покоилась на льняной подушке. Он тонко улыбнулся, узнав двух римлян, и взял за руку Боудикку, когда она села рядом с ним. Она позвала трактирщика, чтобы тот принес им еды и пива.
Через некоторое время Катон и Макрон сгорбились над принесенной лоханью с водой, оттирая грязь со своих открытых участков кожи, а на стол для них поставили еду и пиво. Макрон наклонился вперед, чтобы понюхать пиво, и поджал губы в знак неодобрения.
- Это явно не фалернское, но … - он сделал здоровый глоток из кружки и поставил ее с довольной улыбкой, - …сойдет.
Боудикка повернулась к Катону.
- Итак, что это значит? Вы двое явились в глухую ночь, покрытые дерьмом. Это может означать только беду. Вы здесь, чтобы предупредить нас об опасности или попросить о помощи?
- Последнее. - Катон кратко обрисовал ситуацию, заключив: - Нам нужно, чтобы ваши люди сражались вместе с нами. Это может быть единственным шансом выиграть день и выйти из этой передряги живыми.
Боудикка обменялась настороженным взглядом со своим мужем, прежде чем ответить.
- Зачем обращаешься к нам? Почему бы тебе не пойти к прокуратору и не попросить его о помощи? У него в подчинении вдвое больше людей.
Макрон резко рассмеялся.
- Может и вдвое больше. Но даже вполовину не столь хороших, как твои парни. Хотя мне больно это говорить.
Прасутаг с гордостью кивнул.
- Верно. Воины иценов. Намного лучше римских солдат.
- Некоторых римских солдат, - твердо сказал Макрон.
- Ха! - Прасутаг подошел и слабо ударил Макрона по руке, затем его лицо сморщилось от боли, он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Боудикка ласково погладила его по лбу и тихо прошептала ему что-то на их родном языке, после чего снова обратилась к Катону. - А что на счет прокуратора?
Катон покачал головой.
- Дециан – трус. Он не рискнет вывести гарнизон на улицы, чтобы попытаться восстановить порядок. Он знает, что он в меньшинстве.
- Тогда ему не помешала бы поддержка вас и ваших людей для борьбы с бандами. Почему бы не предложить ему это?
Катон неловко сдвинулся с места. Он боялся, что она задаст именно этот вопрос.
- Я не могу рисковать и обращаться к нему. Он не знает, что я в Лондиниуме.
Боудикка изогнула бровь.
- И почему это проблема?
- Причина, по которой я вернулся в Британию, заключается в том, чтобы залечь на дно на некоторое время. Скажем так, Дециан будет удивлен, увидев меня здесь, и может создать мне проблемы, передав информацию императору и его советникам в Риме.
- Тогда Макрон может поговорить с ним от твоего имени.
Макрон скорчил гримасу.
- Это тоже невозможно. Между мной и прокуратором очень натянутые отношения. Он предпочел бы, чтобы я умер, чтобы я никому не мог рассказать, как он бросил меня и еще несколько десятков человек после того, как устроил неприятности с триновантами.
Выражение лица Боудикки стало враждебным.
- Я слышала об этом. Похоже, твой прокуратор из тех людей, которые не оставляют после себя ничего, кроме неприятностей. Когда мы с Прасутагом пришли просить его отложить налоги для наших людей до следующего урожая, он отказался. Мы рассказали ему о трудностях, которые повлечет за собой его решение, и предупредили его, что среди наших людей и так много недовольных. Дело не только в налогах. Есть еще и требование набрать рекрутов из нашего племени, чтобы пополнить ряды ваших вспомогательных когорт. Кто будет обеспечивать семьи мужчин, которых призывают на службу? Казалось, его это не волнует. Хуже того, он сказал, что если налоги не будут уплачены в срок, он попросит наместника прислать легионеров, чтобы заставить их заплатить.
- Вряд ли Паулин этому обрадуется, - сказал Макрон. - Он занят подготовкой армии к походу на друидов и их союзников. Он не будет рад любой задержке начала кампании.