Саймон Морден – Билет в никуда (страница 76)

Фрэнк первым направился к выходу, проводя пальцами здоровой руки по побегам пшеницы.

– Ты с нею уже говорила? Ну разумеется, говорила. – Внезапно осознав, в чем дело, Фрэнк обернулся. – Постой! Ты считаешь, что у меня есть право голоса. А я убежден в том, что у меня его нет.

– Ты член экипажа.

– Я осужденный преступник, Айла. В подобных вещах мнение таких, как я, никого не интересует.

– Оборудование Юнь по большей части уцелело. Можно будет восстановить то, что забрали люди с М-2. Юнь также понимает, что это ее единственный шанс. Как и Фэн.

– Что сказал Фэн?

– «Вам нужен врач», – вот что он сказал.

– Не лучший ответ.

– Этого достаточно. – Айла перевела взгляд на сломанную руку Фэна. – Он готов остаться до тех пор, пока у тебя не срастется рука. А это…

– По меньшей мере, четыре месяца. А то и шесть. Люси знает, что вы сговорились?

– Нет. Но если ты хочешь вернуться домой при первой же возможности, я пересмотрю свое решение. Тебе нужно только сказать.

Фрэнку очень захотелось на что-нибудь опереться. Выставить перед собой обе руки и перенести на них вес тела.

– Я понятия не имею, что ждет меня дома. Ты ведь это понимаешь, да?

– Понимаю, – подтвердила она.

– Условия сделки, заключенной с «Ксеносистемами», я безнадежно нарушил, когда открыл вам, кто я такой. «Ксеносистемы» забрали меня из тюрьмы и отправили на Марс. Теперь ничто не помешает мне загреметь прямиком обратно. Мне сидеть еще сто девять лет. По-моему, ты не вполне осознаешь, что это невозможно отменить.

– Мы найдем тебе другого адвоката. Добьемся пересмотра дела.

– И с первым судебным процессом все было в порядке, Айла. Решение было принято правильное. Я совершил то, что совершил, и эта база, наверное, единственное место на обеих планетах, где я могу быть свободным. – Он отвернулся. – А хочу сказать я вот что: не принимай никаких решений на основании того, что может или не может со мной произойти. Я этого не хочу.

– Мы можем все уладить.

– Для этого вам потребуется воскресить мертвого. Это не в ваших силах. Далеко не все можно исправить. Так что просто забудь обо всем. Пожалуйста!

Айла послушно вышла из теплицы, оставив Фрэнка в одиночестве. Тот постоял немного, затем направился следом.

Джерри как раз вернулся снаружи – Фрэнк до сих пор не привык видеть скафандр Леланда без Леланда внутри. Наверное, нужно будет оторвать нашивку с фамилией от нагрудника. Возможно, в ближайшее время у кого-нибудь не выдержат нервы. И тогда уже не будет иметь значения, кто останется на базе.

Открыв дверцу на спине, Джерри высунул голову.

– Что происходит?

Фрэнк посмотрел по сторонам, убеждаясь в том, что в коридоре никого нет.

– Люси должна принять решение.

– Какое решение? – Затем до Джерри дошло. – Понятно.

– Вероятно, к нам это не будет иметь никакого отношения. – Он подождал, давая Джерри впитать смысл его слов. – С какой стати? Нас с тобой вообще не должно быть здесь.

Джерри отшатнулся назад с проворством, которому позавидовал Фрэнк.

– И что это значит для нас?

– Мы остаемся на Марсе. Что еще это может для нас значить? Мы присматриваем за базой, как и должны были. Они возвращаются домой, как предполагалось. Просто раньше срока.

– Ты думаешь, они на это пойдут?

– Вот это им и нужно решить. Я уже давно сжег за собой все мосты вместе с тем, что осталось на Земле. А ты? Конечно, я не знаю космических законов, но почему-то мне кажется, что ты отправишься за решетку вместе со мной и правлением «Ксеносистем».

Джерри отвел взгляд, однако от Фрэнка не укрылось, как у него на подбородке напряглись мышцы.

– Предложение не ахти, – сказал Джерри.

– Можешь мне не говорить. Но если мне не предложат ничего получше, я его принимаю. Я уже привык ходить в сортир, чтобы за мной не присматривали.

– В тюрьме настолько плохо?

– Там сплошная серость. Хорошенько задумайся, Джерри. Все краски, какие есть у тебя в жизни, ты их потеряешь.

Джерри поставил ранец системы жизнеобеспечения на стеллаж и натянул чужой комбинезон.

– А как быть мне, Фрэнк?

– За таких, как мы с тобой, решения принимают другие. Сегодня мы будем сидеть и слушать то, что они скажут. Молчать, а дальше будь что будет. По крайней мере, это относится ко мне. Идем, посмотрим, как все ляжет.

Здоровой рукой Фрэнк потащил Джерри за собой на камбуз. Остальные уже собрались там. Айла, Фэн и Юнь сидели по бокам, Люси стояла во главе стола. Там, где несколько месяцев назад сидел Фрэнк, напротив Деклана и Зеро, и миски мороженой клубники.

Фрэнк подвел Джерри к столу и усадил его на табурет, после чего сел сам. Если сидеть вот так, можно будет поставить локоть правой руки на стол и частично облегчить вес, приходящийся на шею.

Люси начала расхаживать взад и вперед, сначала молча, затем излагая последнюю информацию.

– Ситуация, скажем так… – она скорчила гримасу, – неопределенная. «Ксеносистемы» спрятались за стеной адвокатов. Они ничего не признаю́т, прибегая к помощи нашего старого знакомого «коммерческая тайна», чтобы ответить практически на любой вопрос. В компании утверждают, что М-2 действовала независимо от «Ксеносистем», что связь была потеряна в самом начале экспедиции и что компания не может отвечать за действия ее экипажа. Вот что нам известно на настоящий момент.

Остановившись, Люси посмотрела на Джерри. Тот сидел, уставившись в пол, до тех пор пока она не продолжила.

– Вероятно, «Ксеносистемам» удастся предъявить какой-нибудь гражданский иск, преступная халатность, мошенничество или что-нибудь в этом роде. Но на это, по всей видимости, потребуются годы. Все ключевые персоны просто исчезли, залегли на дно. Что касается тебя, Фрэнк: о твоей смерти было сообщено шесть месяцев назад. Вот почему тебя до сих пор не вызывали для дачи показаний. Пока что никто не может понять, кто ты такой на самом деле. Твой прах погребен. Выдано свидетельство о твоей смерти, о смерти Алисы Шепард, Марси Коул и Деклана Мюррея. В отсутствие каких-либо документов по третьему этапу список вашего экипажа пытаются восстановить на основе твоих слов. Можно не говорить, что никого по имени «Ланс Брэк» нет даже близко ни с этим, ни с каким-либо другим проектом. Пришлось привлечь военных. Извини, но ты слишком хорошо замел за собой следы. Пока что нет никаких вещественных доказательств, подтверждающих твой рассказ. Кроме тебя самого. Если ты действительно Франклин Киттридж, кто-нибудь на Земле должен будет тебя опознать.

– В Сан-Франциско и окрестностях есть полно тех, с кем я работал. Еще есть моя бывшая. И мой мальчик. – Фрэнк потер переносицу. – Вам нужны доказательства? Вы уже несколько недель ходите по ним. Я очень постарался, отмывая кровь в пустотах между потолком первого уровня и полом второго, но что-то обязательно осталось. Возьмите образцы. Упакуйте их. Доставьте на Землю.

Все непроизвольно опустили взгляд на пол, и воцарилась тишина.

– Итак, вот что мы имеем, – снова заговорила Люси. – Родных Джима и Леланда известили. Мы никак не можем повлиять на то, что происходит на Земле. Пусть мы астронавты, но это выходит далеко за рамки того, под чем мы подписались…

Умолкнув, она продолжала расхаживать взад и вперед, но больше ничего не говорила.

– Что выходит далеко за рамки? – кашлянув, спросил Фэн.

Люси наконец остановилась и оперлась кулаками о стол.

– То, что мы можем остаться. – Она помолчала, ожидая реакции, любой реакции. – Решение должно быть единогласным. Я никого не стану держать здесь помимо его воли. Мы потеряли двух членов экипажа, двух товарищей. Эта рана еще свежа. Меня тревожит то, что никто из нас не готов принимать решение, которое будет иметь такие долгосрочные последствия.

– Остаемся! – выпалила Айла. Она шумно вздохнула. – Я хочу сказать, я голосую за то, чтобы остаться.

– Юнь? Ты переговорила с правительством своей страны. Но ты все равно должна сделать выбор.

– Меня попросили выполнить до конца программу экспедиции, выразив сочувствие в связи с тем, что нам пришлось пережить. Я могу продолжать научные исследования, даже несмотря на то, что первые мои эксперименты были запороты. Могу вместо Джима продолжать наблюдения и собирать образцы, если вы мне позволите. Я считаю эту экспедицию единственной для себя возможностью жить и работать на другой планете. Хотелось бы, чтобы обстоятельства были другими, но приходится принимать то, что есть. Остаюсь.

Фэн пожал плечами.

– Джим и Леланд по-прежнему здесь. Я буду ближе к ним, если останусь. Итак, остаюсь.

После этого долго никто ничего не говорил. Наконец Люси встрепенулась и подняла голову.

– Фрэнк! А ты как?

– А что я? Решать не мне. Начнем с того, что у МОК не хватит на меня горючего.

– Настанет день, когда горючего будет достаточно. Разве ты не хочешь вернуться домой?

– Я долго думал об этом. Но я по-прежнему никак не могу взять в толк, почему вы вообще меня об этом спрашиваете? У меня нет права голоса. Я не член экипажа.

– Тебя пугает то, что ты вернешься за решетку? А что если я скажу, что ФБР намекнуло, что если ты поддержишь государственное обвинение, оно что-нибудь сделает? Добьется смягчения наказания или даже помилования?

Да. Это изменит дело. Ему придется на долгие годы посвятить себя судебным процессам, и федералам понадобится от него полное содействие. Накормить их досыта и рвануть на Восточное побережье? А это ведь неплохая мысль, так?